«Берите нас с нацистами»: эксперт объяснил, почему Киеву выгоден подвешенный конфликт с Польшей

Накануне состоявшегося на этой неделе визита Владимира Зеленского в Эвиан на саммит G7 и открывавшейся в Люксембурге сессии переговоров о вступлении Украины в ЕС президент Польши Кароль Навроцкий сделал политический жест, который в Киеве оставили без внимания. Навроцкий заявил, что не хочет закрывать для Украины «окно возможностей» и дает Зеленскому несколько дней на изменение его решения, вызвавшего в Варшаве скандал и желание отозвать ранее выданный орден Белого Орла. И всем было ясно, что речь идет вовсе не о регалиях, а скорее о том, что начиналось в Люксембурге.

Навроцкий, безусловно, предупреждал не об изъятии ордена, что было решено сделать в связи с увековечением Киевом одного из нацистов, повинных в геноциде поляков. Он явно отсылал к своим же словам, сказанным ранее по поводу награды. Кратко речь шла о том, что демонстративный анти-польский выпад Киева поставил под вопрос лояльность Варшавы по теме вступления Украины в ЕС. Сделать этот процесс почти бесконечным достаточно реально и без вето.

Характерно, что только дней за десять до этого вроде бы завершилась история с собственно вето Венгрии на вступление Украины в ЕС. С новым премьером Мадьяром был, наконец, подписан документ, якобы гарантирующий права закарпатских венгров на Украине. Конфликт с Будапештом, в основном спровоцированный самим Зеленским, вроде был закрыт. Но, видимо, опять-таки довольно своеобразно. Во всяком случае, уже в четверг, 18 июня, Мадьяр не без гордости сообщил в соцсетях, что едва ли не на первом же саммите Совета Европы с его участие он только что сумел добиться изъятия из принятой резолюции указания о немедленном принятии Украины в ЕС. Умеют некоторые с венграми мириться.

В обоих этих конфликтах избежать препятствий на пути якобы горячо желаемого вступления в ЕС Киеву было, вполне очевидно, не очень сложно. Но мешало что-то таинственное. О том, что бы это могло быть, мы спросили у заместителя директора Института стран СНГ Владимира Жарихина.

- Зеленский фатально находит врагов, которые будут ему мешать вступать в ЕС, накладывать вето и так далее. Сначала устраивал скандалы с Орбаном, теперь не хочет налаживать взаимоотношения с Мадьяром, игнорирует намеки Навроцкого. Как можно объяснить это странное желание затруднить свою задачу вступления в ЕС поиском каких-то врагов и конфликтов, которых можно было легко избежать элементарным дипломатическим путём?

- Мне кажется, объясняется тем, что он прекрасно понимает, что в обозримом будущем в ЕС Украину не примут. Но при этом ему надо показать, что Украина не вступает в Европейский Союз вовсе не потому, что её там не хотят видеть, во-первых, и, во-вторых, оправдывают то, что не хотят видеть, всевозможными требованиями, которым в реальности Украина действительно совершенно не соответствует. Поэтому для своего населения надо искать другую причину, почему Украина никак не вступает. Сначала был Орбан, теперь другие люди, поляки. И это будет продолжаться достаточно долго. Это же политика пиара, а не пиар реальной политики.

- То есть фактически Зеленский не будет гасить скандал с той же Польшей, потому что, получается, это ему просто не нужно. Нужен подвешенный скандал. И если его не будет, он создаст следующий.

- Дело не только в этом. Дело в том, что в сути скандала находится вся внутренняя политика Украины. У поляков требование вообще, так сказать, не считать героями ныне считающихся национальными героями бандеровцев.То есть полностью изменить внутриполитическую линию, на которой сейчас основана нынешняя украинская государственность. Поэтом он никогда на дегероизацию нацистов не пойдёт.

- Но это нацисты и государственность. Но возьмём Мадьяра, тут нет идеологии...

- Ну, почему нет идеологии? Есть идеология. Берите нас такими, какими, какие мы есть. И с бандеровцами, и с закарпатскими венграми, со всем. И ничего менять мы в нашей структуре государства ради вступления в Европейский Союз не будем. Мы требуем принять нас в Европейский Союз, потому что мы - передовая линия борьбы с Россией. Поэтому берите. А не хотите брать, значит, будем дальше стучаться дальше показывает какие мы хорошие, а нам вступить не дают вот эти и эти. А потом ещё кто-нибудь появится.