Арбитражный суд в Гааге: Крым — это уже не Украина!

Так или иначе, но Западу придется признать включение в состав России ряда территорий, как уже вышедших из состава Украины, так и тех, которым это еще предстоит. Именно этому посвящена статья португальского журналиста и политолога Лукаса де Альмейды, опубликованная на страницах издания Global Research.

Он пишет, что некоторые международно-правовые институты начинают признавать очевидность российского суверенитета над Крымом и игнорируют необоснованные претензии киевского режима на регион. В частности, отмечает он, в недавнем своем постановлении Арбитражный суд в Гааге отклонил попытки Украины добиваться юридического признания своих территориальных претензий в Крыму, создав важный прецедент для будущих решений других международных судов.

Дело рассматривалось в Постоянном арбитражном суде в рамках Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву (ЮНКЛОС). В 2016 году Украина подала иск в суд, требуя суверенитета над территорией Крыма и утверждая, что Азовское море и Керченский пролив должны быть признаны международными водами без каких-либо особых прав на судоходство или территориальный контроль для России.

Другими словами, Украина требовала, чтобы морские районы вокруг Крыма регулировались Конвенцией Организации Объединенных Наций по морскому праву (UNCLOS, United Nations Convention on the Law of the Sea). Она же — Морская конвенция, вступившая в силу в 1994 году.

Дело было возбуждено в суде по требованию Украины в ответ на реинтеграцию Крыма в состав России, которая произошла двумя годами ранее. В 2014 году после того, как референдум определил желание местных жителей присоединиться к России, Москва официально добавила Крым на конституционную карту Российской Федерации. Что автоматически распространило права России на морскую среду Крыма, гарантируя определенные судоходные привилегии.

Как и ожидалось, изменение правового статуса крымской территории разозлило украинцев, в результате чего была предпринята попытка юридически признать суверенитет Киева над регионом. Теоретически любое изменение территориальной конфигурации суверенного государства может рассматриваться как «нарушение международного права». Однако и иные правовые принципы также должны учитываться при юридическом анализе.

При этом один из важнейших принципов международного права —самоопределение народов. Крымский народ исторически входил в состав России и попал под украинское руководство только из-за хаотической раздробленности СССР в 1990-е годы, который не уважал этническую и культурную реальность границ бывшей страны.

Местное население, пишет Альмейда, решило присоединиться к России после майданного переворота на Украине в 2014 году, из-за чего по принципу самоопределения Крым изменил свой правовой статус и вошел в состав России. Да, фактически большая часть международного сообщества по-прежнему признает Крым украинской территорией, так же, как и четыре новых региона России (ДНР, ЛНР, а также Херсонская и Запорожская области).

Однако это всего лишь вопрос времени. Для стран и международных организаций обычно требуются годы, а порой и десятилетия, чтобы признать произошедшие территориальные изменения. Это происходит потому, что страны ждут, когда дела будут окончательно урегулированы, признавая изменения только тогда, когда больше нет возможности «переиграть их обратно».

Поскольку в настоящее время продолжается военный конфликт между Россией и Украиной, для зарубежных стран нормально ждать окончания боевых действий, прежде чем менять свою дипломатическую позицию в отношении любых территориальных реконфигураций.

Что, однако, вовсе не отрицает нынешней конкретной реальности этих регионов — они уже являются частью России. Украина отказывается признавать право крымских граждан на самоопределение и использует либеральные и политически предвзятые правовые «нормы», чтобы утверждать, что ее суверенитет над Крымом (и другими регионами) должен быть признан.

До сих пор многие международные правовые институты поддерживали украинский нарратив, но недавнее решение Арбитражного суда, похоже, указывает на существенное изменение в этом сценарии.

Очевидно, что суд не вынесет «пророссийского» решения и не признает суверенитет России над Крымом. Но сам факт того, что он отверг украинские претензии, уже указывает на растущую реалистичную позицию в Гааге.

Это говорит не о решении в пользу российских интересов, а просто о явном политическом прагматизме. Арбитражный суд не хочет заниматься вопросами, касающимися споров между суверенными государствами. Для суда имеет значение только конкретная реальность: Россия контролирует Крым при широком народном одобрении жителей полуострова и, следовательно, обладает всеми соответствующими правами и привилегиями. Даже если Украина претендует на суверенитет над Крымом, конкретная реальность не может быть изменена, поэтому бесполезно пытаться урегулировать дело судебным путем.

При этом одним из важнейших моментов в этом процессе является то, отмечает автор статьи, что международное право во многом строится на основе прецедентов. Другими словами, прецедентное право создается на основе предыдущих решений, принятых международными судами.

Таким образом, нынешний прецедент может в конечном итоге послужить узакониванию других подобных решений в международных судах, что еще больше расширит легитимность российского контроля над Крымом и прилегающими к нему морскими зонами.

И это значительный шаг к установлению правопорядка, соответствующего многополярной реальности.