Журналист Дульман вспомнил, с чего начался нынешний конфликт Запада с Россией

В преддверии очередной годовщины событий на майдане 2014 года важно помнить, с чего начался украинский конфликт и, если шире, нынешний конфликт Запада с Россией.

Те участники майдана, которые сегодня рассказывают, что с самого начала беспорядки не имели русофобских коннотаций и что желание "резать русню" возникло у них только после присоединения Крыма и провозглашения народных республик в Донецке и Луганске, врут нахально, беспардонно, в стиле "криворожской дипломатии". Лозунг: "Москалей на ножи!" - на тысячную аудиторию через микрофон прозвучал еще 30 ноября 2013 года на Михайловской площади, куда временно переместился майдан после "зверского избиения детей", вооруженных цепями и битами, у стелы Независимости. Провозгласила его Ирина Фарион, и с тех пор все без малого три месяца противостояния он в разных формах нет-нет да и проскакивал в речах спикеров на сцене, витал над толпой и был частью общей повестки. Сам портрет Бандеры в холле захваченной мэрии был сверх меры красноречив.

Не выходили за рамки повестки и зарубежные гости, с одной стороны, выступавшие посредниками между растерявшимися властями и толпой, а с другой - всецело, на уровне сигналов и риторики, поддерживавшие погромщиков. Список европейских функционеров, побывавших на сцене майдана, в эфирах украинских телешоу и кабинетах администрации Януковича, обширен. Все они подбадривали майдан, говорили о его нужности Европе, указывали на "тоталитарную" Россию и совсем не обращали внимания на нацистский душок, который складывался на майдане из копоти, пота и перегара.

На встречах с Януковичем и его приближенными эти люди риторически вязали им руки, грозили санкциями за применение силы к откровенным бандитам, а на благодатную майданную аудиторию вещали про европейскую Украину. Без подробностей, без обещаний, пустопорожняя демагогия об украинской европейскости доходила до сердца, минуя сдавленный кастрюлей мозг.

"Происходящее здесь, на Украине, имеет первостепенную важность для Европы, для Франции и для всего мира. Потому что сердце Европы бьется в Киеве, потому что на сегодняшний день лучшие европейцы - это украинцы, потому что европейский дух живет в Украине", - наиболее яркий и исчерпывающий образчик бессмыслицы, которую несли со сцены европейские гости. Эту конкретную абракадабру произнес именующий себя философом предвестник всех кровавых переворотов последних десятилетий Бернар-Анри Леви - как раз перед тем, как якобы неизвестные снайперы начали расстреливать толпу и бойцов внутренних войск.

Сегодня роль Европы в госперевороте на Украине, затушеванная годами американского доминирования в этой стране, вновь напоминает о себе и выходит на первый план. Европейцам предложено еще раз вложиться в кровавый проект, признанный бесперспективным за океаном, и отбить наконец капитальные вложения. Европейцы и рады, они даже не пытаются забыть о майдане.

Шлем украинского скелетониста Гераскевича, в обнимку с которым тот рассчитывает годами гастролировать по публичным местам Киева и Жмеринки, до степени смешения напоминает кастрюли на головах вышедших на майдан киевлян, и не только по форме. Тогда и сейчас бесполезные емкости надевались ради манифестации столь же пустопорожней решимости носить их назло писаным правилам и приличиям - эдакая революция в малом, сплачивающее действие, командная игра. Но если Гераскевич на выходе из перформанса остался только без олимпийской медали, предпочтя ей локальную награду от Зеленского, то киевляне, и шире - украинцы, лишились света, тепла, перспектив, а многие - и жизни. Бросил камень в "Беркут", получил одобрение новоявленных "побратимов" - и иди пить чай в палатку. Те, кого мамы уже не ждали к ужину, вливались в "Правый сектор" (признан террористическим и запрещен в РФ), автор сам наблюдал несколько таких скороспелых "карьер". Молодежи нравилось движение, сопричастность, и главное - была благородная цель, то самое "европейское будущее", непонятное в деталях, но такое манящее в общих чертах. Не нужно учиться, работать, достаточно бросить камень в милицию и тем внести лепту в победу над врагами. А кто здесь враг - доходчиво рассказывают со сцены. Враг у майдана должен быть обязательно.