«Союзы холостяков» на Великой Отечественной: что это было
На фронтах Великой Отечественной, помимо официальных партийных и комсомольских собраний, возникали странные, полуподпольные формы офицерской солидарности. Одной из самых необычных были «союзы холостяков» — стихийные товарищества, рожденные тоской по нормальной жизни, которые могли быть как невинным развлечением, так и поводом для сурового приговора.
Корни феномена
Традиция мужских союзов, откладывающих брак, уходит в глубокую древность (как, например, дагестанское братство Ак Бильхон). В СССР 1920-30-х годов «союзы холостяков» существовали как одна из форм молодёжного эпатажа.
Война придала им новое, особое значение. Во-первых, многие женатые офицеры скрывали свой статус, опасаясь, что семья станет мишенью для шантажа в случае плена. Во-вторых, с ноября 1941 года на «холостяков, одиноких и малосемейных» был введён особый налог (6% от зарплаты). Этот «налог на одиночество», который не распространялся на незамужних женщин, многие мужчины воспринимали как несправедливую дискриминацию. Так «ущемлённые в правах» холостяки нашли друг в друге повод для неформального объединения.
Жизнь союзов: от бильярда до «смехотерапии» в госпитале
На практике эти союзы были чем-то средним между досуговым клубом и кассой взаимопомощи. Как вспоминала офицер Ольга Носова, в её авиаотряде неженатые офицеры собирались после службы, рассказывали анекдоты, ходили в Дом офицеров.
«В шутку мы прозвали наши сборища "Союзом холостяков"», — писала она.
Ещё интереснее складывалась жизнь таких объединений в тылу, в госпиталях. Ветеран Сергей Беркетов, попав в палату для тяжелораненых, обнаружил там полноценную организацию с «председателем»-полковником, «начфином» и «начпродом». Общая касса позволяла покупать овощи к скудному рациону, а «сеансы смехотерапии» (рассказывание анекдотов после отбоя) были формой психологической реабилитации. Даже свидания с девушками вне госпиталя потом обсуждались в юмористическом ключе на общем собрании.
Преследование
Командование и особисты РККА косо смотрели на любые формы объединения военнослужащих, выходящие за рамки общепринятых. Как вспоминала Ольга Носова, однажды её вызвали в политотдел, где за длинным столом сидело восемь-девять человек. Девушке-офицеру устроили разнос за то, что она посмела вступить в «Союз холостяков». По мнению политкомиссаров, для комсомолки участие в подобных сборищах было неприемлемым.
«Начальство нашего политотдела, стыдя меня за Союз холостяков, прятало улыбку, глядя на юную девочку, в страхе дрожащую перед ними, просто они меня оберегали», – отмечала Носова.
Никаких взысканий в данном случае не последовало. Но не всегда дело кончалось для «холостяков» благополучно.
Историк Вячеслав Звягинцев, который одним из первых обратил внимание на армейские «союзы холостяков», упоминает случай, произошедший летом 1944 года в 286 батальоне авиационного обслуживания. Здесь сотрудники СМЕРШа выявили созданную парой месяцев ранее «хулиганскую организацию «Союз холостяков авиационных военных лейтенантов». «Союз» основали молодые лейтенанты Воронов и Исаков, которые привлекли в него ещё семерых товарищей. Если бы холостяцкие собрания ограничилась пьянками и нецензурной бранью, никто, возможно не обратил бы внимания на «союз» – мало ли как развлекаются офицеры.
Но в своих шутках члены организации зашли слишком далеко. В докладе начальника Особого отдела 2-го Белорусского фронта сообщалось, что «холостяки» 286 батальона придумали «хулиганскую песенку на мотив Государственного гимна СССР». На «контрреволюционную пропаганду» это деяние всё же не тянуло. Поэтому Воронова с Исаковым осудили по ч.2. ст. 74 УК РСФСР (буйное хулиганство) – они получили пять лет лагерей. Другие провинившиеся лейтенанты были разжалованы в рядовые и посланы на передовую.