Гренландское лето: Трамп придумал, как охладить амбиции Европы
По пути домой после саммита НАТО в Анкаре Дональд Трамп сообщил журналистам, что пока не знает, сколько американских военнослужащих он оставит для поддержки альянса в Европе. «Я еще не принял окончательного решения. Многое будет зависеть от Гренландии», — сказал президент США. И уточнил, что его решение будет зависеть от того, удастся ли ему по ледяному острову заключить «очень выгодную сделку». При этом, еще находясь в Анкаре, он сообщил СМИ следующее: «Для нас Гренландия очень важна …, а для Дании — нет».
Нельзя сказать, что заданный вопрос так уж бессмыслен для европейских натовцев, или что тема Гренландии уж совсем никак не связана с ситуацией в Североатлантическом блоке, однако ответ был уж очень похож на троллинг.
В принципе ведь не понятно, сколько лет еще продлятся переговоры по Гренландии, и что покажется Трампу блестящей сделкой: еще в январе ему казалось, что недурно было бы остров у Дании просто отнять. Тогда европейские натовцы пошли на США войной, выставив против них интернациональные силы численностью 50 человек. Трамп тогда отступил, но в этом контексте связать сегодня остров с натовскими делами означает поставить условие, чтобы теперь уже блок отступил от своей прежней позиции. Но тогда, по логике сказанного Трампом, получается, что Европа имеет твердый шанс остаться без американских войск довольно скоро и от слова совсем. Мрак, закат Европы.
Впрочем, возможно, что знаменитая интуиция Трампа уже подсказала ему какую-то выигрышную комбинацию, или он обладает какой-то эксклюзивной информацией по Гренландии, и у немцев с драчливыми восточноевропейцами есть надежда сохранить у себя американские контингенты. Чтобы выяснить, есть ли на это хоть малейший намек, мы обратились к заместителю директора Института международных отношений и политических наук РГГУ Павлу Анисимову.
-Появилось что-то новое, способное помочь продвинуть сделку быстрее? Может быть, исчезли какие-то имевшиеся до их пор сложности и барьеры? Или эти фразы Трампа просто способ нажима на заупрямившихся европейцев?
- Сейчас сделка по Гренландии ушла из плоскости сенсации в режим затянувшегося политического и дипломатического торга. Новых прорывов, которые делали бы её быстрой и при этом гарантированной, не наблюдается.
А фраза Трампа про войска в Европе — это прежде всего, конечно, инструмент давления и увязки нескольких переговорных треков. Ведь Трамп сам говорит, что переговоры начались, и надеется на хорошую сделку, но при этом конкретики по содержанию и каким-то возможным юридическим рамкам будущего соглашения нет.
Источники описывают его как некую дорожную карту с возможностями размещения американских ракет, ресурсных проектов и расширения присутствия США и НАТО. При этом ожидается, что формально всё-таки будет уважаться суверенитет Дании, потому что и Копенгаген, и власти Гренландии последовательно подтверждают, что суверенитет неоспорим. В Гренландии же вопрос передачи контроля над территорией, тем более в форме продажи вообще не стоит. И это как раз остаётся фундаментальным барьером, который не снят.
Сообщения о возможной передаче США контроля над отдельными участками под базы и инфраструктуру отражают как раз попытки юридически и политически обойти мотив покупки, а не отказ Дании и Гренландии от прежних позиций.
-Можно сейчас как-то оценить возможные сроки завершения сделки? -Ни США, ни Дания, ни НАТО не указывали каких-либо конкретных временных ориентиров, сроков, когда можно было бы ожидать заключения соглашения. Даже если мы будем смотреть утечки какие-либо или аналитику, там фигурирует лишь идея так называемой дорожной карты без привязки к каким-либо срокам.
Поэтому на этом фоне увязка пошлин, войск и Гренландии выглядит скорее как создание постоянно обновляемого рычага давления. Трамп может в любой момент объявить прогресс или застой и перераспределить военно-экономические механизмы, не дожидаясь формального договора.
С учётом политических рисков для Дании и внутрисоюзной динамики говорить о прогнозируемых сроках завершения сделки сейчас нельзя. Она либо останется в виде неких полузакулисных договорённостей, либо потребует серьёзного изменения позиции Дании и Гренландии.