Так говорил Трамп: как менялась риторика президента США о войне

Непостоянство Трампа давно стало притчей во языцех. Его риторика меняется не то со сменой погоды, не то просто по настроению. Скажем, в один уикэнд президент США может заявить, что он близок к заключению мирного соглашения с Ираном, начало рабочей недели открывается новыми ударами Соединенных Штатов по иранским объектам. И так всегда.

“Это знакомая картина: вот уже несколько недель Трамп лавирует между разговорами о переговорах, бомбардировках и блокаде — иногда одновременно, – утверждает The New York Times. – Он даже не раз заявлял, что война уже закончилась”.

"Нью-Йорк таймс" проанализировала заявления американского президента о том, что конфликт с Ираном близится к завершению, и сравнила их с реальностью на данный момент.

Часто наблюдались серьезные расхождения во мнениях, констатирует издание. Трамп неоднократно угрожал применить чрезвычайную силу, но только для того, чтобы воздержаться от своих действий. Во многих случаях он заявлял о значительном дипломатическом прогрессе, который позже оказался необоснованным, что вызвало критику в его адрес за то, что он пытается успокоить рынки и ослабить политическое давление.

Вот несколько его мартовских заявлений, которые приводит The New York Times.

* “С Ираном не будет никакой сделки, кроме БЕЗОГОВОРОЧНОЙ КАПИТУЛЯЦИИ!” (публикация в социальной сети Truth от 6 марта).

* “...Иран, который потерпел полное поражение и хочет заключить сделку...” (публикация Truth Social от 13 марта)

* “...ОЧЕНЬ ХОРОШИЕ И ПРОДУКТИВНЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ...” (публикация Truth Social от 23 марта).

Один из первых случаев, когда комментарий Трампа оказал значительное влияние на рынки, произошел 23 марта, когда президент США дал указание Пентагону отложить любые атаки на иранские электростанции и энергетическую инфраструктуру на пять дней.

Предположение Трампа о том, что администрация пытается найти выход из конфликта, сплотило инвесторов. И 23 марта цены на нефть упали более чем на 10 процентов, напоминает The New York Times. Впервые почти за две недели цена на нефть марки Brent, международный нефтяной бенчмарк, опустилась ниже 100 долларов. В последний раз рынок нефти так резко падал в ответ на действия Трампа 9 марта, когда он заявил CBS News, что война с Ираном “полностью завершена”.

В тот же день Трамп сообщил журналистам, что с Тегераном ведутся дипломатические переговоры, заявив о “реальной возможности заключения сделки”. Спикер парламента Ирана опроверг это, написав на платформе X, что “фейковые новости используется для манипулирования финансовыми и нефтяными рынками и выхода из трясины, в которой оказались США и Израиль”.

Итак, The New York Times продолжает вспоминать утверждения Трампа.

* ”У нас были очень, очень серьезные переговоры..." (сообщение для прессы от 23 марта).

* “Они ”умоляют" нас заключить сделку..." (Публикация в социальной сети Truth Social от 26 марта)

* “Конечно, они ведут переговоры, они были уничтожены. Кто откажется от переговоров?” (Комментарии от 26 марта).

Через несколько дней после публикации сообщения о том, что переговоры идут успешно, президент Трамп вновь прибегнул к угрозам. 30 марта он написал в социальной сети Truth Social, что уничтожит энергетическую инфраструктуру Ирана, если Ормузский пролив не будет немедленно открыт.

Фондовый рынок достиг самого низкого уровня за год, пишет The New York Times. На следующий день Трамп пообещал, что США уйдут “очень скоро”, что придало рынку импульс. 30 марта для индекса S&P 500 был худший день в году

Трамп обратился к американской нации 1 апреля. Хотя он и не предсказывал скорого разрешения конфликта, он сказал, что его военные задачи будут выполнены “очень скоро” и что дипломатия продолжается.

В последующие дни фондовый рынок продолжал расти.

По мере того как переговоры затягивались, президент США чередовал заявления о дипломатическом прогрессе с угрозами военной эскалации, но ни то, ни другое не осуществилось.

* “Мы очень скоро уйдем”. (Выступление от 31 марта).

* “Время на исходе — 48 часов до того, как над ними воцарится ад”. (Сообщение в соцсети Truth Social от 4 апреля).

* “Они сделали предложение, и это важное предложение”. (Комментарии от 6 апреля)

* “Сегодня ночью погибнет целая цивилизация, и ее уже никогда не возродить”. (Сообщение в социальной сети Truth Social от 7 апреля).

Трамп начал апрель с самых громких угроз за все время войны, в том числе с угроз уничтожить “цивилизацию” Ирана в ночь на 7 апреля. Но позже тем же вечером Трамп объявил об одном из самых важных событий за всю войну: о двухнедельном прекращении огня при посредничестве Пакистана.

Рынки приветствовали соглашение о прекращении огня, которое, как предполагалось, должно было вновь открыть Ормузский пролив, но в апреле ситуация изменилась не так сильно, как ранее. Цены на нефть сначала упали, но оказались волатильными, вспоминает The New York Times.

Тегеран быстро заявил, что продолжающиеся боевые действия в Ливане между Израилем и союзником Ирана "Хезболлой" нарушают соглашение, и Иран держит Ормузский пролив закрытым. Трамп утверждал, что Иран не выполняет свою часть сделки.

До начала войны через Ормузский пролив транспортировалась примерно пятая часть добываемых в мире нефти и газа. Но как только началась война, морские перевозки резко сократились, напоминает The New York Times. Поставки нефти через Ормузский пролив сократились до минимума. Иран неоднократно обещал открыть пролив в рамках соглашения о прекращении огня, но этого так и не произошло.

После провала первого раунда переговоров с Ираном 11 апреля Трамп объявил о блокаде иранских портов, чтобы перекрыть прибыльный экспорт нефти Тегераном. Разгневанный Иран заявил, что пролив будет оставаться закрытым до тех пор, пока будет продолжаться блокада.

В конце апреля Трамп согласился продлить на неопределенный срок режим прекращения огня и заявил, что официальные лица США вернутся в Пакистан для продолжения переговоров. Несколько дней спустя мистер Непостоянство отменил эти переговоры.

На следующей неделе, 28 апреля, цены на бензин выросли до самого высокого уровня за последние четыре года — признак того, что рынки стали гораздо менее восприимчивы к оптимистичным комментариям Трампа, чем в начале войны.

* “Я полностью осознаю, что мои представители ведут очень позитивные переговоры со страной Иран, и что эти переговоры могут привести к чему-то очень позитивному для всех”. (Сообщение в сети Truth Social от 3 мая).

* “Предположительно, сегодня вечером я получу письмо, так что посмотрим, что из этого выйдет”. (Публикация в прессе от 8 мая).

* “Мне это не нравится — СОВЕРШЕННО НЕПРИЕМЛЕМО!” (публикация в Truth Social от 10 мая)

* “Мы готовились к завтрашней очень крупной атаке, но я отложил ее... потому что у нас были очень серьезные переговоры с Ираном” (Сообщение для прессы от 18 мая).

* “В настоящее время обсуждаются окончательные аспекты и детали сделки, о которых будет объявлено в ближайшее время”. (Сообщение в Truth Social от 23 мая)

* “... Я попросил своих представителей не торопиться со сделкой, поскольку время на нашей стороне”. (Сообщение в Truth Social от 24 мая)

* “Это будет выгодная сделка для всех или никакой сделки вообще...” (пост в Truth Social от 25 мая).

В начале мая Трамп сделал несколько новых заявлений о дипломатическом прогрессе. Но последующие события вновь подорвали его оптимизм. Когда Иран направил Трампу письмо от 10 мая, в котором Тегеран вновь изложил свои жесткие требования без каких-либо новых уступок, Трамп назвал это письмо “куском мусора”.

Этот цикл повторился и потом, когда Трамп заявил, что Соединенные Штаты близки к заключению соглашения о продлении режима прекращения огня и открытии Ормузского пролива. Но американский президент также отклонил эти заявления, предположив, что, возможно, потребуется больше времени. К понедельнику Соединенные Штаты нанесли серию ударов по южному Ирану, и Дональд Трамп пригрозил возобновить “стрельбу”.

Точку на этом ставить рано. Можно побиться об заклад, что Трамп продолжит вываливать одни утверждения, а потом выступать с диаметрально противоположными заявлениями и дальше. Это же Трамп...