Сожжения, суды, изгнания: почему в прошлом ненавидели вдов

На протяжении столетий вдовы вызывали у общества настороженность, страх и нередко откровенное отторжение. В разных культурах — от средневековой Европы до Индии и Восточной Азии — женщина, пережившая мужа, оказывалась в особом, маргинальном положении. О причинах такого отношения к ним — в материале «‎Рамблера».

Вдова как «нарушение порядка»

В традиционном обществе женщина считалась собственностью мужчины: дочери — при отце, жены — при муже. Смерть супруга разрушала эту схему. Вдова выпадала из привычной иерархии, становилась самостоятельной фигурой, не находящейся под прямым мужским контролем. Это воспринималось как угроза устоявшемуся порядку.

Особенно настораживали молодые вдовы. Они были сексуально взрослыми, но формально «вне брака», что противоречило христианским и патриархальным представлениям о допустимом женском поведении. Такая женщина считалась потенциальным источником соблазна, конфликтов и «социальной нестабильности».

Экономический фактор

Во многих обществах вдова получала право на часть имущества мужа — приданое, землю, дом, мастерскую. Это делало ее экономически независимой, а значит — неудобной для общества. Родственники покойного опасались, что женщина распорядится собственностью в своих интересах или выйдет замуж повторно, «уведя» имущество из рода.

Почему средневековые дамы не могли жить без мышьяка

В Европе позднего Средневековья и раннего Нового времени вдовы часто становились объектом судебных тяжб. Их обвиняли в растрате, недобросовестном управлении или колдовстве — нередко именно для того, чтобы лишить имущественных прав. В ряде регионов существовали негласные ограничения на повторный брак вдов без согласия семьи покойного.

Религиозные представления

Христианская традиция формировала образ «правильной» вдовы — женщины, посвятившей остаток жизни молитве, покаянию и воздержанию. Вдова, которая хотела снова выйти замуж, воспринималась как морально падшая женщина. В проповедях и богословских текстах подчеркивалось, что истинная добродетель вдовы — в отказе от земных радостей.

В православных и католических обществах от вдов ожидали строгого траура: тёмной одежды, отказа от украшений, ограниченного участия в общественной жизни. Нарушение этих негласных правил вызывало подозрения и сплетни.

Вдовы и страх смерти

Вдова была живым напоминанием о смерти. В эпохи высокой смертности — из-за войн, эпидемий и отсутствия научных знаний — общество стремилось вытеснить все, что напоминало о хрупкости жизни. Женщина, пережившая мужа, ассоциировалась с несчастьем, «плохой судьбой» или даже дурным знаком. Во многих европейских регионах вдов не приглашали на праздники, особенно на свадьбы и крестины. Считалось, что их присутствие может «накликать» беду, повторную смерть или бесплодие.

Обвинения в колдовстве

Во время охоты на ведьм в XVI–XVII веках вдовы особенно часто становились жертвами обвинений. Логическая цепочка выглядела так: раз женщина научилась выживать, кормить себя, вести хозяйства, не будучи под покровительством мужчины, значит она точно прибегла к помощи потусторонних сил. Любая неприятное событие в деревне — смерть скота, болезнь ребенка, неурожай — могла быть объяснена «злым умыслом» вдовы.

Восточные традиции

В ряде культур страх перед вдовами принимал институционализированные формы. В Индии существовала практика сати — самосожжения вдовы на погребальном костре мужа. Хотя этот обычай имел сложные религиозные и социальные корни, он отражал фундаментальное представление: женщина не должна существовать отдельно от супруга.

Даже в тех регионах, где сати были запрещены, индийские вдовы становились, своего рода, изгоями. Они традиционно лишались украшений и яркой одежды, им запрещали принимать участие в празднествах участия, потому что считали «грязными». Их избегали, опасаясь, что они принесут несчастье.

Постепенное изменение отношения

С развитием городов, ростом буржуазии и изменением правового статуса женщин отношение к вдовам начало меняться. В Новое время женщины, похоронившие мужей, все чаще становились предпринимательницами, хозяйками лавок, издателями, управляющими мануфактур. Их автономия перестала восприниматься исключительно как угроза. Тем не менее страх перед вдовами как «неудобной» социальной группой сохранялся вплоть до XIX века, а в форме бытовых стереотипов — и дольше.

Ранее мы писали, как раньше женщин наказывали за измену.