«Доктор Смерть» выбирал будущих жертв по талонам скорой помощи

12 августа 2026, 03:04

В документах Верховного суда РФ обнаружились подробности дела питерского врача-убийцы Максима Петрова, не получившие широкой огласки.

17 января 2000 года в квартире 77-летней Зои Крузе находились сотрудники милиции. Они предполагали, что по этому адресу может прийти мужчина, представлявшийся врачом.

Максим Петров появился с медицинской сумкой. Войти в квартиру ему не дали.

При задержании у врача скорой помощи нашли опасную бритву и женский капроновый чулок. Содержимое сумки подробно перечислили в протоколе: тонометр, восемь резиновых перчаток, два флакона, четыре шприца со следами вещества и еще один шприц с жидкостью и иглой.

Там же находились три медицинских документа с адресами петербуржцев.

Позднее экспертиза обнаружила во флаконе и шприцах анаприлин. При обыске квартиры Петрова нашли банку с тем же препаратом и девять ампул реланиума.

Так закончилась охота на человека, которого следствие считало серийным убийцей. На восстановление всей картины его преступлений ушло еще несколько лет.

Адреса из кармана скорой

Максим Петров работал врачом пятой подстанции скорой медицинской помощи Санкт-Петербурга. Преступления, как установил суд, он совершал с августа 1997 года по январь 2000-го.

Работа давала ему то, чего не было у обычного квартирного вора: сведения о людях, состоянии их здоровья и месте проживания.

Петров собирал сигнальные талоны скорой. В них указывались имя пациента, адрес, возраст и причина вызова. Кроме того, врач забирал документы из больниц и поликлиник. Эти бумаги позволяли заранее определить, куда прийти и какой предлог выбрать для разговора.

В журналистских публикациях упоминался деревянный ящик из-под флюорографического оборудования, где якобы хранились карточки пациентов. Однако в судебных материалах говорится прежде всего о талонах скорой помощи и документах медицинских учреждений.

Петров представлялся участковым врачом или сотрудником поликлиники. Иногда говорил, что его направили проверить здоровье пациента. Медицинская сумка, тонометр и уверенное знание профессиональных процедур не вызывали подозрений.

Особенно у пожилых людей.

Врача никто не вызывал

Одна из женщин отказалась от предложенного укола. Когда незнакомец ушел, она позвонила в больницу и узнала, что никакого врача к ней не направляли.

Вскоре к ней пришел сын соседки. Его мать только что потеряла сознание после инъекции, сделанной таким же «доктором».

В другой квартире Петров ввел препараты пожилым супругам, после чего начал искать деньги.

Взять оказалось нечего: ценностей у хозяев не было, а пенсию они еще не получили.

Суд признал корысть основным мотивом нападений. Из квартир пропадали деньги, посуда, иконы, одежда и другие вещи, которые можно было продать. Добыча порой стоила немного. Врач шел на убийство даже ради нескольких предметов домашнего обихода.

Когда укол не действовал

Инъекции не всегда давали ожидаемый результат. Некоторые потерпевшие приходили в себя, пока Петров обыскивал комнаты.

Тогда он пускал в ход то, что находилось под рукой.

Одну женщину Петров ударил небольшим топором. Медики диагностировали ушиб мозга, переломы костей черепа и другие тяжелые повреждения.

Других потерпевших Петров душил, бил и ранил острыми предметами. Суд установил, что после части нападений он поджигал квартиры, пытаясь скрыть следы преступлений.

Одной женщине удалось выбраться на балкон. Ее сняли пожарные. Другая смогла покинуть горящую квартиру благодаря соседу. Еще одна потерпевшая спаслась, но ее мать погибла от отравления угарным газом.

Объединить эти преступления оказалось непросто. Люди умирали от разных причин: введенных препаратов, травм, удушения или пожара. Нападения происходили в разных районах Петербурга, а на месте преступления не всегда оставались одинаковые следы.

Квартиры заговорили голосами вещей

На суде Максим Петров вину отрицал. Он утверждал, что во время следствия на него оказывали давление, а часть процессуальных действий провели с нарушениями.

Однако следствие располагало не только показаниями выживших.

Вазу, пропавшую из одной квартиры, Петров продал другому человеку. Впоследствии хозяйка опознала вещь. У другого покупателя нашли икону, принадлежавшую одной из потерпевших.

Еще у одного знакомого врача обнаружили десять ложек. Некоторые из них опознали родственники убитой женщины. Шесть мельхиоровых ложек хранились дома у самого Петрова.

Там же лежала кожаная куртка внука одной из жертв.

Похищенные вещи позволили проследить путь от квартир потерпевших к покупателям и самому обвиняемому. Эпизоды, которые прежде выглядели отдельными преступлениями, стали частями одного дела.

Три дня января

В начале 2000 года нападения участились.

12 января Петров напал на Михаила Саулина на улице Белы Куна. В тот же день после встречи с неизвестным врачом выжила Лилия Максимова. На следующий день нападению подверглась Надежда Фонина. 14 января Петров пришел к Татьяне Михеевой.

К поискам подключили сотрудников разных подразделений. Проверяли врачей, работников социальных служб и всех, кто мог получить сведения о пожилых пациентах. Счет проверенных людей шел на тысячи.

Одновременно милиционеры изучали адреса, на которых неизвестный мог появиться снова. В нескольких квартирах выставили засады.

Одна из них находилась у Зои Крузе. 17 января ей исполнилось 77 лет. В этот день в дверь позвонил мужчина, назвавшийся врачом.

Петрова задержали при попытке войти.

Бритва, чулок, пять шприцев, флаконы с препаратом и медицинские талоны вошли в доказательственную базу по делу.

11 погибших

Судебный процесс завершился в ноябре 2003 года. Санкт-Петербургский городской суд признал Максима Петрова виновным в убийстве 11 человек, четырех покушениях на убийство, разбойных нападениях, кражах и других преступлениях.

Ему назначили пожизненное лишение свободы в колонии особого режима.

Не все обвинения устояли. По двум пунктам обвинения Петрова оправдали. Суд не нашел доказательств его участия в подделке документов, а в одном из обвинений в умышленном уничтожении имущества не обнаружил состава преступления.

Защита обжаловала приговор. Адвокаты указывали на давление во время следствия, нарушения при оформлении доказательств и ошибки в квалификации отдельных эпизодов.

24 июня 2004 года дело рассмотрел Верховный суд России.

Кассационная инстанция исключила из приговора несколько квалифицирующих признаков, иначе оценила один из разбойных эпизодов и отменила конфискацию имущества. К тому времени такой вид наказания уже исключили из закона.

Главное решение суд оставил без изменения. Максим Петров должен был провести в колонии остаток жизни.

В определении Верховного суда причина сформулирована предельно прямо: Петров лишил жизни 11 человек.

Приговор пересматривали годами

После отправки в колонию Петров продолжил добиваться пересмотра дела.

В 2006 году материалы истребовали для надзорной проверки, но оснований для нового производства Верховный суд не нашел. Еще один отказ последовал в 2014 году. Жалобы и заявления осужденного поступали в суд как минимум до сентября 2017-го.

Отдельное решение по его обращению вынес Европейский суд по правам человека.

В 2012 году ЕСПЧ признал нарушения, связанные с условиями содержания Петрова и его перевозкой. Суд также обратил внимание на публичные заявления сотрудников милиции, которые еще до приговора говорили о нем как о виновном.

Петрову присудили 15 тысяч евро в качестве компенсации морального вреда и 1350 евро судебных расходов. Сам приговор при этом не отменили. ЕСПЧ не пересматривал доказательства убийств и не ставил под сомнение установленную российским судом вину.

В марте 2025 года управление ФСИН по Пермскому краю опровергло сообщения о возможном скором освобождении Петрова. В июле 2026 года петербургские СМИ сообщали, что он продолжает отбывать пожизненное наказание.

Вместо отмычки был белый халат

История Максима Петрова — не только дело серийного убийцы. Она показала, что медицинский документ с несколькими строчками может стать готовой наводкой на квартиру.

Петров знал имена пациентов, их возраст, адреса и состояние здоровья. Он понимал, какой предлог сработает и кому будет трудно отказать врачу.

Суд установил, что Петров собирал медицинские документы с адресами пациентов. Такие бумаги обнаружили и при его задержании.

Преступления продолжались больше двух лет. Одиннадцать человек погибли, четверым удалось выжить.

Максиму Петрову редко требовалась отмычка. Двери перед ним открывали сами.