Политологи признали нынешний раскол США страшнее Гражданской войны

Спустя 250 лет после подписания Декларации независимости США подошли к своему юбилею в состоянии глубокой внутренней лихорадки, когда межпартийные и региональные противоречия достигли уровня, невиданного со времён Гражданской войны. Само торжество превратилось в очередное поле идеологической битвы, где «красные» и «синие» штаты смотрят друг на друга с непримиримой враждебностью, а президент Дональд Трамп, по словам историков, стал первым лидером страны, который сознательно и систематически разжигает эти различия.

Политолог Дональд Кеттл подчёркивает, что фундаментальные разногласия существовали всегда, но сейчас они намеренно провоцируются главой государства. По его словам, это создаёт качественно новую угрозу, ведь большинство американцев из обеих партий уже ожидают, что в ближайшие годы раскол будет только углубляться, и это само по себе стало тревожным сигналом, отсутствовавшим в прежние эпохи.

Историки любят проводить параллели с прошлыми кризисами. Так, в 1800 году федералисты и джефферсоновские республиканцы дошли до того, что переходили улицу, чтобы не встречаться друг с другом, а Законы об иностранцах и подстрекательстве к мятежу использовались для преследования конгрессменов за критику администрации, но тот конфликт угас после смены власти. В 1960-е годы США сотрясали убийства братьев Кеннеди и Мартина Лютера Кинга, расовые бунты, полицейский террор на съезде демократов и протесты против войны во Вьетнаме, однако даже тогда президенты не стремились сделать оппозицию врагами американцев и не отказывали целым штатам в федеральной помощи из-за их электоральных предпочтений.

Историк Маниша Синха напоминает, что столетний юбилей в 1876 году был задуман как примирение Севера и Юга, но на деле праздник прошёл за счёт афроамериканцев, которых вновь лишали прав под флагом «эры добрых чувств». Теперь, оглядываясь на эту традицию, она видит ту же закономерность: Трамп ставит под сомнение легитимность существования своих оппонентов и законность гражданства иммигрантов и их детей, называя их «врагами изнутри», и это, по её словам, чистый признак авторитарного правления.

Уникальность сегодняшнего момента, по мнению политолога Кори Бретшнайдера, заключается в том, что Трамп объединил в себе худшие черты Джона Адамса, Вудро Вильсона и Ричарда Никсона. Так он презирает оппозицию как неамериканскую, разжигает расистские и националистические настроения и составляет списки врагов для наказания с помощью госмашины, но при этом его действия выходят за рамки всех исторических прецедентов: от направления Национальной гвардии в Лос-Анджелес до урезания научных грантов в университетах. Отмечается, что даже Верховный суд вынужден блокировать большинство его инициатив. Консервативный историк Юваль Левин видит корень зла не в личности Трампа, а в многолетнем равновесии, когда ни одна партия не может получить устойчивое большинство. Именно это и лишает политиков стимула к компромиссам. Однако и он признаёт, что президент «агрессивно и намеренно» углубляет пропасть, превращая конструкцию американского конституционализма в поле постоянной битвы без правил.

Главный вопрос, который историки и политологи задают себе: станет ли этот конфронтационный стиль новой нормой для будущих президентов. Примечательно, что это особенно важно республиканцам, которые будут вынуждены подражать Трампу, чтобы сохранить его электорат, или демократам, если вернутся к власти в 2028 году, надо будет отказаться от системного наказания красных штатов и прервать этот опасный цикл.

Политологи уверены, что суть стратегии Трампа — заставить тех, кто не с ним, чувствовать себя неполноценными американцами, и если избиратели отвергнут этот подход на промежуточных выборах 2026 года и президентских 2028 года, то Трамп останется в истории как интенсивный, но преходящий феномен. Предупреждается, что если его партия победит, он станет архитектором новой, более жёсткой и авторитарной версии американской политики, и тогда острые разногласия, которые он спровоцировал, сохранятся ещё долго после того, как он покинет Белый дом, оставив страну более расколотой, чем в любой момент после 1865 года.