Трамп столкнулся с жесткой реальностью из-за нападения на Иран

Дональд Трамп сталкивается со сложной реальностью затеянной им дорогостоящей и непопулярной войны в Иране. Прогнозы президента США об относительно краткосрочном конфликте с минимальными экономическими последствиями, похоже, рушатся, признают американские СМИ.

Спустя два месяца после начала войны в Иране президент Трамп сталкивается со сложной реальностью конфликта, который оказался дорогостоящим, крайне непопулярным и не имеет четкой развязки, констатирует The New York Times.

Энергетические рынки в смятении. Пентагон впервые публично оценил стоимость войны: на данный момент она составляет 25 миллиардов долларов. Ключевые республиканцы в Конгрессе проявляют все большее нетерпение. А Трамп обрушивается на иностранных союзников, таких как Германия, которые не проявляют интереса к участию в войне, продолжает The New York Times.

Выступая в пятницу перед толпой сторонников, Трамп заявил, что ни о чем не жалеет.

Тем не менее, прогнозы Трампа об относительно краткосрочном конфликте с минимальными экономическими последствиями, похоже, рушатся, отмечает The New York Times.

Трамп неоднократно выступал в защиту войны, которую он начал вместе с Израилем 28 февраля, и заявлял, что крайне важно, чтобы у Ирана никогда не было ядерного оружия. Соединенные Штаты и Израиль уничтожили военные объекты и убили высокопоставленных иранских руководителей, включая Верховного лидера Исламской Республике, но правительство в Иране продолжает действовать и способно причинить боль Соединенным Штатам.

Поскольку конфликт продолжается, Трамп призвал американцев смотреть на вещи “в перспективе”, сославшись на длительные войны во Вьетнаме и Ираке, которые указывают на то, что участие США в Иране “совсем недолгое”.

Всего три недели назад Трамп заявлял, что Иран согласился на все его требования, и предположил, что прорыв близок. Дескать, Иран будет сотрудничать с Соединенными Штатами в деле изъятия своего обогащенного урана, цены на энергоносители упадут, а растущий глобальный кризис с потенциальными серьезными политическими последствиями утихнет.

Ничего из этого не произошло, подчеркивает The New York Times.

Трамп высказывал противоречивые мнения о будущем войны, утверждая, что Иран хотел заключить сделку, и в то же время заявляя, что руководство в Тегеране оказалось настолько “разрозненным”, что трудно было сказать, кто командует в Иране. Он также сказал, что не стоит заставлять его посланников лететь 18 часов на самолете, чтобы договориться о сделке, которая может не состояться.

А в пятницу, после заявления о том, что он не удовлетворен последним предложением Ирана вновь открыть Ормузский пролив, Трамп сказал: “Честно говоря, может быть, нам лучше вообще не заключать сделку. Хотите знать правду? Потому что мы не можем позволить этому продолжаться”.

В субботу он, похоже, удвоил усилия, заявив в социальных сетях, что рассматривает последнее предложение Ирана, хотя и не может “представить, что оно будет приемлемым”.

Трамп заявил, что его моделью для Ирана стала операция США в Венесуэле в январе, когда американские войска свергли Николаса Мадуро. Но эти два сценария сильно отличаются. В Венесуэле был свергнут только Мадуро, в то время как большая часть остального правительства осталась на своих местах и проявила готовность сотрудничать с администрацией Трампа. В Иране ситуация иная, отчасти потому, что руководство Ирана контролирует обширный военный потенциал.

На данный момент обе стороны, по-видимому, столкнулись с проблемой противостояния. Вашингтон продолжает блокаду иранских морских перевозок, поскольку иранцы отказались выполнить его требования о передаче обогащенного урана. Трамп в пятницу назвал действия ВМС США “пиратскими”, когда расхваливал захват одного из иранских грузовых судов. В субботу высокопоставленный иранский генерал заявил, что возобновление конфронтации между Ираном и Соединенными Штатами возможно, согласно сообщению информационного агентства Fars.

Трамп также признал, что военные удары могут начаться снова. В субботу он заявил журналистам во Флориде, что возобновление военных ударов по Ирану возможно, хотя и не стал вдаваться в подробности. “Но вы знаете, что это вполне возможно”, - сказал он.

Ожидается, что Ормузский пролив останется фактически закрытым в течение нескольких недель, что повышает вероятность сохранения высоких цен на энергоносители, пишет The New York Times. Несмотря на заявления Трампа о скором снижении цен на горючее, министр энергетики Крис Райт признал в прошлом месяце, что они могут оставаться высокими до конца года.

Закрытие пролива также осложняет предстоящую через две недели поездку Трампа в Китай, где его ждут большие ставки. Президент Си Цзиньпин потребовал от Соединенных Штатов вновь открыть водный путь, по которому Китай импортирует около трети своей нефти и газа.

Война углубила разногласия Трампа с мировыми сателлитами. После того, как канцлер Германии Фридрих Мерц заявил, что Трампа “унижают” из-за войны с Ираном, Трамп обрушился на лидера, а его администрация объявила, что выведет тысячи военнослужащих из Германии. Президент США предположил, что мог бы сделать то же самое для Италии и Испании, которые дистанцировались от его войны.

Президент США отказался запрашивать у Конгресса разрешение на продолжение войны, несмотря на то, что в пятницу истек установленный законом 60-дневный срок для этого. Администрация утверждает, что ей не нужно такое разрешение, поскольку прекращение огня фактически остановило время.

Всего через несколько часов после того, как в Конгресс были отправлены письма с изложением этого довода, президент опроверг свои собственные аргументы.

Ранее на этой неделе официальные лица Пентагона заявили, что война на данный момент обошлась в 25 миллиардов долларов — примерно столько же обошлось расширение субсидий Obamacare, которые были в центре внимания во время длительного закрытия правительства в прошлом году. В ответ Трамп снова и снова повторял — в том числе на государственном обеде с британской королевской семьей и в речи о снижении налогов во Флориде, — что война стоит любого повышения цен на газ, если это означает прекращение ядерного потенциала Ирана.

Однако большинство опросов общественного мнения показали, что война непопулярна среди американцев, указывает The New York Times.

Мэтью Бартлетт, стратег-республиканец и бывший сотрудник Госдепартамента, работавший в первой администрации Трампа, сказал, что противоречивые сообщения, скорее всего, не удовлетворят избирателей.