Славяне, тюрки, греки: лингвист показал связь трех миров в древней Болгарии
Новое исследование средневековой эпитафии, найденной в руинах древнего города Преслава, проливает свет на уникальный плавильный котел, в котором формировалось первое Болгарское царство.
Надпись на надгробии чергубыля Мостича, обнаруженная еще в 1952 году, признана учеными редчайшим свидетельством того, как в X веке на Балканах переплетались византийские, славянские и тюркские традиции.
Три языка в одном камне
Ученый из Стамбульского университета Али Экбер Сайин проанализировал известняковую стелу, которая сегодня хранится в Археологическом музее Софии, сообщает Аrkeonews. В отличие от большинства ранних болгарских памятников, написанных на греческом языке, на этом надгробном камне надпись вырезана на старославянском, но с сильнейшим влиянием среднегреческой эпиграфической традиции.
Лингвистический анализ выявил в тексте три отчетливых слоя:
- 60% — старославянская лексика;
- 20% — греко-христианская религиозная терминология;
- 20% — тюркские (протоболгарские) титулы и личные имена.
Такое сочетание наглядно демонстрирует устройство раннего болгарского общества: славянский язык был живой основой, греческий — языком веры и высокой культуры, а тюрскские корни правящей элиты сохранялись в системе государственных чинов.
Тюркские правители (ханы) болгар (булгар) сыграли ключевую роль в создании государственности на Балканах, начиная с VII века. Основателем Великой Болгарии был Кубрат, а его сын Аспарух создал Дунайскую Болгарию (681 г.), объединив тюркские племена со славянами. Основатели болгарского государства были представителями тюркской кочевой аристократии, которые со временем перешли к оседлости, ассимилировавшись со славянами.
Карьера, вера и «черные ризы»
Стела посвящена Мостичу — высокопоставленному сановнику, который служил при двух великих царях: Симеоне (893—927) и Петре (927—969). Текст сообщает, что он носил титул ичиргу боила, или по славянски «черногубыля», — вероятно, Мостич был третьим лицом в государстве, отвечая за внутренний порядок и командование центральным гарнизоном.
Однако самым важным фактом его биографии стало решение, принятое в возрасте 80 лет. Мостич отказался от власти и богатства, став «черноризцем» — это означало принятие монашества. Поступок иллюстрирует растущий престиж христианства среди аристократии, когда даже самые могущественные люди на закате жизни искали духовного искупления.
Переходный момент истории
Надпись Мостича фиксирует поворотную точку в культуре региона: переход от преимущественно грекоязычной письменной традиции к славянской литературе. В IX–X веках славянское письмо начало вытеснять греческий язык из административной и литургической сфер Болгарской империи.
Памятник Мостича — это не просто надгробие, а «стоп-кадр» общества в процессе трансформации. Он доказывает, что балканская идентичность ковалась не в изоляции, а в динамичном взаимодействии множества культур. Сегодня этот гибридный артефакт служит напоминанием о том, как политическая власть, религия и язык пересекались, создавая фундамент современной славянской цивилизации.