Зачем Пашинян приехал в Россию

Премьер-министр Армении Никол Пашинян прибыл 6 июля в Екатеринбург, чтобы принять участие в международной промышленной выставке «Иннопром-2026». На пленарном заседании он вместе с премьер-министром России Михаилом Мишустиным, а также главами правительств Беларуси, Казахстана и Кыргызстана обсудит перспективы евразийской интеграции.

С чем связан этот визит, куда на самом деле дрейфует официальный Ереван — в ЕС или ЕАЭС — и чего ожидать от российско-армянских отношений в ближайшем будущем? Об этом в пресс-центре «Парламентской газеты» рассказал политолог, директор Центра политической информации Алексей Мухин.

— Алексей Алексеевич, известно, что 2 июля Ереван посетила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, которую многие считают одним из главных проводников русофобской политики Брюсселя. Как считаете, зачем Никол Пашинян приехал в Россию буквально спустя несколько дней после этого?

— Он, как мы знаем, не раз встречался и с лидерами ЕС, и пусть и накоротке, в аэропорту, с госсекретарем США Марко Рубио. И получив от них какой-то объем информации, решил, что европейский путь для Армении — это лучше, чем пребывание в Евразийском экономическом сообществе и в ОДКБ. Но предположу, что во время и после недавних выборов в Армении он посмотрел социологию и сразу же связался с российской стороной.

Думаю, Пашинян во время этих приватных бесед задал вопрос: что он может сделать для того, чтобы остаться в Евразийском экономическом пространстве? Именно этой теме и посвящен его визит на «Иннопром-2026» в Екатеринбург. Зная некоторые перипетии армянской политики, можно предположить, что это будет некое постановочное публичное действие, в котором предложат поучаствовать. 

— По итогам визита в Армению 2 июля Урсула фон дер Ляйен заявила, что в течение нескольких дней в Ереван прибудут эксперты, которые помогут диверсифицировать импорт энергоресурсов. Что, на ваш взгляд, на самом деле ждет Армению?

— Нужно уточнить, что большая часть стран ЕС, несмотря на декларации Брюсселя, по-прежнему «сидит» на российских энергоносителях. Да, Евросоюз уже принял и оформил юридически решения, согласно которым с 2027 года его страны полностью отказываются от нефти и газа из России.

Но есть нюанс: российские энергоносители, выходящие на свободный рынок, в логике Брюсселя — как бы уже не российские, и их покупать можно. Этакая «ловкость рук» — ЕС может декларировать, что страны Европы перестали зависеть от российских поставок, получая по факту энергоносители через поставки из других стран. И фон дер Ляйен, вероятно, имела в виду именно это, пояснив в Ереване Пашиняну, что, мол, вы, безусловно, будете получать российские энергоносители, но говорить, что они не российские.

Видимо, так в ЕС как бы протянули руку помощи армянскому руководству, которое попало в очень жесткие условия на фоне запретов, которые ввела Россия, фактически закрыв доступ на наш рынок армянским продуктам. При этом ЕС предложил Еревану «сказочную» по размерам финансовую помощь — около 60 миллионов евро. И это при том, что Армения потеряла на ровном месте несколько миллиардов долларов, спровоцировав в отношении себя российские ограничения. Именно из этого стоит исходить, когда мы анализируем предложение Урсулы фон дер Ляйен Пашиняну, чтобы четко понимать соотношение того, что теряет Армения, и того, что она, возможно, приобретает.

— Также глава Еврокомиссии пообещала применить к Армении опыт Украины. Что это означает?

— Звучит как угроза (улыбается). Думаю, речь идет о том, в частности, что Армения должна отказаться от российской военной базы в Гюмри. Как она уже отказалась по настоянию американцев и европейцев от услуг российских пограничников, которые помогали осуществлять контроль на армянской границе, заменив их на тех же сотрудников из Франции и других стран — членов НАТО. Так Ереван демонстрирует, что как бы дрейфует в сторону Евросоюза, отказываясь от полезных для себя вещей, которые раньше Армения получала от России, скажем честно, практически бесплатно. Теперь она надеется на то же самое от ЕС. Но здесь — большая проблема. 

— Какая?

— ЕС — крайне забюрократизированная организация. Вот почему Армении выделены лишь упомянутые 60 миллионов евро — просто свободных средств больше нет, все бюджеты давно расписаны. И бюджеты, что немаловажно, сильно скорректированы Брюсселем в сторону помощи Украине. Возникает логичный вопрос: европейские бюрократы смогут наскрести денег еще и на Армению, чтобы она играла роль некоей «маленькой Украины»? Лично я, помимо обещаний, такой финансовой возможности у Брюсселя не вижу.

Конечно, Пашинян в ходе общения с избирателями заверял, что он сам за все заплатит, покроет все убытки от российского вето на армянские продукты за счет европейских и других рынков. Но за этими словами должны стоять дела. А их нет.

— Вы сказали, что нынешняя Армения «дрейфует в сторону Евросоюза». А этот «дрейф» действительно имеет место или это пока, хоть и публично озвученное, но больше политически «театрализованное» намерение?

— Это хороший вопрос, за которым стоит другой: в чем заключается мотив армянского руководства к тому, чтобы буквально вырывать себя с евразийского рынка и пытаться выйти на рынок европейский? Думаю, Армения при Пашиняне планирует изменить законодательство для того, чтобы страна была готова к вхождению в Евросоюз.

На самом деле мы имеем дело с опасной формой экспансии ЕС на Восток — если хотите, это тот самый пресловутый Drang nach Osten (в переводе с нем. — «натиск на Восток». — Прим. ред.), который практически не прекращается с момента образования Евросоюза. Эта экспансия подразумевает слом в одной стране за другой политической системы, что, собственно, Пашинян и делает в Армении. Там ломается экономика, страна «сажается» на субсидии ЕС, которые, как свидетельствует пример Венгрии, Польши, Болгарии, могут быть в любой момент перекрыты Брюсселем.

Стоит напомнить, что субсидиарная задолженность ЕС перед той же Венгрией составляла перед уходом премьера страны Виктора Орбана около 30 миллиардов евро, и в Брюсселе просто тупо перекрыли финансирование Будапешту.

Вроде бы эти примеры должны показать Армении, что на самом деле ее ждет в Европе. И напомнить, что в евразийском экономическом пространстве, наоборот, существуют очень четкие простые правила, которые дают хорошие и даже очень хорошие возможности, в том числе для распространения своей продукции на всей территории Таможенного союза.

— Некоторые эксперты уже высказываются в том ключе, что Армения России не очень-то и нужна сегодня в геополитическом плане и что разрыв отношений нанесет удар прежде всего по самой Армении. Как считаете, нужно ли России сегодня держаться за партнерство с Арменией?

— Думаю, что для этого есть один резон, который, если совсем просто, сформулировал бы так: денег жалко. Мы вложили в Армению очень много, и если Ереван не хочет с нами иметь взаимоуважительные партнерские отношения, пусть компенсируют наши инвестиции. Например, за то, что Россия строила там железные дороги, запустила довольно много коммерческих инвестпроектов, включая открытие совместных предприятий. Армянское руководство, к сожалению, продемонстрировало, что оно при разрыве отношений пытается национализировать эти предприятия, то есть фактически мы их лишаемся. И кто нам это компенсирует — вопрос открытый.

Кроме того, мы все-таки рассматривали Армению в статусе дружественного нам государства как составную часть важного для нас трансграничного транспортного коридора Север-Юг. И сегодня, собственно, через Армению происходит попытка включения тех же США и стран Европы в этот проект — это вполне очевидно.

Ну что ж, перед нашими противниками, конечно, можно шляпу снять за такую комбинацию. Но понять и простить это невозможно, особенно учитывая, каким варварским образом с политической точки зрения все это осуществляется. И в этой связи, безусловно, Россия в полном праве защищать свои инвестиции, свое будущее, свои национальные интересы. Наша страна может сделать в этом контексте многое, и она, уверен, это будет делать.

— Есть ли риски, что Армения при Пашиняне повторит путь Грузии при президенте Саакашвили?

— Власть, которая сейчас в Грузии, действует достаточно прагматично, и это, мне кажется, будет как раз тем самым итогом, к которому придет и Армения. Но перед этим, полагаю, армянское руководство обязательно совершит те ошибки, о которых мы с вами говорили выше. На мой взгляд, команда Пашиняна не оставила для себя никаких путей отхода, чтобы избежать этого.

С другой стороны, как мне представляется, грузинские политики оказались достаточно прямолинейны. А армяне будут вести, полагаю, более гибкую политику и на каком-то этапе сыграют так, как Брюсселю не понравится. И здесь у меня есть определенные предположения относительно нынешнего визита Пашиняна в Россию: не исключаю, что от того, как пройдет обсуждение основных его тем, и будет определена краткосрочная перспектива и динамика отношений между Россией и Арменией.