Козырь для Трампа или удобрения для Ким Чен Ына: Лукашенко открыл посольство в КНДР
Почти сразу после случившейся неделю назад серьезной подвижки в американо-белорусских отношениях Александр Лукашенко несколько дней назад быстро собрался, взял штурмовую винтовку и отправился в КНДР. В Пхеньяне президент РБ провел переговоры с Ким Чен Ыном, подписал договор о дружбе и сотрудничестве, договорился об открытии белорусского посольства. Однако никакая фирменная эксцентричность Лукашенко не могла скрыть его весьма серьезного настроя и намерений.
"Я, как и вы, сторонник того, чтобы мы развивали наши отношения, не оглядываясь на другие страны, которые, конечно, будут не в восторге от наших отношений. Потому что они - конкуренты", - с подкупающей откровенностью заявил лидеру Северной Кореи президент РБ.
О том, каким содержанием могут наполниться эти отношения, "МК" спросил у заведующего отделом Института стран СНГ Владимира Евсеева.
- Какой смысл может вкладывать Александр Григорьевич в установление столь плотной связи с нынешним руководителем Кореи?
- Возможно, Беларусь улучшает отношения с КНДР как бы в пику США на фоне их попыток ослабить российско-белорусские связи.
С другой стороны, совершенно очевидно, что Беларусь для Северной Кореи представляет серьёзный интерес как государство, которое сохранило оборонно-промышленный комплекс и тяжёлую индустрию. То есть у неё есть то, чего, может быть, сейчас не хватает Северной Корее.
Лукашенко упоминал о том, что это вина Минска, что отношения с КНДР долго не выстраивались. Но на самом деле суть в том, что Беларусь ранее вела как бы двойственную политику, во всяком случае, когда могла это делать. Иногда она пыталась как-то дистанцироваться от России, когда явно, когда неявно. То есть говорить, что Беларусь полностью идёт в фарватере Российской Федерации, было бы неправильно. Хотя думаю, что, к примеру, её вступление в Совет мира было Россией санкционировано или может быть даже инициировано. Россия не стала вступать, но как бы нахождение там союзного с ней государства ее, в принципе, устраивает.
Теперь с точки зрения отношений России с КНДР и учитывая, что РФ и РБ имеют союзнические отношения, которые предполагают, в том числе общую оборонную политику. Я не видел текст соглашения РБ и КНДР, но, наверное, оно всё-таки не такое же, как у РФ, но тем не менее. Оно как бы идёт в соответствии с деятельностью в рамках Союзного государства по выстраиванию единой оборонной политики.
Кстати, при необходимости Северная Корея может оказать значительную помощь Беларуси, например, поставками снарядов или ещё какими-то. Она имеет виды вооружений, которые могут быть интересны Белоруссии. То есть, как бы, в этом плане интерес может быть взаимный.
Плюс, что ещё, я думаю, было бы интересно Северной Корее — удобрения. В советское время мы полностью обеспечивали КНДР удобрениями, и прекращение поставок привело к голоду. Беларусь имеет удобрения, но сейчас их сложнее стало продавать, есть определённые ограничения. И появление этого нового рынка ее может интересовать. А КНДР в получении удобрений заинтересована.
- Ну да, для РБ сейчас важна диверсификация рынка.
- Но здесь надо учитывать, что через Северную Корею особенно ничего не поперебрасывать...
- Речь о КНДР, как конечном покупателе и том, что если заартачилась Европа, можно перебросить в Азию…
- Вообще идеально было бы использовать Северную Корею как транзитную зону для белорусских товаров, но там есть ограничения. Такие попытки были по использованию, в частности, одного из портов Северной Кореи. И, в принципе, к этому потом могут вернуться. Но здесь возникает вопрос санкций. Россия при необходимости принимает решение, в соответствии с которым не действуют международные санкции. Так, например, с Ираном получилось. То же самое может быть принято и в отношении Северной Кореи.
Но сам по себе рынок, конечно, интересен — для Белоруссии это большой рынок.
Потом есть ещё один элемент, который важен. Это работа в рамках структуры, которая называется «СНГ Плюс». Она предназначена для работы с государствами вне постсоветского пространства. Северная Корея к ним относится. То есть потенциально Северная Корея могла бы войти в эту зону свободной торговли, получив поддержку и России, и Беларуси. Фактически мы способствуем выходу Северной Кореи из политической изоляции. В том же «СНГ Плюс» порядка 10 государств.
В любом случае вот такого рода визиты и договорённости, они с российской стороны согласовывались или были инициированы, я думаю.
Были ограничения по трудовой миграции из Северной Кореи. Может быть, для Беларуси это будет интересно ввиду того, что большое количество людей выехало оттуда в Россию и у них, может быть потребность некой компенсации.
То есть в принципе получается, есть различные возможности, и мы пока не понимаем, какие из них будут реализовываться. Но в любом случае, я бы вот эти действия РБ расценил как действия в рамках совместных усилий союзного государства.
- Но есть ведь, вероятно, и другие возможности, которые может иметь в виду Лукашенко, и которые не исключают те, которые вы перечислили. Может быть, дело в том, что в рамках сотрудничества, налаживающегося у Минска с Вашингтоном, Александр Григорьевич нуждается в каких-то дополнительных козырях? Таким козырем могла бы оказаться возможность стать посредником между Трампом, поглядывавшим в сторону Пхеньяна, и руководством КНДР. То есть, скажем, на каких-то неофициальных этапах переговоров Вашингтон мог бы не афишировать свои проекты, чтобы в случае срыва потом не оправдываться…
- Конечно, в таком случае Вашингтону удобнее работать через Беларусь, чем через Российскую Федерацию. Это понятно. Но Вашингтон чётко понимает, что таким образом он посвящает в детали переговоров Москву.
- Сомневаюсь, что тайна от РФ для них главное. Да и договориться можно же с…
- В общем, да, как инструмент это может быть полезно, но есть проблема. Было несколько встреч между Дональдом Трампом и Ким Чен Ыном в период первой трамповской администрации. Эти встречи серьёзного эффекта не имели. Нынешняя администрация Трампа качественно отличается от прошлой тем, что она более жёстко отстаивает американские интересы, и ни с кем не хочет идти на компромиссы. И я не очень понимаю, насколько Трампу в данной ситуации нужна встреча с Ким Чен Ыном. Но тут многое будет определиться тем, какая будет развязка по иранскому кризису. Если, например, развязка кризиса будет, Трампу либо Республиканской партии могут понадобиться какие-то дополнительные внешнеполитические очки и тогда, наверное, он может, поговорить о возможности встречи с Ким Чен Ыном, в том числе через Александра Лукашенко. И многое этому способствует: Южная Корея тоже заинтересована в некотором улучшении отношений с Пхеньяном. Но если кризис закончится фиаско США, то потребности в таком диалоге не будет.
Если у Трампа что-то получится на Ближнем Востоке, чтобы несколько реабилитировать себя во внешней сфере, он может провести имитационную встречу, которая ничего особенного решать не будет. Но можно будет сказать: «Союзники просили, чтобы мы встретились. Я встретился, у нас был хороший диалог». Наврёт, как обычно, с три короба. Эффект никого не волнует. Главное, как в СМИ это подадут. Например: «Вы знаете, я встретился с Ким Чен Ыном, я уменьшил угрозу со стороны Северной Кореи в отношении США».
Но это может быть как бы запасной трек. Но американцы всегда запасные треки делают.