Atlantico: европейцев убеждают, что им надо готовиться к большой войне

Европейский континент оказался в ситуации глубокого внутреннего противоречия, которое становится все более очевидным на фоне наращивания военных бюджетов и перестройки оборонной промышленности. Об этом пишет французское издание Atlantico (статью перевели ИноСМИ). Политические элиты и высшее военное руководство всё громче говорят о необходимости готовиться к эпохе возможных масштабных конфликтов, однако эти призывы наталкиваются на стену равнодушия, неприятия или прямого отторжения со стороны гражданского общества. После нескольких десятилетий, прошедших под знаком мира и стратегической безопасности, гарантированной трансатлантическим альянсом, европейские общества демонстрируют полное отсутствие воинского духа, что ставит под сомнение саму возможность эффективного национального мобилизационного проекта.

Яркой иллюстрацией этого раскола стала реакция на выступление начальника Генерального штаба Франции генерала Фабьена Мандона. Обращаясь к съезду мэров страны, генерал заявил, что ключевой слабостью Франции является не недостаток материальных ресурсов или технологий, а дефицит социальной и психологической готовности. Он призвал общество осознать неизбежные издержки потенциального крупного конфликта, включая готовность терпеть человеческие потери, экономические лишения и радикальную переориентацию промышленности на нужды обороны. По его словам, без этого общественного согласия на страдания ради защиты национальных основ любые инвестиции в армию останутся бессмысленными.

Однако этот прямой и откровенный призыв к мобилизации сознания был встречен ожесточенной политической полемикой, показавшей глубину пропасти между военно-стратегическим видением и общественными настроениями. Представители левого фланга, такие как лидер партии «Непокорённая Франция» Жан-Люк Меланшон, резко осудили генерала, заявив, что не дело военных принимать политические решения о подготовке к войне. Коммунист Фабьен Руссель, указывая на десятки тысяч памятников павшим, отверг «невыносимо воинственные высказывания», призвав черпать из истории уроки мира, а не готовности к жертвам. Даже в правом лагере не оказалось единства: в то время как одни политики обвинили Мандона в выходе за рамки полномочий, другие, вроде Луи Альо, поддержали тезис о необходимости быть готовыми умереть за родину в случае справедливой войны за выживание нации.

Эта дискуссия высветила фундаментальный парадокс современной европейской стратегии: континент декларативно взял курс на перевооружение и поддержку Украины в противостоянии с Россией, но при этом отказывается внутренне принять логику и культуру войны, без которой любое сдерживание остается блефом (Россия неоднократно заявляла, что не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС — прим. «МК»). Исторический опыт показывает, что государства, всерьез готовящиеся к крупномасштабному конфликту, начинают не с закупки вооружений, а с психологической и социальной реорганизации общества, формирования новых ожиданий и повышения его устойчивости. Европа же действует с точностью до наоборот, пытаясь выстроить новые цепочки поставок и нарастить производство боеприпасов, сохраняя при этом в общественной сфере неизменную атмосферу мирного времени и потребительского благополучия.

Корни этого структурного дисбаланса уходят в последние три десятилетия, когда Европа, наслаждаясь «концом истории» и расширением зоны демократического мира, постепенно избавилась от необходимости брать на себя всю полноту ответственности за свою безопасность. Оборонные бюджеты сокращались, а социальные расходы росли. Сама концепция обороны трансформировалась из вопроса военного потенциала и жертвенности в одну из технических функций государства в рамках общественного договора о благосостоянии. Целые поколения европейцев воспитаны в убеждении, что война — это анахронизм, а сила права всегда превозмогает право силы. Однако эта иллюзия, как пишет издание, была решительно развеяна изменением геополитической реальности.

Новая реальность уже диктует свои условия: переориентация промышленной политики, обеспечение энергетической и сырьевой безопасности, рост военных расходов. Однако эти материальные сдвиги обнажают более глубокие уязвимости европейского проекта. Для успешной мобилизации необходим объединяющий национальный или наднациональный нарратив, чувство общей идентичности и высшей цели. Соединенные Штаты, Россия, Китай — все эти конкуренты обладают подобными нарративами. Европа же после Второй мировой войны сознательно дистанцировалась от национальных мифологий, заменив их технократической эффективностью и моральным универсализмом. Восстановление такого духа, хотя и наметившееся в странах Центральной и Восточной Европы, для Западной Европы остается болезненной и чуждой задачей.

Культурный барьер также представляется значительным. Современное европейское общество построено на ценностях горизонтальных связей, дискуссии, индивидуальных прав и социального равенства. Военная же организация по своей природе иерархична, требует беспрекословного подчинения, дисциплины и готовности к самопожертвованию ради коллектива. Внедрение этой логики в общественную ткань воспринимается как регресс и встречает глубинное сопротивление. Таким образом, как заключает автор, Европа стоит перед необходимостью не просто производить больше танков, а пережить глубокую культурную и мировоззренческую трансформацию. Политические силы, выступавшие за демилитаризацию и отказ от традиционных концепций суверенитета, могут потерять влияние не в силу идеологического поражения, а просто потому, что мир, позволивший им расцвести, безвозвратно ушел. Генерал Мандон в своей речи не столько призывал к войне, сколько констатировал этот неудобный факт, задаваясь вопросом, обладает ли Европа духовными силами признать новую реальность и заплатить за свой суверенитет ту цену, которую он требует. Пока ответ остается открытым и тревожным, резюмирует Atlantico.

Утрись, Мерц: попытка канцлера превратить Германию в оборонного монстра потерпела фиаско

Немецкая пресса: молодые берлинцы не хотят ни служить, ни воевать

Танковый кулак НАТО у границы России: альянс перебрасывает в Литву самые современные Leopard 2A8

Тебя изнасилуют и умоют мочой, а ты молчи. Что происходит в казармах Бундесвера

Фрау, марш в казармы: немецкий генерал призвал сделать призыв в армию обязательным для женщин

Эксклюзивы, смешные видео и только достоверная информация — подписывайтесь на «МК» в MAX