Новая польская традиция для дня конституции: президент объявил, что премьер разрушает государство
В минувшее воскресенье президент Польши Кароль Навроцкий приступил к изменению конституции страны. Точнее 1 мая он объявил, что ему пришла в голову такая идея, и 3-го мая, в День польской конституции, он назначил ключевых членов совета по пересмотру основного закона. Эта новость закономерно вызвала ехидную реакцию видного местного блогера и премьера правительства Дональда Туска. Он предложил своему политическому оппоненту Навроцкому «начать с соблюдения действующей» конституции.
Известно, что для изменения основного закона в Польше нужно получить в обеих палатах парламента подавляющее большинство голосов, чего польскому президенту достичь в ближайшей перспективе не удастся, потому что партия, к которой он принадлежит, там в меньшинстве, а та, которая выдвинула Туска в премьеры — в большинстве. Но Навроцкий человек вполне серьезный, и потому вполне закономерно возник вопрос, а чего ради он это все затеял.
Гражданам, собравшимся на Замковой площади, он дал некоторые объяснения в рамках довольно эмоциональной речи. В частности, он сказал, что действующая конституция 1997 года была "необходимым компромиссом в период политической трансформации", однако он считает, что в настоящее время государственная система, определяемая ею, стала источником постояного конфликта властей и хаоса. И потому необходимо, например, "решительное командование вооруженными силами Республики, а не постоянная фрагментация власти на два центра: административный и государственный" и т.д.
"Я не буду сегодня говорить нации, какую систему нам следует выбрать: премьер-министра или президентскую, но скажу, что так продолжаться не может… когда власть в Польше разделена на два центра", - заявил президент. И добавил: «"Я убежден, что сегодняшние проблемы в Республике Польша - это уже не просто политические проблемы; они носят системный, фундаментальный и основополагающий характер. Давайте будем честны, мы живем в момент, когда политический конфликт зашел слишком далеко».
Чтобы выяснить, какие особенности польской политической жизни могли мотивировать Навроцкого сделать довольно странный политический жест, мы обратились к политологу, доценту Финансового университета при правительстве России Вадиму Трухачеву.
-Что имел в виду Навроцкий, когда это всё устраивал накануне польского Дня конституции? Если это знак, то кому и какой, потому что выборы довольно не скоро, а нынешний парламент за его поправки не проголосует.
-Смысл этого жеста очень простой: надо получить повод для того, чтобы разогнать Сейм и объявить досрочные парламентские выборы.
-Но возможно ли это сделать на основании отклонения подготовленного проекта всего лишь?
-Ещё что-то может придумать. Бюджет, например — по бюджету какие-нибудь трения устроит. То есть это в рамках его, так сказать, попыток разобраться с Сеймом. Именно так, потому что иначе он не выгонит правительство Туска.
-А в этом случае, с поправками, такое намерение проявляется всерьез, или это он просто поднимает Туску давление?
-Он поднимает Туску давление, конечно.
-И эта инициатива не может быть причиной каких-либо серьёзных, так сказать, изменений…
-Это вечная разборка между Качиньскими и Туском, как главными участниками. Понятно, что Навроцкий в этом смысле никто. За ним маячит конкретная фигура Ярослава Качиньского (лидер партии Право и справедливость — ред.). И Туск второй участник этой бесконечной разборки, которая длится более 20 лет. Главные действующие лица всё те же.
-То есть вряд ли здесь имеет смысл говорить о каких-то серьёзных намерениях Навруцкого довести всё до...
-Это сюжет настолько заезженный, от которого сами поляки уже порядком устали. Польша устойчивое национальное государство. И противоречий по поводу этого государства нет. Там ни евроскептики, ни еврооптимисты не ставят под сомнение этот ключевой момент —характер польской государственности, даже в рамках Евросоюза.
Это косметические вещи, на которые нам обращать внимание не стоит. Всерьёз изменить конституцию президент единолично не может. Для этого нужно одобрение конституционного большинства и в Сейме, и в Сенате, которыми он обладать не будет по итогам любых выборов.