Войти в почту

Год цифрового перелома: как IT-компании сорвали куш на пандемии COVID-19

Можно ли за год стать в десять раз богаче? Очевидно, для этого должно произойти нечто экстраординарное – например, пандемия коронавируса. Она стала золотой жилой для технологических компаний, воспользовавшихся тем, что наша работа и досуг во многом переместились в онлайн. Самой обсуждаемой стала история успеха сервиса видеосвязи Zoom, чья капитализация выросла с $15 млрд до $160 млрд на пике в октябре. «Профиль» подвел итоги 2020 года в IT-отрасли и узнал у экспертов, как его триумфаторы распорядились открывшимися возможностями.

Как IT-компании сорвали куш на пандемии COVID-19
© ©Mark Lennihan/ AP Photo/ TASS

Зумеры раскрутили Zoom

В конце 1980-х 17-летний Юань Чжэн, выросший в провинции Шаньдун на востоке Китая, тратил по десять часов, чтобы добраться на поезде до другого города, где жила его возлюбленная. Можно ли сделать так, чтобы расстояния стали короче, а свидания – чаще? Так юноша впервые задумался о массовой видеотелефонии.

В конце 1990-х он переехал в Кремниевую долину и сменил имя на Эрик Юань, в конце 2000-х начал разрабатывать программу для видеоконференций WebEx. Вскоре WebEx был поглощен крупным игроком рынка телекоммуникаций Cisco. Юань убеждал боссов Cisco, что наряду с этим продуктом, нацеленным на «больших» клиентов, нужно создать более дешевый и простой облачный сервис. Те не прислушались. В 2011 году Юань покинул WebEx, где руководил 800 сотрудниками, чтобы с нуля запустить новый проект, заняв деньги у знакомых. Так на свет появился Zoom.

«Развивая Zoom, Юань был не новичком и хорошо понимал, что нужно рынку, – комментирует директор центра сетевых решений «Инфосистемы Джет» Сергей Андронов. – Важным фактором стала доступность большинства опций Zoom в бесплатной версии программы. Есть и технические новинки: кроссплатформенность, виртуальные фоны, опция «зал ожидания», функция эхоподавления, а также собственный магазин приложений с возможностью встроить Zoom в бизнес-процессы клиента».

По оценке экспертов, несмотря на развитый функционал, Zoom остается программой с «низким порогом входа», и это его главная заслуга. «Практика показывает, что чем больше пользователю нужно совершить действий до желаемого результата, тем меньше будет конверсия. Zoom запускается за три клика, в отличие от других конференц-систем. А благодаря качественным серверам Zoom обеспечивает приемлемое качество связи даже в пиковые моменты. Наконец, безопасность. Множество настроек конфиденциальности подкупили пользователей, создав впечатление защищенности. Хотя утечек у Zoom было немало», – говорит президент консорциума «Инфорус» Андрей Масалович.

Весь год в Сети появлялись громкие истории о том, как к чужим Zoom-конференциям подключаются непрошеные гости. А осенью выяснилось, что у сервиса нет сквозного (end-to-end) шифрования видеозвонков, хотя ранее его руководство утверждало обратное.

Но на устойчивый рост показателей Zoom эти новости почти не влияют. Если в начале года программой пользовались 10 млн человек, то летом месячная аудитория составила 200 миллионов, а квартальная выручка Zoom Video Communications – $663 млн (+355% год к году). С декабря 2019 года по декабрь нынешнего стоимость акций компании выросла на 594%. Причем в марте ажиотаж был настолько велик, что подорожали даже акции Zoom Technologies, совсем другой компании: инвесторы в запале скупали их, просто перепутав названия.

Всего этого не произошло бы, если бы Zoom не подготовился к взлету. «Пандемия стала вызовом для разработчиков веб-конференций, ведь нагрузка на них выросла одновременно на всех рынках, – отмечает старший партнер «Лиги цифровой экономики» Дмитрий Васильев. – В прошлом году Zoom уже стабильно рос и, столкнувшись с бурным спросом, не растерялся: пригласил знаковых экспертов, вывел новые версии продуктов, расширил свое присутствие в странах мира. А также обеспечил рост вычислительных мощностей в десятки раз, что стало возможным благодаря ставке на облачные вычисления».

В итоге Zoom стал феноменом культуры, добившись расположения у молодежи, добавляет управляющий директор «Техносерв Консалтинг» Кирилл Булгаков: «Став главным инструментом связи для школ и университетов, сервис завоевал поколение Z, которое сейчас расшифровывается именно как Zoom-поколение. Это дало бесплатный маркетинг, упоминания в соцсетях и мощный рекомендательный эффект».

В 2020 году видеосвязь стала неотъемлемой частью бизнес-процессов Shutterstock/Fotodom

Конкуренция конференций

Особую изюминку истории Zoom придает то, как его взлет проглядели конкуренты. Ведь до пандемии он считался не самым популярным сервисом видеоконференций – тот же Skype был известнее. Весной IT-гиганты бросились в погоню: Google вложился в собственный продукт Google Meet, Microsoft ускорил развитие Microsoft Teams, Facebook презентовал сервис Messenger Rooms, в Telegram появился режим видеочата.

«Преимущество Zoom в концентрации на монопродукте: это относительно небольшая и очень мотивированная команда, – комментирует сооснователь фонда TMT Investments Герман Каплун. – Google удалось поднять Meet на волне пандемии, но все равно это часть огромной компании, не первый по важности продукт – такая же ситуация с Hangouts, мессенджером Google с функцией видеозвонков. Rooms у Facebook тем более не зашел. Мне ни разу не предложили провести в нем видеоконференцию, а я участвую примерно в 50 таких мероприятиях ежемесячно».

Сегодня желающие купить акции Zoom уже опоздали: по словам Дмитрия Васильева, взрывной рост компании завершился. «Настал период удержания рынка. Конкурентам, несомненно, удастся откусить у Zoom часть пирога, но он сможет остаться лидером в ближайшие 3–4 года», – считает собеседник.

Между тем борьба на мировом рынке видеоконференцсвязи (ВКС) только начинается: по прогнозу Facts and Factors, он будет расти на 11% в год, достигнув отметки $9,2 млрд в 2026 году. Во время пандемии игроки рынка привлекали пользователей бесплатными продуктами, и теперь задача в том, чтобы монетизировать свою аудиторию, не растеряв ее.

«Постепенно компании, использовавшие бесплатные лицензии ВКС-сервисов, переходят на коммерческие, более функциональные продукты, – говорит руководитель направления «Объединенные коммуникации» КРОК Сергей Малиновский. – Спрос на платные решения станет драйвером рынка ВКС. Очевидно, что видеосвязь стала неотъемлемой частью бизнес-процессов».

Заказчикам еще предстоит разобраться в тонкостях видеокоммуникаций, а вендорам – преодолеть недостатки существующих продуктов, добавляет директор по развитию бизнеса Vinteo Борис Попов. «Пока технологических ограничений хватает. Пример – отсутствие омникальности. Если одна организация централизованно использует Zoom, а другая Skype, сотрудники не могут позвонить друг другу, так как эти платформы невозможно соединить между собой: каждый вендор использует закрытые кодеки и протоколы», – говорит Попов.

Облачно, возможны кибератаки

Но не только видеоконференции пользовались повышенным спросом в 2020 году. У инвесторов появилось понятие stay-at-home stocks – компании, обеспечивающие «выживание» на карантине. «Люди лишились мобильности, поэтому выстрелили сервисы, которые возвращали в каком-то роде эту мобильность или компенсировали потери: связь, логистика, доставка еды и так далее», – поясняет руководитель направления Industry X Accenture в России Антон Епишев.

Сложился целый комплекс технологий, обеспечивающих функционирование удаленного офиса, отмечает Кирилл Булгаков. «Это виртуальные частные сети (VPN), голосовая связь через интернет-протоколы (VoIP), облачные технологии, инструменты для совместной работы и технологии распознавания лиц, – перечисляет он. – Тренд на дальнейший рост этого сегмента очевиден даже для игроков, которые раньше не фокусировались на разработке соответствующего ПО. Например, Samsung планирует вывести на рынок программу для работы из дома».

По словам директора по ИТ компании Oberon Дмитрия Пятунина, главным ограничителем для подобных проектов являются требования безопасности. «Во время пандемии выросла популярность приложений удаленного администрирования – TeamViewer и AnyDesk, – рассказывает он. – Они просты в эксплуатации, но раньше редко применялись в корпоративной среде из-за риска неправомерного доступа к рабочим компьютерам. Но теперь пришлось принять риски и начать использование».

Разработка решений, обеспечивающих безопасность удаленных процессов, станет одним из драйверов ИТ-рынка, считает Андрей Масалович. «Уходящий год показал, что побеждает не самый лучший, а самый быстрый – тот, кто сумеет вывести на рынок продукт приемлемого качества, но раньше других. Особенно это показательно в сфере кибербезопасности. Во время пандемии как минимум на 25% увеличилось количество кибератак. Это расширяет рынок для компаний, обеспечивающих защиту от них. Кто первый успеет занять эту нишу, тот и будет новым Zoom», – рассуждает эксперт.

Рост игроков рынка кибербезопасности наблюдался уже в этом году (Okta, Zscaler). Впрочем, пока он не слишком выделяется на фоне общего подъема технологических компаний. Ведь пандемия «отсыпала» всем: и онлайн-гипермаркетам (Walmart, Costco), и мобильным провайдерам (Qualcomm, Verizon Communications), и даже производителям техники (Microsoft, Intel, Dell), акции которых выросли весной после многих месяцев стагнации.

Это похоже на цепную реакцию, подтверждает аналитик QBF Ксения Лапшина: «Почти все представители IT-сектора стали бенефициарами пандемии. На самоизоляции людям понадобилось больше оборудования для работы: ноутбуков, компьютеров. Возросла нагрузка на сеть, веб-сайты и дата-центры, потребовалось больше места в облачных хранилищах. Наконец, все развлечения тоже остались в интернете».

Онлайн-гипермаркеты и службы доставки стали одними из главных бенефициаров пандемии Agencja Fotograficzna Caro/ Vostock photo

Богатые стали богаче

В течение года СМИ не раз писали о «второй молодости» лидеров IT-сектора. Рост стоимости акций ощутимо ускорился по сравнению с 2019 годом у Amazon (+78% против +13%), Apple (+84% против +49%), Netflix (+60% против +15%), Google (+36% против +23%), что для крупной корпорации является достижением. А в мае совокупная капитализация топ-5 IT-гигантов (Microsoft, Apple, Amazon, Google и Facebook) установила исторический рекорд – $5,6 трлн. Сейчас она уже составляет $7,4 трлн.

Помимо фактора пандемии свою роль сыграли внутренние изменения в каждой компании, сообщил президент инвестиционно-управляющей компании Freedom Group Нарек Сираканян. «Выход конкурирующих сервисов от Apple и Disney не смог пошатнуть лидерство Netflix на рынке потокового интернет-видео, – говорит он. – При этом, несмотря на остановку кинопроизводства из-за COVID-19, компания готовится представить новый контент: она, как правило, заканчивает съемку задолго до даты выпуска, что дает конкурентное преимущество в нынешних условиях. В случае с Apple свою роль сыграло заявление о переводе компьютеров iMac на процессоры собственного производства Apple Silicon и анонс выхода iOS 14. У Amazon же расцвели обе ветви бизнеса. Эта компания одновременно и онлайн-гипермаркет, и поставщик облачных услуг – сейчас и то, и другое крайне востребовано».

Есть и другие причины. Поскольку IT-лидеры могут позволить себе развиваться во многих направлениях сразу, в глазах инвесторов они являются сравнительно «спокойной гаванью» в трудные времена. «Благодаря развитой экосистеме продуктов крупные компании более устойчивы к рискам: если новое решение провалится, это не окажет серьезного влияния на общую финансовую ситуацию», – поясняет Кирилл Булгаков.

Картину дополняет растущая мода на инвестиции. Параллельно с профессиональной деятельностью фондов на рынке растет объем средств от розничных инвесторов. Они покупают акции, ориентируясь в первую очередь на создаваемый компаниями «хайп». При этом их реальные финансовые показатели могут быть отнюдь не радужными. Хрестоматийный пример – производитель электрокаров Tesla, входящий в топ-10 дорогих компаний мира, но лишь год назад впервые показавший прибыль.

«На фоне пособий, которые правительство США выплачивало населению во время карантина, накопления некоторых частных инвесторов выросли существенно и нашли дорогу на фондовый рынок. Такие инвесторы склонны приобретать наиболее крупные и известные имена, что сыграло свою роль в росте IT-сектора», – подтверждает аналитик по международным рынкам General Invest Михаил Смирнов.

Почему IT-стартапы в 2020 году оказались в тени «голиафов» рынка? Эксперты указывают разные причины. «В технологическом секторе США наблюдается большая концентрация капитала. Проще говоря, лидеры рынка стремятся поглотить перспективные стартапы до того, как те успеют выйти на IPO», – говорит аналитик «Фридом Финанс» Евгений Миронюк.

Антон Епишев из Accenture считает, что начинающие проекты не смогли адаптироваться к взрывным изменениям на рынке: «Многие просто не справлялись с технологической точки зрения. Небольшой компании трудно добавлять новый функционал, работать сразу не с тысячей пользователей, а с миллионом и так далее. А тому же Netflix было нетрудно масштабироваться в несколько раз, потому что у них уже все готово».

Впрочем, нельзя сказать, что стартапы вовсе остались не у дел. Это следует из динамики появления «единорогов» – компаний, оцененных на рынке более чем в $1 млрд. В январе–ноябре 2020 года появилось 92 «единорога», большинство из которых относится к IT-отрасли. Причем некоторые, преодолев отметку в $1 млрд, тут же устремились дальше: к примеру, сервис трансляций веб-конференций Hopin сейчас оценивается в $2,13 млрд, а ПО для персонализированной e-mail-рекламы Klaviyo – в $4,15 млрд. Оба стали «единорогами» в ноябре.

Однако подобные проекты не торопятся проводить публичное размещение акций, а продолжают привлекать венчурный капитал в статусе частных фирм. В результате они на слуху лишь у профессиональных инвесторов. «В мире уже более 500 «единорогов», в этом году состоялось рекордное число мегасделок, – рассказывает Герман Каплун. – Просто компании второго эшелона не попадаются нам на глаза. Сколько людей знает про разработчиков антихакерского ПО Tanium или онлайн-ритейлера Fanatics? Тем не менее они оценены очень дорого. Кроме того, многие старались не привлекать инвестиции сейчас, считая, что после пандемии их оценят дороже. Крупных сделок будет все больше, потому что венчурные фонды тоже становятся крупнее и вкладываются в стартапы на более поздних стадиях».