Актёр Вадим Демчог: «Театр — это террариум единомышленников»
В Москве в конце октября начал работу «Демчог.Театр», основанный звездой сериала «Интерны» Вадимом Демчогом. Актёр уже несколько лет возглавлял театральный проект «Арлекиниада», который трансформировался в «Демчог.Театр». Он специализируется на постановках, которые концентрируются на эмоциях человека, их цель — помочь аудитории проживать разные чувства на показах.
В интервью «Рамблеру» Демчог рассказал, почему решил сосредоточиться в первую очередь на театре, а не кино, какие актёрские техники считает важными и как ему удаётся примирять в одном коллективе множество творческих личностей.
— В чём заключается отличие нового проекта, «Демчог.Театр», от предыдущей итерации, «Арлекиниады»?
— На самом деле различия не глобальны: «Демчог.Театр» — это логическое продолжение «Арлекиниады», скорее ребрендинг, чем новое начало. Раньше мы сознательно работали в более андерграундном ключе, довольствовались компактной, экспериментальной аудиторией. Но с течением времени выросло желание выйти на более широкую публику.
Я даже не могу назвать себя руководителем этого театра. Меня можно описать как идейный вождь или вдохновитель, ведь «Арлекиниада», а теперь «Демчог.Театр» создавались целым артистическим сообществом.
«Арлекиниада» — это наши корни, которые теперь, образно выражаясь, выросли в ствол дерева. С самого начала вокруг меня объединилась команда из 12 молодых студентов, которые только-только окончили институты, «потыкались» по разным театрам, нигде не нашли места. И сконцентрировались вокруг меня. Среди них Александра Грин, Юлия Лазерсон, Маргарита Быстрякова и Юлия Железняк, которые и сейчас играют в театре.
— Начало вашего профессионального театрального наставничества относится к 2010-х годам, когда вы активно снимались в сериале «Интерны»?
— Да, этому формату уже 14 лет. Благодаря съёмкам в сериале «Интерны», которые стали популярны во всей России, я оказался в «звёздном» статусе. Решил этим воспользоваться и вложиться в то, что любил всю жизнь, — в театральное искусство. Но меня не интересовало просто классическое постановочное пространство — мне хотелось создавать что-то экспериментальное, трансформирующее.
С самого начала у нас с актёрами выстроилась система практик — эмоциональных, дыхательных, телесных. Сначала это служило только актёрам — помогало нам работать с внутренними состояниями, с тем, что обычно скрыто от зрителя. А однажды мы решили: а почему бы не дать этому выйти наружу? В результате появились тренинги, которые стали частью театра. Мы показываем спектакли, но параллельно открываем аудитории азы актёрского мастерства.
Так родился проект «Путь игры» — это цикл игровых тренингов, которые мы создаём и совершенствуем с командой уже около 13 лет. Мы учим человека возвращать себе то состояние, которое он когда-то имел и утратил, — состояние игры как способа существования. Когда ты не цепляешься за образ, не защищаешь привычную маску, а позволяешь себе становиться многослойным, многозвучным, живым.
Вадим Демчог — актёр, режиссёр, художественный руководитель и создатель «Демчог.Театра». Прославился после исполнения роли Ивана Натановича Купитмана в телесериале «Интерны». Также снимался в проектах «Величайшее шоу на Земле!», «Кольская сверхглубокая», «Семейка», «Иванько» и других. «Демчог.Театр» — это новая, после ребрендинга, версия театра «Арлекиниада», который Вадим Демчог основал в 2012 году. В настоящее время в театре регулярно идут семь спектаклей, среди которых «Закрой глаза и смотри», «Кто Гамлет», «Фишинг», «Многоточие» и другие. Театр выступает на разных площадках Москвы и ездит с гастролями по России и другим странам.
— Вы сами активно играете в спектаклях своего театра. Можете ли сравнить этот опыт с работой в кино? Должен ли артист театра обладать определёнными навыками, отличными от тех, которые необходимы для съёмок на камеру?
— Да, и это принципиальное отличие. В театре актёр должен быть ещё и музыкантом, танцором, цирковым мастером и воином. Он должен чувствовать пространство, взаимодействовать с залом, реагировать на атмосферу, которая может меняться каждый вечер. На сцене артист должен быть готов к мгновенной трансформации. Нет дублей, нет второго шанса: спектакль — это здесь и сейчас.
Актёры должны быть «шутами», «клоунами», «фиглярами» — в хорошем смысле: они не просто рассказывают историю, они создают эмоциональный резонанс, заряжают зал своей энергией.
Я думаю, что артист и не нужен на сцене для чего-то другого. Каждый выход на сцену всегда должен быть восторгом — и для актёра, и для аудитории. Мне всегда приходит на ум пример Фредди Меркьюри как свидетельство внутреннего самовосхищения — он гарцует по сцене, красуется как павлин, одаривает мир своим вокалом и совершенством, заряжая аудиторию позитивными впечатлениями.
— Каким должен быть спектакль, чтобы заинтересовать аудиторию в современном мире?
— Такая постановка должна взывать к человеческой природе, к разного рода сомнениям человека, даже к негативным чертам характеров. Артисты должны рассказывать о своём опыте, переживаниях, превращая спектакли в иммерсивные. Тогда они, в препарированном виде, превратятся в произведение искусства.
— Как вам удаётся существовать на московской театральной сцене, где очень большая конкуренция?
— Мы находимся на самообеспечении, у нас нет спонсоров. Мы существуем благодаря продаже билетов и взаимоподдержке друг друга. Есть такая шутка, что театр — это террариум единомышленников. Понятно, что это в определённом смысле змеиный клубок, но одновременно ещё и глубинная страсть, драйв, некая артистическая «пружинистость».
При этом, безусловно, очень непросто примирить внутри коллектива яркие, мощные, творческие личности. Но нам удаётся делать это из-за взаимного уважения. Пройдя через разного рода препятствия, мы выработали такую дисциплину, которая позволяет реализовать творческие таланты актёров театра в некую алхимическую формулу, — так мы удивляем зрителя и постоянно привлекаем на нашу площадку новую публику. Мы не лишены особого экспериментального драйва. Мы сами создаём такой флёр, харизматичный магнетизм, что наши залы полны.
— Существует множество театральных школ, которые по-разному обращаются к зрителю. Какая из техник ближе всего вам?
— Существует «потребительский» театр, в который люди приходят за внешними эмоциями. Это невысокого уровня формат театрального искусства. В противовес ему в современном мире создаётся театр более глубинного формата. Он выстраивается самим артистом, который выходит на сцену. Например, наши методики включают в себя медитативные, концентративные упражнения. Это работа с телом, голосом, воображением. В процессе зрители невольно «проваливаются» в такого артиста и проживают с ним эмоции его героя.
— Какие спектакли вы представите зрителям в ближайшее время?
— Наши легендарные спектакли, выпущенные в «Арлекиниаде», остаются в афише. Среди них премьеры сезона: «Многоточие» и «Лю-били-ли», бессменные бестселлеры: «Бездна», «Аномалия» и, конечно, наш флагман «Закрой глаза и смотри».
Он интересен тем, что каждый раз, когда играется, по сути является премьерой. Он соткан из огромного количества, более 300, биографий известных людей. За один вечер мы рассказываем только о семи, которые выбираем произвольно, — заранее зритель не знает, чьи истории увидит на сцене. Поэтому на него можно ходить бесконечно, это первый в истории театра спектакль-сериал.
Представьте: на сцене только микрофон, прожектора и дым, который вихрится вокруг артиста. А затем актёр начинает читать монологи от имени знаменитого артиста, политика, спортсмена или музыканта, и вы словно переноситесь в другой мир.
Притча о надежде: каким получился спектакль «Старик и море» в Театре Фоменко