Археологи восстанавливают меню Троице-Сергиевой обители, которая снабжала себя осетрами и белугами, а иногда и заморскими устрицами, сообщает Фонд развития города Сергиев Посад.
Если разложить перед собой все кости, которые археологи Института археологии РАН извлекли из культурного слоя Троице-Сергиева монастыря, каждая пятая окажется рыбьей. Хорошая сохранность позволяет в большинстве случаев определить видовую принадлежность находок.
Как пояснила научный сотрудник ИА РАН Евгения Полянская: «В меню — щука, сом, плотва, карась, сазан, судак, окунь, таймень, лосось, лещ, другая речная и прудовая рыба. Но главные "герои" стола — осетровые: от сравнительно небольшой стерляди до гигантской белуги, чей вес нередко исчислялся сотнями килограммов. Такое обилие говорит само за себя — рыба была одним из основных источников белка для обитателей монастыря».
За этим изобилием стояла целая хозяйственная система — от лова до доставки и хранения. Для пополнения запасов организовывались ежегодные торговые экспедиции в Архангельск и на Каспий, в район Астрахани. Иногда они длились несколько месяцев. Рыбу перевозили на огромных судах, которые охраняли вооруженные монастырские слуги и стрельцы.
Уже с XV века монастырю принадлежала обширная сеть рыбных ловель. Они не только полностью закрывали потребности обители: излишки позволяли вести торговлю, превращая рыбу в источник стабильного дохода.
Масштабы поставок зафиксированы в «росписи» рыбных продуктов, которые требовались монастырю в течение года. Цифры в этом документе XVII века впечатляют: «…рыбы десять тысяч осетров и шеврюг (севрюг — Ред.), пятьсот колуг, да матерые рыбы, белужины, семдесят косяков, да тысеча пуд икры, да бочешные осетрины тритцать бочек… три тысячи белых рыбиц, десять тысяч вызиги (вязига — высушенная спинная хорда осетровых, использовавшаяся в качестве начинки для пирогов. — Ред.), тридцать тысяч пуд соли».
Фото: Naukatv.ru
Рыбой находки не ограничиваются. Среди костей попадаются единичные остатки моллюсков — при раскопках на территории Лавры были обнаружены фрагменты створок устричных раковин.
Вместе кости рыб и устричная створка складываются в объемную картину монастырского быта. Наряду с богатой духовной жизнью здесь велось обширное и сложное хозяйство. Оно с избытком покрывало нужды многочисленной братии, обеспечивая ежедневные потребности, а при случае — и некоторую роскошь.