Иран объявил о планах ввести морские сборы за Ормузский пролив
Иран объявил о планах ввести систему морских сборов в Ормузском проливе через два месяца, после 60-дневного периода переговоров, который был инициирован подписанием меморандума о взаимопонимании с США.
Тегеран, заявляя об исторической победе над США, заявил, что пролив находится под его контролем, и европейский план военно-морской миссии по сопровождению судов в проливе не приветствуется. В четверг США сняли блокаду Ирана, и нефтяные танкеры начали свободно перемещаться по критическому проливу, пишет The Guardian.
Предупреждение Тегерана прозвучало после того, как израильская газета “Едиот Ахронот” сообщила, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил, что Израиль "будет сохранять зону безопасности на юге Ливана до тех пор, пока этого потребуют наши потребности в области безопасности", имея в виду более 600 квадратных километров ливанской территории, оккупированной израильскими войсками вдоль границы.
Что касается Ирана, то Нетаньяху заявил, что Израиль будет продолжать “придерживаться высшей цели” - не допустить получения Тегераном ядерного оружия.
Иран настаивает на том, что соглашение, касающееся территориальной целостности Ливана, требует полного вывода израильских войск, что делает Дональда Трампа ответственным за вывод израильских войск.
Трамп заявил в четверг днем, что США ожидают “полного прекращения огня на всех фронтах, включая Ливан, ”Хезболлу" и Израиль".
“Мы призываем всех в Ближневосточном регионе сохранить свою приверженность тому, чтобы наши переговоры прошли красиво”, - написал Трамп в социальной сети Truth Social.
Также выяснилось, что верховный лидер Ирана аятолла Моджтаба Хаменеи одобрил сделку с США и одобрил прямые переговоры с командой Трампа. Хаменеи сказал, что Трамп “использовал все виды рычагов”, чтобы добиться заключения сделки “от отчаяния”.
Моджтаба Хаменеи не появлялся на публике с тех пор, как вступил в должность в марте после убийства своего отца, напоминает The Guardian.
Тем временем в четверг утром продолжались атаки израильских беспилотников и артиллерийские обстрелы. "Хезболла" взяла на себя ответственность за серию нападений на израильские войска в районе Кфар-Тебнит-Али ат-Тахер в последние дни.
Условия сделки Трампа вызвали резкую реакцию со стороны многих израильских политиков и СМИ. Статья в Times of Israel, в которой говорилось, что американо-израильская война с Ираном была проиграна из-за “слабости президента США”, отражает настроения в обществе.
Джей Ди Вэнс в четверг выступил в поддержку Трампа и отругал израильских критиков. “Дональд Трамп - единственный глава государства во всем мире, который в данный момент симпатизирует народу Израиля, - сказал Вэнс во время брифинга для прессы в Белом доме. - Если бы я был в кабинете израильского правительства, я, возможно, не стал бы нападать на единственного могущественного союзника, который у меня остался во всем мире”.
Угрозы соглашению появились после того, как запланированная на пятницу официальная церемония подписания меморандума о взаимопонимании между США и Ираном была отменена, констатирует The Guardian.
Трамп и его иранский коллега Масуд Пезешкиан уже лично подписали документ, переведенный на английский и фарси. Отмена официальной церемонии означает, что главный посредник, премьер-министр Пакистана Шехбаз Шариф, теперь не поедет в Швейцарию, что является ударом по Пакистану, который был бы рад оказаться в центре внимания всего мира.
Иран заявил, что переговоры на техническом уровне между двумя сторонами состоятся на принадлежащем Катару роскошном горном курорте Бюргеншток на берегу озера Люцерн.
Переговоры, которые являются первой прямой встречей между двумя сторонами с тех пор, как они встретились в Исламабаде 12 апреля, будут сосредоточены на том, как реализовать меморандум из 14 пунктов, в том числе как снять санкции с экспорта иранской нефти и обеспечить свободное движение коммерческих перевозок через Ормузский пролив.
В качестве удара по тем, кто надеялся, что в Ормузском проливе будет восстановлена полная и постоянная свобода судоходства, главный переговорщик Ирана Мохаммад Багер Галибаф заявил, что проливом необходимо управлять, а это потребует определенных затрат.
Но министр иностранных дел Саудовской Аравии принц Фейсал бен Фархан Аль Сауд оспорил иранский план: “До конфликта управление проливом работало нормально. Не было никаких проблем. Суда плавали свободно. Не было проблем с безопасностью. Не было никакой экологической проблемы. Так почему же мы должны сейчас, в результате конфликта, соглашаться на какое-то новое соглашение, которое будет ему навязано? На мой взгляд, это не имеет смысла. Поэтому я думаю, что нам нужно вернуться к тому, как все было, и это прекрасно сработало, и на этом все должно закончиться”.
Муат Альвари, директор по политическому планированию ОАЭ, заявил, что Эмираты, возможно, подверглись наибольшему количеству иранских ударов во время войны, которые были направлены против отелей, туристических объектов и гражданской инфраструктуры. Он добавил, что отношения ОАЭ с Израилем укрепились во время войны, поскольку в Абу-Даби увидели в Израиле надежного партнера в области обороны.
По словам Алвари, после войны взаимодействие страны с Израилем только углубится. “Это не меняет наших расчетов, которые с самого начала побуждали нас придерживаться соглашений Аврааама” (имеются в виду, поясняет The Guardian, соглашения, которые нормализовали отношения между ОАЭ и Израилем).
Эти два заявления ключевых фигур Персидского залива прозвучали в тот момент, когда министерство иностранных дел Ирана начало длительный процесс восстановления отношений со своими союзниками по Персидскому заливу. Он надеется, что страны Персидского залива внесут существенный вклад в запланированный иранский строительный фонд стоимостью 350 миллиардов долларов, который США согласились создать и который, как предполагается, привлечет в основном частных инвесторов в регионе.
Сейед Али Маданизаде, министр экономики Ирана, заявил, что отказ США от экспорта иранской нефти не приведет к экономическому росту, а эксперты говорят, что в краткосрочной перспективе это может привести лишь к небольшому увеличению добычи. Он сказал, что война привела к значительному сокращению доходов, резкому падению нефтяных доходов, что усилило бюджетный дисбаланс, добавив: “Не похоже, что все просто вернется на круги своя”.