Стало известно, как Трамп просчитался с Ираном
Президент США Дональд Трамп уже 37 раз публично утверждал, что Вашингтон находится на пороге подписания мирного соглашения с Тегераном. Американский лидер использует для этого посты в соцсетях, публичные выступления и телефонные интервью. Однако реальные перспективы урегулирования остаются тупиковыми. Политолог Алексей Макаркин в разговоре с Рамблером объяснил тактику Белого дома и оценил готовность Ирана к уступкам.
Подсчеты телеканала CNN показали, что Дональд Трамп с 23 марта по 8 июня 37 раз заявлял о скором заключении сделки с Ираном, которая должна завершить текущее военное противостояние. В своих заявлениях Трамп неизменно подчеркивает, что соглашение «уже близко», а Тегеран «отчаянно хочет» его подписать. Однако несмотря на регулярные анонсы скорой «полной победы», реального прогресса на переговорах нет, а Тегеран опровергает сообщения о готовности к капитуляции.
По словам Макаркина, регулярные заявления американского президента о близости соглашения — это не долгосрочный геополитический план, а ситуативная тактика давления, запущенная после провала первоначального плана США.
Я думаю, что это тактика, а не стратегия, поскольку о стратегии здесь говорить трудно. Трамп по своей стилистике — чистый тактик. Сама кампания против Ирана не была серьезно продуманной стратегией: это были сиюминутные решения с расчетом на то, что страна быстро рухнет. Когда этого не произошло, пришлось вступать в диалог. Но сейчас Вашингтон использует уже другую тактику, сочетающую силовое давление (в регионе сохраняются американские войска) с публичными заявлениями о том, что стороны вот-вот договорятся. Это тоже инструмент воздействия на Тегеран.
Алексей МакаркинПолитолог, вице-президент Центра политических технологий
Эксперт добавил, что Трамп умело перекладывает ответственность за затягивание конфликта на противоположную сторону. Демонстрируя международному сообществу, уставшему от нестабильности в Ормузском проливе, кажущуюся близость финала, Белый дом пытается выставить Иран единственным виновником продолжения кризиса.
Изначально американская администрация рассчитывала на скорый транзит власти в Иране — либо через коллапс режима на фоне внутренних протестов, либо через смену руководства на более договороспособных политиков. Однако реальность пошла по иному пути.
«Начиная эту кампанию, американцы исходили из двух возможных сценариев. Первый — развал режима на фоне внутренних протестов, что гипотетически могло привести к власти, например, сына последнего шаха. Второй сценарий предполагал, что наиболее радикальная часть руководства страны сойдет со сцены, а у власти окажутся умеренные, готовые к компромиссам политики — по аналогии с венесуэльской моделью. Оба варианта устраивали США. Но сработал третий сценарий: реальную власть в Иране получили военачальники из Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Это люди, прошедшие революцию 1979 года, войну с Ираком и многолетнее противостояние с Израилем. Они заняли жесткую позицию, и Трамп оказался в ситуации, когда на противоположной стороне усилились радикалы, договариваться с которыми крайне неудобно», — сказал специалист, отметив, что в итоге ключевое требование Вашингтона — отказ от ядерной программы и вывоз обогащенного урана в приемлемую для США страну — упирается в глухую стену.
Эксперт скептически оценил реальные перспективы заключения сделки между США и Ираном в обозримой перспективе. Иранское руководство видит уязвимости Трампа, включая внутриполитическое давление в США и приближающиеся выборы, а потому выбирает стратегию «перетерпеть».
«Иран исходит из того, что Трамп не решится на серьезную наземную операцию. В США в ноябре пройдут выборы, а резолюции Палаты представителей, хоть и не имеют обязывающей силы, четко сигнализируют: эта война в Америке непопулярна. Наземная операция обернется большими потерями, и для Трампа это запредельный риск. Поэтому Иран настроен просто продержаться — со временем позиции Трампа и его давление будут слабеть. Главный вопрос сейчас: выдержит ли это противостояние иранская экономика? Значительная часть местных элит хотела бы договориться с США, чтобы заняться внутренними проблемами, пока экономическая система не разрушена окончательно. Однако эти прагматичные круги сегодня оттеснены от принятия решений. На фоне слухов о возможной отставке президента Масуда Пезешкиана очевидно, что его влияние несопоставимо с весом военачальников. В такой обстановке ситуация будет тянуться дальше», — сказал специалист.
Макаркин отметил, что конфликт на Ближнем Востоке заходит в стадию позиционного изнурения. Иранские военные готовы продолжать противостояние, рассчитывая на раскол в отношениях между США и Израилем. В свою очередь, Белый дом продолжит генерировать заявления о «близком мире», используя их как инструмент психологической войны.
Ранее Трамп заявил, что Израиль и Иран прекратили обмен ударами на неделю.