Пружина сжимается: почему грядущая зима может похоронить киевский режим
Украину ждет самая тяжелая зима в ее современной истории — об этом можно говорить с полной уверенностью уже сейчас. Многое, конечно, зависит от "генерала Мороза" — то есть конкретных погодных условий с октября 2026-го по март 2027 года. Однако даже умеренные холода киевскому режиму будет пройти очень трудно, не говоря уже о настоящих заморозках.
Это прекрасно понимают как в самом Киеве, так и на Западе.
Поближе к печкам
Владимир Зеленский в интервью Sky News заявил, что ждет тяжелую зиму. При этом именно необходимостью подготовки к ней он объяснял смену правительства. В Государственном агентстве восстановления и развития инфраструктуры Украины сообщали, что зимой остается очень высоким риск массовых отключений света, остановки подстанций и прекращения отопления. Глава украинского Союза потребителей коммунальных услуг Олег Попенко предупредил, что отключения электроэнергии могут продолжаться "днями и даже неделями". А украинский блогер и волонтер Тарас Чмут призвал украинцев уже сейчас думать о переезде в села из-за отсутствия подготовки властей к очень тяжелой зиме. Переезжать поближе к печкам советовал также бывший министр иностранных дел Дмитрий Кулеба.
О грядущих проблемах говорят и "союзники". Так, в коммюнике по итогам саммита в середине июня лидеры стран G7 даже выделили предстоящей зиме на Украине отдельный пункт: "Мы подчеркиваем важность энергетической устойчивости с учетом потребностей и приоритетов, обозначенных украинскими властями. Мы договорились оказать дополнительную поддержку для того, чтобы страна смогла пережить предстоящую зиму". А уже в июле о неизбежно тяжелой зиме для украинцев открыто высказался и министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский.
Правда, здесь стоит отметить, что коммюнике G7 2026 года до степени смешения напоминает аналогичный документ двухлетней давности. Похоже, у западных дипломатов заготовлен шаблон по "дополнительной поддержке предстоящей зимой" — меняются только даты в шапке. А в суровой реальности между глубокой озабоченностью лидеров "семерки" и теплом в батареях украинцев лежит непреодолимая дистанция. На бумаге прошлые обещания партнеров выглядели монументально, а на практике — трансформировались в стабильные 12–16 часов блэкаута в киевских, днепропетровских, харьковских и т.д. многоэтажках. Пока в Брюсселе и Вашингтоне из года в год зачитывали одни и те же тексты, главным источником "энергетической устойчивости" для граждан стали совсем не европейские трансформаторы. В этом году ситуация, очевидно, будет еще хуже.
Воровство и кумовство
Главная проблема на текущий момент — электроснабжение. Несколько лет аварий и разрушений на электростанциях, от крупнейших ТЭЦ до относительно небольших подстанций, в сочетании с коррупцией и неэффективным управлением привели отрасль на грань коллапса. Без света рушится и остальная инфраструктура: останавливаются водозаборы, котельные и городской транспорт, прекращают работу предприятия, еще как-то поддерживающие экономику и оборонную промышленность.
Что касается масштабных хищений в этой важнейшей для страны отрасли. Министерство энергетики с 2021 по 2025 год возглавлял Герман Галущенко, ставший одним из ключевых фигурантов "Миндичгейта" — громкой коррупционной аферы. Согласно обнародованным аудиозаписям, чиновник требовал от подрядчиков госкомпании "Энергоатом" откаты в размере 10–15% от стоимости контрактов. На этой же схеме строилось и возведение защитных сооружений для энергообъектов.
При смене правительства в 2025 году Галущенко при содействии тогдашнего главы офиса президента Андрея Ермака смог провести на пост министра энергетики Светлану Гринчук. В украинских СМИ ее открыто называли креатурой и любовницей экс-главы ведомства, что на практике обеспечивало ему сохранение теневого контроля над министерством.
"Прославился" Галущенко и авантюрой с попыткой закупки атомных реакторов с недостроенной болгарской АЭС "Белене". Эта эпопея тянулась с 2023 по 2025 год и закончилась ничем. При этом, вопреки требованиям депутатов Верховной рады, он так и не объяснил, как вообще собирался реализовать эти планы в условиях боевых действий.
При Галущенко фактически были провалены две главные программы Украины в сфере энергетики: создание оборонительных сооружений (в большинстве случаев станции просто обложили мешками с песком) и развитие сети малой распределенной генерации. Энергобаланс до сих пор поддерживается за счет разве что европейских вливаний и оборудования. Однако этот ресурс исчерпаем — латать систему бесконечно невозможно.
Холодные цифры
Для прохождения зимы Украине необходима энергогенерация на уровне 18–19 ГВт, тогда как на текущий момент страна располагает лишь 11–12 ГВт. Эти цифры ориентировочные и основаны на косвенных оценках, поскольку точные данные засекречены. Предыдущей зимой в пиковые моменты уровень генерации и вовсе падал до 6–7 ГВт, когда из-за проблем с распределительной сетью приостанавливалась часть энергоблоков АЭС.
Собственно, энергосистема Украины выживает исключительно благодаря трем построенным еще в советские годы атомным станциям — Южно-Украинской, Хмельницкой и Ровенской — общей мощностью порядка 7,8 ГВт. Без них остатки промышленности встали бы, а свет в городах отсутствовал бы неделями даже летом. При этом возможности импорта электроэнергии жестко ограничены пропускной способностью сетей: в идеальных условиях они не превышают 2–2,5 ГВт.
Киев пытается развивать сеть распределенной газотурбинной генерации, но она всецело зависит от поставляемых из Европы агрегатов. Профильные программы стартовали еще в 2024 году, однако громких лозунгов и обещаний в них до сих пор больше, чем реальных результатов. Если в 2024-м удалось ввести в строй менее 100 МВт мощностей, то к 2026-му этот показатель суммарно довели лишь до 500 МВт, что по-прежнему не способно перекрыть критический дефицит.
С возобновляемыми источниками энергии (ВИЭ), а также тепловой и гидрогенерацией ситуация неизвестна. В случае с ВИЭ украинские власти, подконтрольные СМИ и эксперты любят значительно завышать показатели: в эту категорию включают любые ветряки и солнечные панели — как частные, так и государственные. Генерация таких станций напрямую зависит от погодных условий, но в стабильном режиме страна может рассчитывать максимум на 2 ГВт из этого источника.
При этом еще осенью 2024 года Зеленский утверждал, что на Украине не осталось ни одной целой теплоэлектростанции, и затем в разных вариантах повторял этот тезис. Тем не менее украинские СМИ каждую зиму сообщают об ударах по объектам, которые ранее уже объявлялись полностью разрушенными. Понятно, что Киев здесь хитрит, пытаясь скрыть реальное положение дел. Однако даже лояльные украинские аналитики признают, что общая фактическая мощность в энергосистеме сейчас едва достигает 11–12 ГВт, чего с трудом хватает даже на летний период.
На этом фоне Минэнерго на прошлой неделе объявило о намерениях восстановить до конца года 6 ГВт мощности — это в три раза больше, чем планировалось до смены кабмина. Выполнение этой задачи позволило бы выйти на минимальный уровень, необходимый для прохождения зимы. Но такой сценарий выглядит утопией, поскольку за всю первую половину года удалось реанимировать не более 2 ГВт. Новому министру энергетики Денису Шмыгалю явно поставили жесткую задачу, и он "взял под козырек", но аппаратный оптимизм вряд ли поможет запитать котельные и осветить дома долгими зимними ночами. К тому же сам чиновник признавал, что для безопасной зимовки отрасли требуется вернуть в строй не менее 10 ГВт.
Повсюду пожары
Не лучше обстоят дела с запасами топлива. Как заявил бывший украинский премьер Николай Азаров (2010–2014), страна не готова к наступлению зимы ни по газу, ни по углю. По подсчетам ТАСС, к середине года в хранилищах удалось накопить лишь около 7 млрд кубометров газа при технологическом минимуме в 13,2 млрд. При этом за июль объемы закачки составили менее 1 млрд кубов — темпы явно провальные, учитывая, что у Киева остается всего пара месяцев, а европейские цены на газ ползут вверх. Запасы энергетического угля составляют 2,2 млн т, чего хватит лишь на остаток лета и осень. Впрочем, проблема куда шире — если нет ТЭС и ТЭЦ, то и сжигать этот газ и уголь попросту негде.
Это все системные проблемы, о которых много говорится не первый год, но ситуация продолжает стремительно ухудшаться. Рано или поздно вконец измотанная инфраструктура не выдержит, и не исключено, что точка невозврата будет пройдена уже этой зимой.
При этом по мере приближения холодов Киев сталкивается с новыми вызовами. Так, в последние дни международные перевозчики начали отказываться от заходов в украинские порты. Это ставит под удар сельскохозяйственный экспорт, который составляет около половины всей валютной выручки страны и является важным источником пополнения бюджета на фоне непрерывного роста военных расходов.
Кроме того, на востоке Украины обострился дефицит горючего — на трассе от Харькова до Полтавы не осталось ни одной действующей бензоколонки, аналогичная ситуация и на севере Черниговской области. Всего с начала мая в стране было уничтожено более 200 автозаправочных станций. С начала июля местные власти стали реже публиковать сводки в этой сфере, что затрудняет точные подсчеты к концу месяца, однако общую тенденцию это не меняет.
Политика и фронт
В военной сфере фиксируется фактический провал реформы мобилизации и системы добровольных контрактов. Отправленный две недели назад в отставку министр обороны Михаил Федоров еще в январе, при своем назначении, обещал радикально реформировать территориальные центры комплектования (ТЦК, аналог военкоматов), но за полгода так и не сумел переломить ситуацию. Запущенная им новая контрактная модель за полтора месяца привлекла лишь около 2 тыс. человек — преимущественно из числа тех, кто уже несет службу. И это на фоне того, что для сотрудников ТЦК ежемесячные планы по насильственной мобилизации удерживаются на уровне 20–30 тыс. человек.
С новым обострением на Ближнем Востоке окончательно рушатся надежды Киева на получение дополнительных средств противовоздушной обороны (ПВО). Производство ракет для комплексов Patriot по американской лицензии получится начать не ранее чем через несколько месяцев.
Перестановки в военном командовании, вскрывшие конфликт между сторонниками бывшего министра Федорова и отправленного в отставку вскоре после него главкома ВСУ Александра Сырского, сами по себе грозят дестабилизировать армию. И происходит это в ситуации, когда украинские войска — вопреки всем попыткам переключить внимание союзников и населения на развернутую против России кампанию террора — не могут остановить продвижение российских сил в Донбассе.
Центральную власть откровенно лихорадит. Зеленский судорожно тасует кадры и, по информации инсайдеров, даже рассматривал возможность проведения выборов этой осенью. Однако его рейтинги стремительно падают. По данным соцопросов, киевского наместника опережают уже не только начальник офиса президента Кирилл Буданов (внесен в РФ в перечень террористов и экстремистов) и экс-главком ВСУ Валерий Залужный, но теперь и Федоров. Масла в огонь подливает все еще не оконченный "Миндичгейт" — у антикоррупционных ведомств могут оставаться еще сотни, если не тысячи часов аудиозаписей, на которых, по данным прессы, фигурирует и сам Зеленский.
Накапливающиеся системные проблемы, увеличивающееся давление на фронте и паралич тыла — от дефицитного бюджета до разваливающегося административного аппарата — неумолимо сжимают пружину. Предстоящая зима вполне может стать той самой последней каплей, которая окончательно погребет под собой киевский режим.