Лев Наумов рассказал "РГ" о перформансе с ИИ "Машина вдохновения"
Центральной темой ярмарки non/fictioNВесна, которая пройдет в Гостином дворе с 10 по 13 апреля, станет тема "Интеллект", а главным событием - проект "Интеллект + Искусственный Интеллект". Нет никаких сомнений, что особый интерес публики вызовет публичный перформанс писателя и культуролога Льва Наумова "Машина вдохновения". Будет ли это схватка с искусственным интеллектом или дружественное взаимодействие, может ли ИИ вдохновлять и станет ли он постоянным помощников писателей, обозреватель "РГ" расспросила Льва Наумова.
Лев, сегодня в новостях все чаще можно прочитать, что вышла книга, написанная искусственным интеллектом (только что такое издание анонсировало издательство "Проспект" - "Черный Кодекс: приключенческая повесть"), выпустили целый номер газеты, где все тексты написаны искусственным интеллектом… А в чем суть вашего эксперимента, что вы попытаетесь доказать за несколько дней книжной ярмарки non/fictionвесна в перформансе "Машина вдохновения"?
Лев Наумов: Видите ли, "доказывают" с помощью исследований или опытов, в доказательствах нуждаются теоремы и гипотезы. Однако "Машина вдохновения" - это не научный эксперимент, а перформативный акт. Но самое главное, все уже доказано и, я полагаю, больших сомнений вызывать не должно. Собственно, названные вами книги и газеты входят в число аргументов.
Я могу привести еще десятки примеров того, как искусственный интеллект с успехом участвовал в творчестве, которое, согласитесь, считается едва ли не самым "человеческим" видом деятельности. Тем не менее, еще пять лет назад (замечу: то есть задолго до того, как "ChatGPT" стал доступен всем и каждому) "Amazon" - один из крупнейших мировых издателей - заявил, что существенная часть выходящих книг написана с использованием искусственного интеллекта. И это не хорошо и не плохо - это просто факт.
Но мы же понимаем, что это не только работа ИИ, правильные задачи ему ставит интеллект обычный, "человеческий".
Лев Наумов: Безусловно, сказанное не значит, будто они сгенерированы от начала до конца, но в ходе их создания автор делал запросы к текстовым моделям. Иными словами, эти средства повсеместно стали безотказными помощниками писателей. Повторю: это было пять или больше лет назад! Нет сомнений, что сейчас доля книг, созданных с использованием искусственного интеллекта, выросла многократно, просто далеко не всякий автор об этом говорит.
Мы живем во время перемен (привет Конфуцию), в том числе и культурных, а также технологических. У большинства людей подобные известия по поводу участия технологий в творчестве вызывают возмущение, отторжение и злость, однако в такой реакции нет ничего нового. Скажем, когда Иоганн Гутенберг изготовил свой печатный станок - изобретение, согласитесь, перевернувшее историю цивилизации - первая реакция была резко негативной. Масса людей заявляла, будто подлинная книга должна быть непременно переписана от руки, а холодное тиражирование - вы удивитесь - лишает ее "души" и является богопротивным занятием. Примерно такие же слова слышал в свой адрес Ян ван Эйк после того, как невольно начал популяризировать масляные краски. Задачи произвести революцию и потеснить темперу или фрески перед ним не стояло, но... так просто было удобнее работать.
Признаюсь, лично я испытываю как раз такую, "резко негативную" реакцию, когда читаю новость о том, что ИИ напишет второй том "Мертвых душ"…
Лев Наумов: Сейчас готовится к печати моя книга "Создают ли нейросети настоящее искусство?" ("АСТ: Редакция Елены Шубиной"), где подробно рассматривается культурная и философская подоплека происходящего. Ведь на самом деле мы имеем дело не просто с технологическим сдвигом, а с ситуацией, которая с новой остротой поднимает вопросы, волновавшие человечество веками. Когда-то на них нашли более или менее правдоподобные и удовлетворительные ответы - научились жить с ними. Я говорю о природе "человеческого", о механике мышления, о потребности в смысле, о категориях субъективности, о причинах и месте творчества... И вот теперь, внезапно, прежние ответы перестают работать. Найдутся ли новые? Я думаю, что да, и именно об этом моя книга. И об этом - мой перформанс. Всё происходящее куда глубже и важнее, чем кажется на первый взгляд. Потому на эту тему необходимо говорить.

Тогда в чем суть перформанса "Машина вдохновения"? У вас будет схватка с искусственным интеллектом или это будет дружественное взаимодействие, что будет происходить?
Лев Наумов: На протяжении четырех дней ярмарки я буду сидеть в стеклянном кабинете у всех на виду и с помощью искусственного интеллекта создавать художественный текст. При этом, понимаете, модель легко может помочь отточить какую-либо мою идею. Но я буду стараться, чтобы "моего" там не было. Чтобы "я" присутствовал в тексте как можно меньше. То есть попробую максимально переложить все "творческие" задачи на машину.
Слово "творческие" приходится брать в кавычки, как и многие другие привычные, казалось бы, понятия, потому что с использованием новаторских инструментов все происходит иначе. Писательство вообще - не столь архаичное ремесло, как многие считают... Нужно понимать, что искусственный интеллект не "мыслит", а "моделирует результаты мыслительного процесса". Развитые модели делают это невероятно хорошо. Получается ли при этом "творчество"? Какое отношение это имеет к "вдохновению"? Вот вопросы, которые меня интересуют.
Многие отмечают, что один из плюсов ИИ - ему всегда можно задать вопрос, посоветоваться. То есть теперь на причитания писателя, к которому не пришла муза и не нашептала нужных строк, можно будет сказать: ты просто не умеешь пользоваться ИИ. Так может ли ИИ вдохновлять?
Лев Наумов: Как и многие люди, вы будто противопоставляется романтическую картину творчества (включающую такие понятие, как "муза", "вдохновение", "душа"...) и искусственный интеллект, что в корне неверно, на мой взгляд - отсюда и название перформанса, связывающее одно с другим.
Я довольно часто веду творческие мастерские, и мы много говорим со студентами про вдохновение, его природу и значение. Я не знаю, как вы себе это представляете, но, возможно, мне придется избавить вас от иллюзии: вдохновение не является перманентным состоянием писателя или любого другого творческого человека. Я вас уверяю, что многие литераторы в принципе воспринимают его не столько как эмоциональный или метафизический концепт, сколько как состояние высокой продуктивности, созидательного подъема и концентрации сил. Лайфхак: в этом смысле ему можно невероятно способствовать с помощью здорового питания, прогулок и сна. А вот если говорить о вдохновении именно, как об эмоциональном и метафизическом концепте, то это порождение эпохи романтизма, которая накрепко связала творчество с ним. Вдохновение - абстракция и попытка объяснить труднообъяснимое. Но "трудно" не значит "невозможно"...
Тем не менее авторы частенько "прикрываются" этим труднообъяснимым…
Лев Наумов: Я думаю, у каждого читателя формируется некое представление о том, чем "вдохновенное" произведение отличается от иного. Именно с таких позиций мы будем смотреть на текст, который появится с помощью машины.
Наконец, отвечая на ваш предыдущий вопрос: как и любое другое общение, как любой разговор, диалог с искусственным интеллектом может вдохновить... а может и нет. Главным образом это зависит от вас. От того, как и с чем вы подходите к нему. Однако по своему опыту я должен сказать, что у меня, а также у многих моих коллег и товарищей, великое множество прецедентов, когда искусственный интеллект способствовал вдохновению.
Тогда давайте поговорим о практике. Вы автор биографий таких легендарных личностей как Андрей Тарковский и Александр Башлачёв. Чем вам, как биографу, может помочь ИИ?
Лев Наумов: Искусственный интеллект - полагаю, мы сейчас говорим конкретно про текстовые модели, хотя я пользуюсь далеко не только ими - для меня является помощником во всех делах, к котором его удается применить. То есть литературой ситуация не исчерпывается. Он - собеседник, располагающий невероятным багажом знаний, беспристрастный, лишенный лишних (и каких бы то ни было) чувств, доступный в любой момент... Обращаю на это внимание: одно из ключевых, как мне кажется, свойств искусственного интеллекта состоит в том, что он не может промолчать. А если его нельзя поставить в тупик, то и вам он поможет выйти из тупика или преодолеть затруднения.

Подчеркиваю, для меня искусственный интеллект - не инструмент быстрого поиска ответов, а невероятно внимательный партнер по диалогу, умеющий слушать, напоминать и давать пищу для размышлений. Безусловно, он не заменяет интуицию, опыт, но здорово помогает наводить фокус. Он избавляет от рутинных операций, а значит, экономит время для чего-то более существенного. Он может стать соавтором черновика. Он может указать на то, что ты упустил. С ним можно делиться чем угодно как в плане конфиденциальности, так и в плане невероятного объема знаний, которые он будет помнить и учитывать.
То есть, по сути, это помощник, с которым нужно долго работать, набравшись терпения. Это не взмах волшебной палочки: поставил задачу и он все за тебя сделал?
Лев Наумов: Аналогия с волшебной палочкой все-таки уместна, а долго или нет - зависит от целей и задач. Я бы сказал иначе: неверным будет полагать, будто искусственный интеллект лишь упрощает работу, например, писателя. На самом деле, он заметно повышает ставки. Когда у автора есть такие возможности, то и текст уже должен быть другим. Ему меньше простительно, от него больше требуется. Это я тоже стараюсь доносить до студентов.
Книги о Башлачеве и Тарковском я писал, еще не имея подобного инструментария, и сейчас я понимаю, насколько он бы мне пригодился. Особенно в случае Тарковского, где, помимо прочего, у меня было, например, великое множество документов на разных языках, включая редкие, с которых и переводчика-то быстро не найдешь. Еще - целый архив писем, в которых авторы совершали ошибки в написании фамилий, а также в названиях фильмов и книг. Искусственному интеллекту невероятно легко это сопоставить... В случае с Башлачёвым он помог бы автоматически расшифровать больше сотни интервью, которые я взял. Вы представьте, сколько времени на это уходило, когда я делал такие вещи вручную?!
Но, поверьте, конкретика не столь важна. Задачи для искусственного интеллекта при работе над книгами о Тарковском и Башлачеве находились бы каждый день. На самом деле, решение любого возникающего вопроса могло бы начинаться с разговора с ним, который, собственно, ничего не требовал, ни к чему не обязывал, но вполне мог дать какие-то плоды, идеи и мысли.
В одном из выступлений вы сказали, что перспективы у нейросетей в литературе колоссальны. Тот писатель, что не научится применять ИИ в своем творчестве, проиграет опытному пользователю ИИ?
Лев Наумов: Безусловно. Вопрос времени. Однако, это не игра, и суть не в поражении. Можем ли мы сказать, что литераторы, которые писали гусиными перьями, проиграли тем, кто пишет на компьютере? Вряд ли это так называется. Я думаю, что со временем к тем, кто не пользуется искусственным интеллектом, отношение будет примерно таким же, как к чудикам, которые пишут перьями сейчас.
Тем не менее сейчас ИИ многими воспринимается как игрушка. Как вам кажется, для творческих людей, писателей в частности, ИИ станет постоянным помощником?
Лев Наумов: Я глубоко убежден в этом. И не только для людей творческих. Искусственный интеллект уже сейчас подбирает вам товары на маркетплейсах и делает подсказки в соцсетях. Так возьмите от него больше!
Однако замечу: это очень странно - мы с вами на протяжении всей беседы рассуждаем про некий обобщенный "искусственный интеллект", словно это какое-то конкретное средство, а ведь существует невероятное количество разных инструментов. Скажем, для генерации текста мне известно под сотню моделей, и они абсолютно несопоставимы между собой по качеству. Я полагаю, что искусственный интеллект воспринимается как игрушка теми людьми, кто пользуется малоразвитыми моделями или просто пока не очень умеет. В перформансе "Машина вдохновения" я буду применять передовые инструменты.
Признаться, людей, которые сейчас боятся искусственного интеллекта, я понимаю гораздо лучше, чем тех, кто относится к нему, как к игрушке. Однако сам призываю не бояться, а использовать и наслаждаться открывшимися возможностями.