Журналист из США Кристофер Хелали: в России я чувствую себя дома

— Недавно вы были в Иране, где живет ваша семья. Вы были там, чтобы повидаться с семьей или как журналист?

— Я был там как журналист, меня пригласили на медиафестиваль "Собх". Это была потрясающая возможность поехать в Иран, где идет вторая война менее чем за 12 месяцев. Но Иран показал свою стойкость в противостоянии агрессии как США, так и Израиля.

Было очень тяжело видеть разрушения. Но в то же время было поразительно видеть стойкость и достоинство иранского народа. Эта война должна была уничтожить правительство и сменить режим, но в итоге она укрепила солидарность и патриотизм людей в стране, то, что называют эффектом сплочения вокруг флага.

— Есть ли разница между протестами, которые происходили в Иране до вторжения США и Израиля, и тем, что мы видим сейчас?

— Демонстрации в конце декабря — начале января были против экономической ситуации. В Иране очень сложная экономическая ситуация, и правительство признало законное право людей протестовать. Но в течение трех дней эти протесты переросли в насилие, люди начали применять оружие. Они были агентами. Правительства США и Израиля открыто заявляли, что они вооружали протестующих через Cеверный Ирак, через Курдистан.

Когда я там был (в мае — прим. ТАСС), люди на улицах говорили мне: "Экономика в очень плохом состоянии". Но они поняли, что эти проблемы — не вина их правительства: Иран 47 лет находится под санкциями и попытками смены режима при всех администрациях США и Израиля. Поэтому я думаю, что люди на улицах были там по собственной воле, потому что это был их долг. Их страну бомбят, кто при этом не поддержал бы свою страну?!

На митингах люди заботились друг о друге, открывали свои дома, давали друг другу еду. Там царила особая атмосфера. И я думаю, что за любую страну, за которую стоит бороться, люди будут бороться, независимо от своих взглядов и ситуации.

— Как вы думаете, обладают ли Соединенные Штаты и Израиль вместе возможностями и силой, чтобы победить Иран?

— Они не смогут победить Иран, военного решения этой проблемы не существует. Иран — страна с населением около 93 млн человек, его возможности огромны. Иран не будет напрямую атаковать территорию США, в этом нет необходимости. Что он может сделать, так это с помощью Ормузского пролива задушить мировую экономику. Он также может уничтожить ресурсы Запада в странах Персидского залива. Уже сейчас атаки на инфраструктуру стран Персидского залива, которые поддерживали агрессию США и Израиля, привели к тому, что она выведена из строя на годы. Такой экономический ущерб разрушительнее ядерного оружия.

— Однажды вы назвали Иран замковым камнем Евразии. Не могли бы вы пояснить это?

— Как историк, скажу, что географическое положение Ирана можно назвать замковым камнем в арке Евразии, потому что из России через Иран нужно пройти всего две страны — и вы окажетесь в Восточном Средиземноморье. Поэтому Иран всегда играл огромную роль в истории, начиная с древней Персии и даже раньше. Этот регион также имел чрезвычайно важное значение для связи Китая и Дальнего Востока со Средиземноморьем и Северной Африкой.

Я считаю, что географическое положение Ирана является одним из ключевых элементов безопасности в Евразии. Если Иран падет, это откроет "мягкое подбрюшье" Российской Федерации. Сталинградская битва была попыткой Гитлера захватить Баку как нефтяной центр Советского Союза с целью задушить Россию. А если вы сможете захватить Иран, Баку будет всего в одном шаге: вы откроете Россию не только с европейского фланга, но и с центральноазиатского и ближневосточного.

— Связаны ли конфликт на Украине и война, развязанная Соединенными Штатами и Израилем в Иране? Можете ли вы назвать различия и общие черты этих конфликтов?

— Эти конфликты связаны, так как являются частью войны США и НАТО с противниками, которые очень сильны на международной арене. Иран с самого начала поддерживал освободительные движения: Нельсона Манделу и АНК в Южной Африке, Кубу, Венесуэлу при Уго Чавесе и Мадуро. Российская Федерация поддерживала все освободительные движения со времен Советского Союза в Латинской Америке, в Африке, в Азии. На Западе не скрывают, что хотят смены режима. Они говорят это более политкорректно: они хотят видеть политические преобразования и демократизацию в этих странах. Но это значит, что они хотят положить конец поддержке движений солидарности, антизападных движений и иметь там прозападные правительства.

— Вы коммунист. На Западе коммунизм всегда воспринимался как нечто, чем пугают детей. Почему вы в раннем возрасте выбрали именно коммунизм?

— Да, я из коммунистической семьи — в четвертом поколении. Мои прабабушка и прадедушка вступили в Коммунистическую партию Греции в 1920-х годах, участвовали в национальном сопротивлении против нацистов, в борьбе против Третьего рейха, в борьбе против стран "оси". Греция сыграла очень важную роль в сопротивлении, которое возглавлялось коммунистами при поддержке Советского Союза, Тито в Югославии, Ходжи в Албании. Два старших брата моего деда служили в Народно-освободительной армии Греции, а мой дед — и бабушка — был в ее молодежном крыле, занимался подготовкой записок, курьерской работой — они работали в тылу, но вся семья была вовлечена в это.

И, конечно, Сталин был большим героем — так я вырос. 9 Мая тоже был нашим праздником, мы слушали музыку хора Красной армии. Печально, что после освобождения Греция стала первым очагом холодной войны. Мы освободили нашу страну в октябре 1944 года, а к декабрю все, кто был союзником нацистов, уже пользовались поддержкой Запада. В 1946–1947 годах началась полномасштабная гражданская война в Греции, и брата моего деда казнили как коммуниста — теперь они были врагами.

Для меня это глубоко тревожно, потому что это наша история. Сейчас разрушают могилы и памятники победителей нацистов. Это больно, потому что это история моей семьи, мое наследие. И я продолжаю его по-своему, поддерживая Донбасс, поддерживая Российскую Федерацию.

— Расскажите о своей нынешней работе по борьбе с попытками переписать историю и прежде всего пересмотреть результаты Второй мировой войны.

— В Соединенных Штатах моя работа как преподавателя заключалась в том, чтобы показать правдивую историю. Сегодня в США распространено мнение, что победителями были США и Британия. У нас есть такие фильмы, как "Спасти рядового Райана", о высадке в Нормандии. И на протяжении истории мы наблюдаем уменьшение роли Советского Союза, хотя президент Рузвельт и Черчилль признавали, что именно вклад СССР обеспечил победу в войне.

США вступили в бой в июне 1944 года. К тому времени советская Красная армия уже стояла у ворот Германии. Сталин запрашивал второй фронт за много лет до этого. К моменту, когда США и Великобритания вмешались, перелом хода событий уже произошел. Советы могли бы закончить все в одиночку.

Мы должны дать правдивую картину того, как возник фашизм: Запад сыграл свою роль. Сейчас люди часто говорят, что Гитлер был союзником Сталина. Это неправда: США, Великобритания и другие европейские страны заключили соглашения с нацистской Германией еще до этого.

Затем была агрессия нацистской Германии против Советского Союза. Это не агрессия Советского Союза. Нацистская Германия вторглась и совершила геноцид. Да, был Холокост — 6 млн евреев, но было и 27 млн советских граждан. Большинство из них — мирные жители. Это тоже геноцид. Это гораздо более масштабный Холокост.

Сейчас мои коллеги говорят мне, что 27 млн — это всего лишь пустые слова Кремля. Для меня это очень травматично. Мои коллеги, учителя истории, говорят, что с 1980-х годов СССР и Россия используют 9 Мая как пропагандистский инструмент. Если мы не поймем правду, студенты будут думать, что США и Великобритания выиграли войну, а Россия и Советский Союз и раньше были главным врагом, а теперь в связи с Украиной мы должны поддерживать США, ЕС, НАТО.

— Вы сейчас добиваетесь получения российского гражданства. Каковы ожидаемые сроки получения паспорта?

— Надеюсь, скоро. Я отправил документы. Моя семья была членом Русской партии в Греции и всегда очень поддерживала Россию: они видели в ней продолжение Византии. Поэтому для меня у России две прекрасные стороны, как у двуглавого орла. У нее есть советская история, которая мне очень близка, и православное византийское наследие. В этом смысле Россия для меня как дом.

Российское гражданство для меня будет просто продолжением поддержки и защиты моей страны, этой прекрасной земли и людей. И я надеюсь, что смогу вернуться к преподаванию.

— В декабре вас внесли в базу "Миротворец". Чувствуете ли вы себя защищенным в России от того, что вам угрожает?

— Безусловно, я чувствую себя в России в безопасности. РФ делает все, что в ее силах, для защиты своих граждан. Я очень благодарен российским службам безопасности за их помощь, защиту и поддержку. То, что я нахожусь в центре внимания (украинских властей — прим. ТАСС), я считаю знаком отличия, потому что это означает, что я сделал что-то правильно.

Тем, кто хочет знать правду, достаточно просто поехать и посмотреть. И я бы попросил всех, кто смотрит это интервью: если вы хотите приехать, свяжитесь со мной и приезжайте. Поезжайте в Донбасс, посмотрите все, поговорите с людьми, поговорите с мирными жителями о событиях до 2014 года и о том, что к этому привело, и я думаю, что вы получите гораздо более глубокое понимание того, откуда все это взялось.