Когда речь заходит о сердечных делах Екатерины Великой, в памяти сразу всплывают имена Григория Орлова, Потёмкина и, конечно, последнего фаворита — Платона Зубова. Императрица не скрывала вкуса к молодым мужчинам. Цифры здесь говорят красноречивее любого биографа. Давайте прикинем, насколько же её избранники были младше, и попробуем понять логику этого выбора.
Из двенадцати официальных фаворитов Екатерины II только один оказался её ровесником. И это был Сергей Салтыков, камергер её мужа Петра III. Екатерина познакомилась с ним, когда ей было двадцать шесть лет. Результатом этой связи, как многие историки подозревают, стал будущий император Павел I. Салтыков был старше Екатерины на три года. После него был Станислав Понятовский — поляк, который оказался младше на три года. Всего на три года! От этих отношений родилась дочь Анна, которая прожила недолго. Понятовский позже стал королём Польши, что выглядит как щедрый подарок за короткий роман.
Григорий Орлов стал фаворитом в 1762 году, когда ему было двадцать восемь лет, а Екатерине — тридцать три. Разница в пять лет — это уже заметно, но ещё не шокирует. Их связь длилась двенадцать лет, и за это время на свет появился сын Алексей Бобринский. Именно Орлов организовал дворцовый переворот, который привёл Екатерину на престол. Он был не просто любовником, а соратником, хотя и не всегда предсказуемым.
После отставки Орлова Екатерина обратила внимание на двадцатишестилетнего красавца из Царскосельского караула Александра Васильчикова. Разница в семнадцать лет (императрице тогда было сорок три) казалась уже серьёзной. Но роман продлился всего два года. Екатерина быстро охладела к «скучному буржуа», как она его называла, и предпочла ему более интересного кандидата.
Потёмкин — особая статья. Когда начался их роман в 1774 году, ему было тридцать четыре года, а Екатерине — сорок четыре. Разница в десять лет. Потёмкин стал единственным фаворитом, который навсегда остался рядом с императрицей даже после расставания. Он подбирал ей следующих любовников и оставался самым влиятельным человеком в империи. Именно у Потёмкина, как считается, родилась дочь Елизавета Тёмкина.
После Потёмкина императрица словно решила наверстать упущенное. Пётр Завадовский был младше на десять лет, Семён Зорич — на четырнадцать. Иван Римский-Корсаков, которого Екатерина застала в постели с графиней, и вовсе младше на двадцать пять лет. Каждый новый фаворит был всё моложе предыдущего.
Ланской стал фаворитом в двадцать два года, когда Екатерине был пятьдесят один год. Разница — двадцать девять лет. Александр Ермолов, появившийся после внезапной смерти Ланского, моложе на двадцать пять лет. Но с Ермоловым императрица быстро рассталась — оказались слишком разными по характеру.
Дмитриев-Мамонов появился, когда Екатерине было пятьдесят семь лет, а ему — двадцать восемь. Он щедро получал титулы и награды, пока не влюбился в фрейлину. Императрица узнала об этом и быстро охладела.
Последний фаворит Екатерины, Платон Зубов, стал любовником в двадцать два года, когда императрице исполнилось шестьдесят. Разница составила тридцать восемь лет. Это абсолютный рекорд. Зубов не отличался государственными талантами, но умел угождать императрице. Их роман прервался только со смертью Екатерины в 1796 году.
Современники часто связывали выбор молодых фаворитов с желанием Екатерины продлить молодость. Но скорее здесь смесь нескольких факторов: поиск эмоциональной близости (у императрицы были сложные отношения с сыном Павлом), желание влиять на молодого человека (через фаворита легче проводить политические решения) и просто личные предпочтения женщины, которая не хотела стареть.
Любопытно, что разница в возрасте с каждым новым фаворитом увеличивалась. Если в начале правления Екатерина выбирала мужчин почти ровесников, то к концу жизни предпочла человека, который годился ей во внуки. И это делало каждые новые отношения всё более скандальными для двора, но императрицу мнение света, кажется, мало волновало.