Telegram под гнетом «замедлений»: откроет ли Дуров офис в Москве
Вице-спикер Госдумы Владислав Даванков опубликовал призыв к общественности поддержать его инициативы, которые должны, по идее, остановить и повернуть вспять начавшуюся с «замедлений» постепенную блокировку Telegram российским регулятором.
На неделе сенатор Артем Шейкин подтвердил то, то пользователи и так несколько дней видели своими глазами: Роскомнадзор приступил к постепенному ограничению работоспособности площадки. Причина в том, что мессенджер Павла Дурова, как очередной раз было сказано, не желает выполнять российское законодательство о «приземлении», то есть хранить информацию пользователей на территории РФ.
Поэтому вице-спикер решил действовать сразу по двум направлениям. Общественности было предложено, во-первых, поддержать призыв не блокировать "Телеграм". «Это покажет, как много граждан России хотят пользоваться мессенджером. Тогда не получится сказать, что эта блокировка «в интересах людей».
И, во-вторых, предлагалось поставить подпись под открытым письмом Дурову с призывом открыть представительство Telegram в России – приземлиться. Под обращением к Дурову было собрано несколько тысяч подписей, а под протестной петицией – несколько десятков тысяч.
Способны ли такие петиции кого-то переубедить? Реально ли уговорить Дурова выполнить требования, которые ему уже много раз направлялись? Что дальше?
Оценить реалистичность выдвинутых инициатив мы попросили Игоря Бедерова, эксперта в области кибербезопасности, по роду деятельности хорошо знакомого как с возможностями Telegram, так и с российским законодательством.
- Дуров, вообще, может выполнить то, о чем его просят?
- Корни противостояния уходят в 2017 год и связаны с так называемым «пакетом законов Яровой-Озерова», обязывающим операторов связи хранить записи переговоров и метаданные, а также предоставлять ФСБ ключи шифрования для декодирования сообщений пользователей по запросу.
Позиция Telegram, которую неоднократно озвучивал его основатель Павел Дуров, заключается в технической невозможности выполнения этих требований без фундаментального изменения архитектуры сервиса.
По его словам, система сквозного шифрования в секретных чатах Telegram устроена так, что ключи генерируются и хранятся только на устройствах пользователей и никогда не передаются на серверы компании. Поэтому предоставить эти ключи третьей стороне технически невозможно: их просто нет у Telegram.
Попытка изменить эту модель привела бы либо к созданию единого ключа для всех чатов (что лишило бы шифрование смысла), либо к необходимости пересылать и хранить на серверах колоссальные объемы данных — около 4 петабайт в месяц на каждый сервер. Кроме этого, Дуров указывал, что требования нарушают конституционное право на тайну переписки.
Сразу отметим небольшую лакуну в логике Дурова. Да, он во многом прав применительно к секретным чатам в Telegram. Однако большая часть переписки в мессенджере проходит вне зашифрованных секретных чатов, что позволяет перехватывать и расшифровывать ее при помощи DLP-систем внутри корпоративных сетей.
Следовательно, при наличии возможности контролировать трафик конкретного пользователя возникает возможность контроля за его перепиской.
Возникают сомнения и в том, что Telegram не собирает метаданные пользователей, включающие историю всех его соединений и действий, пусть и не содержащих непосредственно частные переписки.
- А как с представительством в РФ?
- Основываясь на анализе правовых коллизий, технических ограничений и политических заявлений, можно спрогнозировать наиболее вероятный сценарий дальнейших событий.
Telegram, стремясь сохранить огромный рынок, может пойти на открытие юридического представительства в России, как того требует инициатива Даванкова. Это снимет формальные основания для полной блокировки, но не решит фундаментальный спор о шифровании. Власти, в свою очередь, могут приостановить дальнейшее ужесточение ограничений, особенно при сохранении или расширении существующего канала взаимодействия по удалению противоправного контента и передаче пользовательских данных в рамках судебных постановлений. Такой шаг позволил бы сохранить лицо обеим сторонам.
Менее вероятным видится сценарий, при котором Telegram останется непреклонен в вопросах шифрования. Тогда возможно продолжение поэтапной деградации сервиса. Тем не менее полная блокировка, как в 2018-2020 годах, сегодня выглядит менее реалистичной из-за глубокой интеграции мессенджера в жизнь общества, бизнеса и даже органов власти, которые имеют в нем свои официальные каналы.
Возможен и сценарий замещения. В этом случае государство будет продолжать системно создавать условия для перехода пользователей и организаций на отечественные платформы, такие как MAX. Для бизнеса и НКО это станет не вопросом выбора, а правовой необходимостью во избежание штрафов. Telegram при этом может остаться нишей для неформального общения, но потеряет статус ключевой деловой и официальной платформы.