Как ленинградские ученые участвовали в создании первых советских луноходов
Луна снова в центре внимания мировой общественности - благодаря американской миссии "Артемида-2". Это был первый за более чем полвека пилотируемый полет человека к спутнику. Но на самом деле тема запуска кораблей к Луне и создания там поселений никуда не исчезала. Об этом задумывались, причем очень давно, и в нашей стране. Свидетельство тому - разработки Всероссийского НИИ транспортного машиностроения (ныне входит в концерн "Уралвагонзавод" госкорпорации "Ростех", а в советское время - НИИ-100), куда и отправились журналисты "РГ".
Мы у главного корпуса. Массивные двери из дерева, панели на стенах... Заходим - встречает нас модель "лунного внедорожника", на котором могут проехать три космонавта плюс аппаратура. Этот "внедорожник" создавался с прицелом на будущее лунное поселение еще в 70-х годах прошлого века. Предполагалось, что работать на спутнике будут вахтовым методом - по две недели.
В соседнем зале - модели луноходов "Луна-1" и "Луна-2", шасси которых были выполнены именно здесь. Кстати, оба первых лунохода (были доставлены на спутник в 1970 и 1971 годах) и сегодня бороздят его поверхность, причем находятся во вполне приличном состоянии. А "Луна-2" к тому же имеет уголковые отражатели, которые до сих пор используются для ориентира. Напомним: "Луна-1" и "Луна-2" - первые луноходы не только в СССР, но и в мире.
Как пояснил Сергей Федосеев, главный конструктор по космической технике института, над проектами луноходов трудилось несколько организаций. Головным исполнителем было НПО имени Лавочкина: ему достался "верх", а НИИ-100, специализировавшемуся на разработке ходовых частей для танков и тракторов, - основа лунохода: шасси. Причем включить ленинградский институт в программу по освоению спутника Земли было предложено в 1963 году отцом отечественной космонавтики Сергеем Королевым.
- Изначально предполагалось, что луноход будет передвигаться на гусеницах как танк. Но мы отказались от этой идеи, предложив систему колес, - поясняет Сергей Федосеев. - По многим причинам. В том числе потому, что гусеницы могли соскользнуть с катков, а на Луне их просто некому было бы поставить обратно. Кроме того, гусеницы там снашивались бы быстрее из-за природных условий.
Предложенная ленинградскими учеными колесная система предполагала автономность: если вдруг вышла из строя пара колес - ничего страшного, луноход продолжит работу на оставшихся.
- В итоге остановились на четырех парах колес, независимых друг от друга. Но этому предшествовала серия многочисленных экспериментов. Ведь тогда никто даже не знал, какие именно грунты на спутнике, - говорит Сергей Федосеев.
Приходилось учитывать и то, что будущему самоходному аппарату, управляемому с Земли, придется работать при лунных перепадах температур: от минус 120 до плюс 120 градусов.
Испытания проводились на разных площадках. Прежде всего в самом институте - на специальном "поле", засыпанном песком. Были испытания в Каракумах, на Камчатке (там вулканические грунты, по ряду показателей схожие с лунными).
Общий вес лунохода - примерно 800 килограммов. Правда, в условиях спутника они превращаются в 150 - за счет меньшей силы гравитации. На Марсе аналогичный транспорт весил бы побольше: 250-300 килограммов. Ходовой аппарат для марсоходов, кстати, тоже был разработан в НИИ-100. Но с Красной планетой все оказалось сложнее: она относительно доступна для полета раз в два года и всего на три недели, когда расстояние между Марсом и Землей минимальное (для справки: две планеты могут находиться на дистанции от 60 до 400 миллионов километров друг от друга в зависимости от времени).
Однако НИИ участвовал в разработке аппарата, который был запущен в 80-х годах к спутнику Марса - Фобосу. Он долетел, но связь с ним была прервана.
Последняя космическая разработка НИИ - внешняя платформа наведения, на которую установлена телевизионная камера. В 2013 году ее смонтировали на поверхности МКС, и она по-прежнему отлично работает.
- Мы готовы вернуться к лунным программам. У нас остались опытные кадры, которые могут поделиться знаниями с молодежью, - подчеркивает Сергей Федосеев. - Лунные программы дали бы новый творческий виток для конструкторов и инженеров, появились бы новые идеи, новые горизонты и цели. Освоение спутника Земли дало бы знания не только о Луне, но и о Вселенной в целом. И это была бы не только фундаментальная наука, но и решение прикладных задач - по строительству поселений, их обеспечению необходимой инфраструктурой, добыче полезных ископаемых, проведению исследований для дальнейшего прыжка в дальний космос, в том числе по выращиванию зелени и овощей.
Но в сомнительные дискуссии, периодически возникающие в обществе, - то об обитаемости Луны, то о том, что она искусственная, и так далее - разработчики реальных луноходов принципиально не вступают.
- Помню, как вопрос о неопознанных летающих объектах задавали знаменитому космонавту Георгию Гречко. Он отвечал: неопознанных - да, видели много, а вот инопланетного - ни одного, - улыбается Сергей Федосеев.
Он абсолютно уверен: пройдет время, и кто-нибудь, прогуливаясь по лунной поверхности, обязательно найдет первые луноходы с надписью "СССР".
Мнение
Олег Мухин, вице-президент Северо-Западной федерации космонавтики России:
- Кто-то полагает: зачем нам Луна, мы уже не будем на ней первыми. Но это сейчас непринципиально. Все глобальные космические проекты все равно будут международными, одной державе поднять такой проект не под силу. Сначала человечество освоит Луну, за ней Марс. Потом, возможно, полетят к спутникам Юпитера. Как говорил Циолковский, "Земля - колыбель разума, но нельзя вечно жить в колыбели". Кстати, в ней и не получится жить вечно: есть предел существования самой Земли, и к тому времени человечество будет вынуждено переселиться на другие планеты. Уверен, что и в будущем петербургские инженеры будут работать на освоение космоса. Весь вопрос - в получении заказов.