Войти в почту

Кто в России льет слезы по убийце-некрофилу

Стандартная практика в России: когда жертва становится виноватой. Отец, защищавший дочь от преступников, получает срок. Мать, спасающая сына от агрессии отчима, отправляется в тюрьму. Имя таким случаям – легион. И всякий раз в них толком не хотят разбираться. Ищут виновных не по справедливости, а по удобству. И в последнее время данная практика принимает уж совсем извращённые формы. Вот и в школе Бурятии, где произошла кровавая резня, когда школьник бросил в кабинет коктейль Молотова, а после стал рубить выбежавших детей топором, отыскали виновных. Так как в учебном заведении не было соответствующих сотрудников, на вахте сидела уборщица. Дворниками и поварами в школе работали бывшие зэки. Надписи АУЕ, украшавшие шкафы и стены – ещё один штрих к полноте картины. В общем, виновных нашли, причины резни отыскали и – довольно отрапортовали. Но вопрос: кого могут утешить подобные объяснения? Не правильнее ли, как для начала спросить, почему школа получала столь скудное материальное обеспечение? Почему стала зоной, где действовали воровские законы? Что в принципе происходит с военным городком, где произошла резня? Это лишь первый пласт проблем, за ним другие, глубинные, но и его поднимать не захотели. Предпочли лёгкие объяснения. Так же, как, например, в случае Татьяны Пименовой, беременной молодой женщины, погибшей на днях в Симферополе. Ей стало плохо, она вызвала скорую, а после скиталась по больницам: одна, вторая, третья – и, наконец, скандальная больница им. Семашко. Оттуда девушку выставили, по словам родственников, назвав бомжихой, так как у неё не было полиса и паспорта. Татьяна простояла в тапочках и халате, с разряженным телефоном час в холодной ночи. После её увидела прохожая. Татьяна уехала домой, но ей стало ещё хуже. Вновь скорая – и уже перинатальный центр, где Татьяна потеряла ребёнка, а после умерла и сама. Медики, конечно, отрицают отказ в госпитализации, хотя Следственный комитет считает иначе. Но подлее всех в этой истории выглядят те, кто после смерти Татьяны начали копаться в её биографии. Девушка и сидела в тюрьме, и была безответственной – много вылили грязи. Но на что было рассчитывать Татьяне без документов? К кому идти? К кому вставать на учёт? Однако более всего виновность жертвы, перетекающая в апологию убийцы, проявилась в истории с убийством Татьяны Страховой студентом-некрофилом Артёмом Исхаковым в Москве. Он сначала задушил девушку, а после изнасиловал её труп (три раза). Всё это он подробно зафиксировал в прощальном письме, которое поражает. И даже не тем, сколь подробно студент описывает процесс убийства и изнасилований, а тем, насколько буднично он это преподносит. Даёт прощальные советы знакомым, переживает, что больше не увидит видосов в Ютюбе и не получит свои 80 тысяч зарплаты. Убийца жалеет себя, пребывая в плаксиво-параноидальном состоянии. Бедный, он скорбит по себе, но ни разу не задумывается о судьбе девушки. Собственно, это письмо – идеальное по своей показательности свидетельство тех настроений, что доминируют в обществе, где другой человек – лишь метод самоутверждения. Эгоцентричность, возведённая в шизофрению, и в конечном итоге, убивающая. Никого не жаль, Бога нет, всё дозволено. Письмо студента-некрофила – это история болезни поколения, если угодно. Послание это, конечно, необходимо разобрать, при этом понимая, что данный случай, как и резня в школах – не исключение, не взбрык сознания, а закономерное следствие системы, в которой буллинг, насилие, избиения, драки с последующим публичным представлением не просто норма, а обязательное условие. Эта чума охватила и детские сады, и школы, но вместо детального разбора причин, внятной оценки ситуации ограничиваются неубедительными объяснениями, дабы не нести никакой ответственности. Вот и Исхаков пишет: «Никто не должен винить себя». Правильно, только других. Эту логику охотно развили СМИ, которые одна за другой начали подсовывать новости о том, что жертва выкладывала в социальные сети эротические фото, что троллила убийцу. Сначала подобная информация преподносилась как попытка быть объективными, но после уже открыто превратилась в очернение жертвы и апологию убийства. И такая реакция на происходящее страшнее, чем сами преступления. Потому что она свидетельство трусости, ханжества и слабости общества, не готового отвечать на новые вызовы. СМИ вместо поиска правды, истинных причин зла либо позорно молчат, либо подсовывают банальную ложь, отвлекающую от глубины ужаса происходящего. Так система защищает себя. И люди, соучастники этой системы зла, охотно принимают апологию массового безумия, включаясь в травлю жертв. Это значит то, что случаев вроде резни в школах или жутких убийств в стиле студента-некрофила будет всё больше, потому что не сделан даже первый шаг к преодолению кошмара – попытки объективно разобраться в происходящем. Понять, от чего у нескольких поколений нет ответственности, сострадания, даже малейшей эмпатии, нет авторитетов и ценностей, а уродливо скопированная по чужим лекалам система, несмотря на всю манифестацию деланного величия, расчеловечивает и подпитывает кровожадность, помноженную на представление себя как центра мира. Наше общество сегодня напоминает больного проказой, который тратит на себя тонны грима и рядится в модные одежды, но смрад гниющего тела чувствуется на расстоянии. Раньше на таких вешали колокольчики – теперь вместо них звенит зомбоящик, лгущий и воспитывающий в людях страх и отвращение к жизни. Деградируют не только дети, но и взрослые; во многом они первопричина детского безумия. Но, конечно, говорить об этом не станут, а продолжат выстраивать систему, в которой не только не хотят говорить, почему воцаряется ад, но и обвиняют самих жертв, воспитывая даже не нетерпимость к ближнему, а патологическую брезгливость, со временем переходящую в агрессию и жестокость. Известная фраза «дьявол – отец лжи», на самом деле, не богословский архаизм, а реальное актуальное описание происходящего сегодня, где ложь приводит к крови. В погоне за успехом, который сегодня значит всё, – «Первый канал» на примере Шурыгиной показал всей стране, как из мрази стать лидером общественного мнения – падающего человека надо не просто толкнуть в спину, а, повалив, добить поиздеваться, сняв видео и выложив его в интернет. Так учит нас матрица, что вещает в каждом доме и в каждой голове. Матрица, противостоять которой можно только личным примером, как, например, Георгий Великанов, прыгнувший за бездомным под поезд и погибший ради спасения ближнего. Но и такого героя либо высмеют (глупец), либо промолчат о нём, лишний раз показав очередную скотскую дрянь, прикрывающую трусливую ложь. Неудачно прикрывающую, потому что система сгнила, и от неё смердит трупным ядом. Вопрос в том, скольких она ещё отравит своими миазмами? И готовы ли мы сами ответить на страшнейший вызов в нашей истории? Готовы ли остаться людьми, даже если нас уверяют, что в этом нет никакого смысла?

Кто в России льет слезы по убийце-некрофилу
© Свободная пресса