Как панды стали опасным дипломатическим инструментом
27 января Япония попрощалась со своими последними пандами: близняшек Сяо Сяо и Лей Лей отозвали назад на родину. Китайское правительство давно использует этих животных в качестве дипломатического инструмента, ведь панды обитают только на территории Китая. Портал theconversation.com рассказал, как работает дипломатия панд и почему она становится более рискованной.
Практика отправления Китаем панд в зарубежные страны уходит корнями еще в VII век, когда императрица У Цзэтянь подарила Японии двух медведей в качестве жеста доброй воли. Однако современная дипломатия панд часто ассоциируется с 1970-х: тогда Китай приоткрыл международные отношения и подарил панд ряду крупных стран в попытке наладить коммуникацию. Их получили США, Япония (1972), Франция (1973) и Великобритания (1974).
Из-за сокращения популяции диких панд Китай прекратил дарил медведей в 1984-м. Вместо этого их начали отправлять в иностранные зоопарки «на прокат» — аренда животного зачастую длится до 15 лет, а страны-получатели ежегодно выплачивают сбор до $1 млн.
На пике дипломатии панд в 2019-м медведи были у 21 страны и территории, не считая Китай, Макао и Гонконг. А именно, у Южной Кореи, Индонезии, Малайзии, Сингапура, Катара, России, Тайваня, Германии, Испании, Австрии, Дании, Бельгии, Мексики, Австралии, Таиланда, Финляндии, Канады, Японии, Нидерландов, США и Великобритании. Теперь это число снизилось до 16.
Одна из причин в том, что Китаю приходится осторожнее выбирать партнеров по дипломатии панд. Многие китайцы считают панд национальным сокровищем — животное наделено глубокой эмоциональной важностью. Из-за этого статуса любые намеки на плохое обращение с пандами за рубежом вызывает бурную реакцию в националистических кругах Китая.
Например, когда панда Ли Ли умер по естественным причинам в американском зоопарке Мемфиса в 2023-м, а в Сети появились фотографии его компаньонки Я Я, выглядевшей худой и заболевшей, в китайских социальных сетях тут же начали подозревать, что животные пострадали по вине американцев. Некоторые даже обвинили китайские власти в попытке замять инцидент совместно с зоопарком.
Для многих из этих людей подозрения в плохом обращении с пандами символизируют «плохое отношение» США к Китаю. Якобы столь небрежное обращение с «национальным сокровищем» страны можно расценивать как открытую провокацию Китая. И хотя министерство иностранных дел Китая заверило публику, что об обеих пандах хорошо заботились, аренду второй продлевать не стали.
Желание избежать негативной реакции граждан может объяснить, почему Китай отозвал последних двух панд Японии раньше срока, и решил не продлевать аренду. Поскольку между двумя странами сейчас царит напряжение, чиновникам в Пекине было бы тяжело объяснить, почему любимые гражданами национальные символы остаются в руках «политического соперника».
Дипломатия панд по-прежнему остается эффективным рычагом мягкого влияния для Китая. Это продемонстрировали 178 000 человек, посетивших японский зоопарк Уэно в течение месяца после того, как об их уезде на родину стало известно публике. Менеджменту зоопарка даже пришлось ограничить максимальное количество гостей, желавших посмотреть на панд, до 4 800 человек в день, и каждому давалась всего минута времени.
Но у этой схемы есть свои ограничения, и они не только в силе националистических настроений в Китае. Практика отправки животных в другие государства критикуется как специалистами по охране природы, так и борцами за права животных — они возражают против того, чтобы медведей использовали как пешек в геополитической игре в шахматы.