В XVI веке в испанском языке появилось выражение vale un Potosí — «стоит целого Потоси», то есть бесценно. Название вошло в обиход не случайно: именно одна боливийская гора финансировала испанскую корону на протяжении двух столетий и во многом определила, как выглядела мировая экономика в эпоху раннего капитализма. Но есть и другой счет — тот, который в официальных хрониках принято не афишировать.
В 1545 году пастух по имени Диего Уальпа поднялся на склон горы в Андах, ища потерявшуюся ламу. Ночью он развел костер, а наутро обнаружил, что огонь расплавил породу под ногами и на поверхность вытекло серебро. По крайней мере, такова легенда, которую впоследствии записали испанские хронисты.
Как именно произошло открытие, установить сложно — разные источники расходятся в деталях. Достоверно известно одно: в том же 1545 году испанская корона получила известие о грандиозном месторождении в Андах, и уже через несколько лет у подножия горы Серро-Рико вырос город Потоси. К 1650 году его население достигло 160 000 человек — столько же, сколько тогда жило в Лондоне или Париже. На высоте четырех с лишним тысяч метров над уровнем моря вырос один из крупнейших городов мира.
По данным историков, в период с 1575 по 1635 год Серро-Рико обеспечивала более половины всего серебра в мире. За несколько столетий из горы извлекли около 60 000 тонн металла. Существует расчет, согласно которому из добытого серебра можно было бы построить мост от Потоси до Мадрида — и еще осталось бы.
Остров, возникший в XX веке на глазах у всего мира: как появился Суртсей
Именно это серебро наполняло испанскую казну в эпоху религиозных войн, финансировало флот и армию, а через торговые пути расходилось по всей Европе и Азии. Экономические историки рассматривают потосинское серебро как один из ключевых факторов инфляционной волны, прокатившейся по Европе в XVI–XVII веках: приток металла был настолько велик, что обесценил деньги по всему континенту. В Китае, куда серебро попадало через Манилу, оно стало основой монетарной системы.
Добычу серебра обеспечивлала система принудительного труда, которую испанцы позаимствовали у империи инков и радикально расширили. В 1574 году вице-король Перу Франсиско де Толедо ввел так называемую миту — обязательную трудовую повинность для индейского населения. Каждая община в радиусе нескольких сотен километров от Потоси была обязана раз в несколько лет присылать часть мужчин работать в шахтах. Индейцы работали в шахтах за минимальную плату, которой едва хватало на еду, а многие так и не возвращались домой.
По традиционным оценкам, за всю историю горы погибло около восьми миллионов человек, из-за чего Серро-Рико получила прозвище «гора, которая пожирает людей». Современные историки считают эту цифру завышенной: она, по всей видимости, включает смертность по всему Перуанскому вице-королевству, а не только в шахтах Потоси. Но даже если это и так, все равно речь идет о сотнях тысяч погибших на протяжении двух-трех столетий.
Шахтеры периода мита работали посменно по двадцать часов в сутки и неделями не выходили на поверхность. Они поднимали руду по деревянным лестницам, неся на спине мешки весом до 45 килограммов, в туннелях, где невозможно было выпрямиться в полный рост. Вентиляция в шахтах практически отсутствовала.
Основной причиной гибелии были не обвалы и не несчастные случаи, хотя они тоже случались регулярно. Главным убийцей была пыль. Постоянное вдыхание каменной крошки вызывало силикоз — необратимое поражение легочной ткани. Большинство шахтеров не доживало до сорока лет.
Дополнительным источником отравления стала ртуть, которую начали применять для обогащения серебряной руды после 1570-х годов. Амальгамационный процесс позволил извлекать металл из более бедных пород, но рабочие, занятые на переработке, получали хроническое ртутное отравление, симптомы которого включали потерю зубов, дрожь конечностей и постепенное разрушение нервной системы.
В глубине шахт горняки устанавливали глиняные статуи существа с рогами, копытами и ярко-красным лицом. Это Эль Тио — буквально «Дядя» — демон, которому, по поверью, принадлежит все, что находится под землей. Шахтеры оставляли ему листья коки, сигареты, стаканы спирта и сладости. В пятницу перед началом смены было принято покропить его фигуру ламьей кровью. Считалось, что Эль Тио распоряжается залежами руды и жизнями тех, кто спускается в его владения: задобренный, он указывает на богатую жилу; разгневанный — обрушивает кровлю.
Серебро в Серро-Рико практически закончилось, однако шахты до сих пор работают. По состоянию на последние годы, в горе заняты около 15 000 горняков — преимущественно в кооперативах, добывающих олово и цинк. Средняя продолжительность жизни шахтера по-прежнему составляет около сорока лет — силикоз никуда не делся.
Помимо человеческих потерь, существует угроза иного рода. Внутри горы пробито такое количество туннелей — по некоторым оценкам, их суммарная длина превышает 700 километров, — что структура породы серьезно ослабла. В 2011 году на вершине Серро-Рико образовалась крупная воронка, которую пришлось закачивать сверхлегким цементом. Вершина горы продолжает проседать на несколько сантиметров ежегодно. По данным мониторинга ЮНЕСКО 2024 года, из 140 зафиксированных провалов засыпаны только 32, а 19 из 40 добывающих участков выше отметки 4400 метров закрыты.
В 2014 году ЮНЕСКО включила Потоси и Серро-Рико в список объектов Всемирного наследия, находящихся под угрозой. Некогда один из богатейших городов мира сейчас входит в число беднейших в Боливии.
Ранее мы писали, как пески погребли целые цивилизации.