В какую страну хотела эмигрировать Крупская после смерти Ленина
В феврале 1926 года глава ТАСС Яков Долецкий сообщил Сталину тревожную новость: в английской прессе и парламенте вовсю обсуждают прошение Надежды Крупской о визе для въезда в Великобританию. Для советского вождя это был опасный сигнал. Он немедленно потребовал от вдовы Ленина публичного опровержения «гнусных слухов». Но были ли это именно слухи? И что могло заставить «верную спутницу Ильича» задуматься об эмиграции?
Почему Крупская стала неудобной?
Противостояние между Надеждой Крупской и Иосифом Сталиным назревало давно. Ещё при больном Ленине между ними произошёл громкий скандал: Сталин грубо обругал Крупскую, доведя её до истерики, за что получил выговор от самого Ильича. Многие в партии недолюбливали Крупскую, считая, что она имеет слишком большое влияние на Ленина.
После смерти мужа в 1924 году Надежда Константиновна не только сохранила авторитет, но и открыто выступила против сталинских методов. В 1925 году она присоединилась к «новой оппозиции», требовавшей внутрипартийной демократии. На XIV съезде ВКП(б) она заявила, что по ключевым вопросам нужно ориентироваться не на голоса большинства, а на здравый смысл, и призвала к открытой дискуссии в прессе. Это была прямая критика складывающейся диктатуры.
Ответ Сталина был жёстким. Её подвергли обструкции, а созданный ею влиятельный Главполитпросвет был превращён в рядовой сектор Наркомата просвещения. Как отмечала её секретарь Вера Дриздо, Сталин не простил ей перехода в оппозицию. Лев Троцкий же был уверен, что вождём двигала личная месть — ведь в знаменитом «завещании Ленина» содержалась рекомендация сместить Сталина с поста генсека.
Лондонские «слухи»: дипломатический скандал или реальный план?
Именно на этом фоне в феврале 1926 года и появились сообщения о том, что Крупская якобы подала прошение на въезд в Англию. Английская пресса трактовала это как «доказательство преследований, которым подвергаются члены оппозиции». Для Сталина такая новость была подобна бомбе: бегство вдовы Ленина на Запад стало бы чудовищным пропагандистским ударом по СССР.
Реакция вождя была мгновенной и характерной. Он приказал ознакомить с письмом Долецкого всех членов Политбюро и потребовал от Крупской немедленного публичного опровержения, заявив, что в противном случае её молчание будет расценено как подтверждение слухов.
Публичное покаяние и частная трагедия
Крупскую срочно вызвали на заседание Политбюро и организовали для неё интервью, а также организовали интервью с Крупской, где она опровергла «слухи» о своем желании бежать из страны. Впоследствии, как выражается историк Борис Соколов, Крупская «вовремя успела спрыгнуть с тонущего корабля оппозиции». В 1927 году она написала Зиновьеву:
«По-моему, вы кругом неправы».
Однако во время процесса над Бухариным Надежда Константиновна сказала Дриздо:
«Как хорошо, что Манечка этого не видит».
Манечкой Крупская называла сестру Ленина Марию Ульянову, которая умерла в июне 1937 года, еще до расстрела Бухарина.