Гибридное перемирие. Переговоры между США и Ираном прилетам не мешают

Американский удар по острову Кешм, а потом иранский удар по военной базе в Кувейте состоялись в ночь на 1 июня на фоне продолжающихся между США и Ираном переговоров. Так, новый вид перемирия приобретает черты эскалации. Говорил же недавно американский вице-президент Джей Ди Вэнс после обмена ударами 28 мая, что "эти соглашения о прекращении огня всегда немного запутаны" и "иногда в таких ситуациях случаются небольшие обострения".

Очередное "небольшое обострение" случилось в ночь на первый день лета. Залив находится в состоянии перемирия, которое все очевидно воспринимают как режим повышенной готовности к обмену ударами в любое время, но под прикрытием переговоров. Такое не классическое прекращение огня, с одной стороны, уберегало регион от сползания к большой войне во время хаджа. А с другой стороны, постепенно заставило всех привыкнуть к тому, что наносить военные удары стороны могут и во время переговоров.

Фактически эти удары можно уже воспринимать в качестве таких же элементов переговорной повестки, как режим прохода через Ормуз, снятие санкций, ядерное досье и боевые действия в Ливане. И сегодня, когда эта гибридная переговорно-ударная реальность стала новой нормальностью международной жизни, остался только один главный риск — инцидент с последствиями, который сделает откат политически невозможным.

В мусульманском мире завершились праздники, и более 1,7 млн паломников из десятков стран вернулись с окончанием хаджа на родину из Саудовской Аравии. Королевство в очередной раз выполнило задачу обеспечения безопасности в сезон паломничества. А в регионе Залива напряженность не прекращается. На фоне возобновления регулярных рейсов "Аэрофлота" из Москвы в Дубай странно выглядит новость о резко возросшей за последние дни активности американских ВВС в Заливе. Средний темп авиасообщения тяжелых военно-транспортных самолетов С-17 в регион (прежде всего в Катар и Иорданию) установился за последние пять дней на уровне 5,8 рейса в сутки. И это — достоверный сигнал установления режима устойчивого авиамоста. Первая новость (про "Аэрофлот") выглядит как сигнал нормализации и деэскалации. А вот вторая — совсем наоборот.

Даст ли окончание хаджа сторонам больше пространства для развития силового давления или переговорная инерция уже достаточно сильна, чтобы удержать конфликт в управляемом коридоре событий? Утечки в СМИ о проекте 60-дневного продления прекращения огня снижают вероятность немедленного большого столкновения, но не устраняют причин эскалации. Вашингтон требует открытия Ормузского пролива без сборов и ограничений. Он требует жестких гарантий по иранской ядерной программе. В то же время Тегеран все больше укрепляется в позиции регулятора морского режима в Ормузском проливе на собственных условиях. В отношении санкций Тегеран четко артикулирует неприятие отсрочек их снятия. И к американским жестким условиям в отношении ядерной программы Тегеран также относится более чем сдержанно. Одним словом, даже при подписании промежуточного документа (о продлении перемирия или о каком-то компромиссном меморандуме — не так важно) стороны сохранят разногласия по содержательной повестке. А содержательная повестка об американских санкциях в отношении иранской Администрации водных путей Залива, действиях самой Администрации, реальном режиме прохода судов, ночных обстрелах в обе стороны, страховых премиях до нескольких процентов от стоимости судов и о ядерной программе Ирана пока имеет отчетливо выраженные противоречия.

Ценовая динамика глобального рынка тоже подтверждает общий курс на углубление неопределенности. Нефть реагирует на удары и сообщения о минах в Ормузском проливе ростом. И Brent снова поднимается выше $93 за баррель, а WTI торгуется около $90. Европейский газ прибавляет внутри дня, хотя месячная динамика остается слабее: рынок уже заложил часть риска, но не получил гарантии устойчивого открытия маршрута катарского СПГ. Золото, напротив, просело на фоне укрепления доллара и ожиданий по ставкам. А вот серебро, платина и палладий выросли. Риски танкерного фрахта по направлениям Ближний Восток — Азия остаются намного выше довоенных уровней. И даже после коррекции ставки показывают, что мировая логистика не вернулась к нормальному доконфликтному режиму.

Управляемая турбулентность рынков (особенно углеводородных) сохраняется. А это означает неопределенность с удобрениями и риск разрушения хрупкой продовольственной безопасности в Африке и Азии уже к концу года.

После хаджа стороны действительно получили больше свободы маневра. Но эта свобода не равна автоматической эскалации. Саудовская Аравия и другие монархии Залива будут направлять ситуацию в сторону большей предсказуемости, потому что конфликт выявил риски не защищенных от его последствий отраслей их экономик. Это транспорт углеводородов и туризм, фондовый рынок и иностранные инвестиции. А Иран и США будут все тверже настаивать на своих переговорных позициях. В какую сторону будет развиваться ситуация при таких разнонаправленных мотивационных векторах (и не будем забывать о продолжении военной операции Израиля на юге Ливана), сказать трудно.

Именно поэтому ближайшая фаза будет самой нервной: стороны уже выполнили обязательства по безопасности региона на время хаджа, но еще не создали новый устойчивый порядок безопасности.

Исламский мир находится накануне календарного рубежа — преддверия мусульманского нового года (16 июня). Добавит ли вероятности сценарию деэскалации предстоящий 14 июня юбилей американского президента, можно лишь гадать. А еще можно верить. Верить в то, что США не заинтересованы в большой войне. И в то, что Иран найдет справедливую формулу на переговорах и сумеет убедить в ее целесообразности США.

А жизнь в Заливе в ближайшие недели продолжится. И скорее всего — в режиме гибридного перемирия, неполного открытия и повышенной готовности. И если все пойдет по мирному пути, то авиамаршруты будут возвращаться к нормальной жизни быстрее морских. А морские торговые маршруты войдут в русло мирной жизни быстрее страховых надбавок за военные риски. Ну а страховщики будут реагировать точно быстрее, чем будет возвращаться дипломатическое доверие. И вот это самое доверие и станет тем главным, что восстановится последним, но зато даст гарантии безопасности хоть на какой-то срок.

Ну а пока стороны будут договариваться о допустимой дозе принуждения и готовить почву для переговоров о более долгосрочном мире. По крайней мере, мы все хотим в это верить. Ведь даже гибридные перемирия сегодня даются непросто.