Президент США Дональд Трамп в своей речи на ужине в Розовом саду Белого дома 12 мая назвал вице-президента США Джей Ди Вэнса и госсекретаря Марко Рубио идеальными кандидатами для управления страной после окончания его срока. Это произошло в шутливой с виду форме: сначала президент задался вопросом, кто мог бы стать его преемником, а потом предложил гостям мероприятия проголосовать аплодисментами за потенциальных кандидатов в президенты и вице-президенты в 2028 году. После этого он произнес имена Вэнса и Рубио, не пояснив при этом, кому какую должность прочит.
Была ли шутка?
Слова американского лидера необходимо воспринимать со всей серьезностью, поскольку в политическом арсенале Трампа "шутка" — это форма троллинга, которая тестирует аудиторию без обязательств и посылает прямой сигнал фигурантам, убежден кандидат экономических наук, доцент кафедры экономической безопасности Института права и национальной безопасности РАНХиГС Николай Гапоненко.
Публичная реакция на "шутку" — восторг, негодование, растерянность элит — позволяет замерить, насколько такой сценарий приемлем для базы и партийного истеблишмента. "Если волна негатива — это всегда можно списать на "вы не понимаете юмора". Если реакция позитивная — шутка постепенно превращается в обсуждаемую реальность", — пояснил Гапоненко. По его словам, прием "шутки" также помогает президенту США управлять повесткой страны: "Она переводит внимание с текущих проблем на захватывающую интригу "престолонаследия", где Трамп — единоличный вершитель судеб".
Ситуация, когда Трамп в характерной манере, якобы "в шутку" обозначает своих преемников, на взгляд Гапоненко, абсолютно укладывается в его политический стиль, и такой прием он использовал неоднократно. Такой "шуточный" жест означает, что наступает длительный период управляемой неопределенности — окончательного решения нет, и Трамп вряд ли примет его вплоть до последнего момента, полагает эксперт.
Риторика о Марко Рубио и Джей Ди Вэнсе как "команде мечты" выглядит не как случайный экспромт, а как элемент управляемой внутрипартийной архитектуры, согласен эксперт Института мировой военной экономики и стратегии НИУ ВШЭ Николай Новик. "Трамп традиционно действует через публичную неопределенность, повышает ставки для потенциальных преемников и не позволяет ни одному из них преждевременно превратиться в самостоятельный центр силы", — говорит от, подмечая, что именно поэтому вслед за комплиментом в речи прозвучала оговорка о том, что это "не означает поддержки".
Символичным собеседник агентства считает и то, что Трамп начал публично обсуждать 2028 год значительно раньше обычного электорального цикла: формально он сохраняет дистанцию, но фактически уже запускает механизм конкурентной лояльности. Эксперт поясняет: Вэнс и Рубио вынуждены демонстрировать не столько самостоятельность, сколько способность продолжить политический тренд Трампа, а это типичная для него модель управления элитами, где лидер сохраняет статус единственного арбитра, а потенциальные преемники конкурируют за право считаться "наиболее трампоцентричными".
"Запасной игрок" против "рупора трампизма"
Слова Трампа о предпочтении Вэнса и Рубио в качестве своих преемников не подкупают оригинальностью и новизной реестра возможных республиканских номинантов на будущих президентских выборах — равно как и не означают немедленной официальной поддержки президентом той или иной кандидатуры, считает кандидат политических наук, аналитик НИУ ВШЭ Егор Торопов. На его взгляд, в силу как формального положения, так и реального влияния каждый из них является естественным претендентом на должности президента и вице-президента.
Таким образом, поясняет аналитик, словами о преемниках Трамп не успокаивает, а, наоборот, подогревает интерес к этой теме: кто же может получить его поддержку — но не гарантированный электоральный успех — в борьбе за номинацию от республиканцев. А победитель открытых внутрипартийных праймериз уже сам выберет напарника на пост вице-президента.
Со свой стороны Новик призывает учитывать, что сочетание двух фигур кандидатов представляет разные сегменты современного республиканского движения. "Вэнс — идеологический наследник трампистского популизма, изоляционист. Он ориентирован на электорат "постглобалистской Америки", индустриальные штаты, культурный консерватизм и скепсис в отношении внешнеполитического интервенционизма. Рубио, напротив, исторически ассоциировался с более традиционным республиканским истеблишментом и внешнеполитическим "ястребиным" крылом, но за последние месяцы он фактически адаптировался к новой партийной реальности и стал одним из наиболее дисциплинированных проводников трампистской линии внутри государственного аппарата", — поясняет эксперт, отмечая, что это уже не компромисс старой и новой Республиканской партии, а попытка соединить прежний республиканский истеблишмент и крыло MAGA.
Вэнс в этом поединке является фаворитом, но и не коронованным наследником, считает Гапоненко. "Вице-президент, идеальный трампист-популист с 2024 года, рупор трампизма без 25-летней истории расхождений с лидером. Скорее всего, Вэнс окажется в самой сложной ситуации. В таком положении ему будет необходимо, с одной стороны, не выглядеть так, будто он уже делит шкуру неубитого медведя, так как это раздражает Трампа и провоцирует элиты, а с другой — начать негласную мобилизацию сторонников, чтобы ниша "единственного наследника" внезапно не отошла к Рубио", — сказал эксперт, пояснив, что стратегия Вэнса будет строиться на утроенной лояльности, демонстративном отсутствии собственных амбиций и подчеркивании, что именно он — гарант сохранения трампизма без Трампа.
Рубио, в свою очередь, зрелый запасной игрок, госсекретарь, человек с солидным истеблишмент-бэкграундом, который в 2016 году был противником Трампа, но доказал лояльность и компетентность. "Он, скорее всего, продолжит работать на укрепление своего имиджа серьезного государственного деятеля, который может говорить с элитами, спонсорами и внешним миром на понятном им языке. Рубио будет позиционировать себя не против Вэнса, а как более широкая, объединяющая фигура, способная консолидировать партию", — отметил Гапоненко, подчеркнув, что даже упоминание его наравне с Вэнсом — огромный бонус и сигнал, что его рассматривают как план Б на непредвиденный случай или часть будущей комбинации.
"Интересное начнется, когда он перестанет шутить"
На перспективу двум будущим напарникам в любом их взаимном расположении еще предстоит тяжелая борьба против будущего победителя праймериз демократов, подчеркивает Торопов. "Сложный для республиканцев 2028 год тот же Рубио или даже Вэнс, который все еще остается несколько ближе к первому месту в паре республиканских кандидатов, могут решить пересидеть под благовидным предлогом — что будет репутационно сложнее и электорально рискованнее для Вэнса, чем для Рубио", — поясняет эксперт.
Сама идея "команды мечты" отражает внутреннюю проблему республиканцев: партия пока не выработала механизм существования без харизмы Трампа, поэтому тандем Вэнса и Рубио является поиском формулы транзита власти внутри MAGA, убежден Новик. "По сути 47-й президент США пытается превратить персоналистский проект в устойчивую политическую систему — он уже не называет главного и второго номера, как это было в начале срока. Неопределенность сохраняет его контроль над процессом и одновременно подчеркивает главный политический факт нынешней Америки, когда даже разговор о преемниках по-прежнему невозможен без самого Трампа", — сказал он.
Что касается поведения самих "преемников", то, как считает Гапоненко, их офисы не будут вступать в прямую конфронтацию, но их союзники в партии, крупные доноры — Илон Маск, Питер Тиль, традиционные корпоративные спонсоры и медиаресурсы начнут активизироваться, продавливая своего кандидата. Трамп, в свою очередь, поощряет такую конкуренцию, считая ее верным способом проверить преданность и стрессоустойчивость.
Реальная цель Дональда Трампа при этом — не выбор кого-то одного, а проведение "кастинга" и сохранение единства. "Наиболее вероятно, что Трамп будет держать обоих в качестве главных претендентов на 2028 год как минимум до съезда. Это исключает появление других серьезных выскочек и вынуждает разные крылья партии — популистов и более традиционных консерваторов — бороться за его благосклонность", — подчеркнул он.
Такая "шутка" — классический трамповский политический ход. "Она превращает неформальный разговор о будущем в управляемый и полностью подконтрольный Трампу процесс. Самое интересное начнется тогда, когда он перестанет шутить и начнет отдавать более явные предпочтения", — заключает Гапоненко.
Екатерина Шамарова