"Мама, я выжил, я цел". Как в сибирской тайге искали двух летчиков
Борт просто исчез
Вечером 3 августа в Бодайбинском районе Иркутской области пропал легкомоторный самолет Cessna 182. На борту было два человека — летчик-наблюдатель и командир воздушного судна. Обоим — 27 лет.
В назначенное время самолет не вышел на связь, не подал аварийный сигнал. Он просто исчез. По словам губернатора Иркутской области Игоря Кобзева, борт занимался мониторингом лесопожарной обстановки в районе. "Там нет сильных пожаров, но за ситуацией следить надо. Это был стандартный вылет. <…> Борт должен был [3 августа] в 20:50 (15:50 мск — прим. ТАСС) вернуться в поселок Мама, откуда он днем вылетел на патрулирование. По данным трекера, экипаж осмотрел пожар в Бодайбинском лесничестве, после борт направился в сторону Бодайбо. Сделав круг над городом, ушел на юго-восток. Последние координаты фиксировались в 13:58 (08:58 мск — прим. ТАСС)", — рассказал Кобзев.
Первым на поиски направили самолет из Якутии — он ближе всего находился к предполагаемому месту крушения. Готовы к вылету были два вертолета в Бодайбо. Но погода внесла коррективы: туман и похолодание — ночью до плюс 8 градусов. "Искать в таких условиях с неба невозможно, а пешие группы там просто не справятся — непроходимая тайга", — сообщил ТАСС один из участников поисковой операции.
"Летчики — народ очень выносливый"
По данным министра лесного комплекса региона Павла Кирдяпкина, маршрут патрулирования Cessna был около 200 км. Предполагаемая зона поисков составила около 40 км. "Для непроходимого леса, где вблизи нет ни одного населенного пункта, — большое расстояние. Добавьте к этому туман. Искать было трудно", — отметил участник поисковой операции.
Два вертолета смогли вылететь на поиски только 4 августа, но найти самолет и пилотов не удалось — к туману добавились дождь и облачность.
На вторые сутки поисков появились первые пессимистичные предположения. "На таких вылетах, не на тушении пожаров, а просто на осмотре местности, у пилотов с собой нет запаса воды и еды. Максимум бутерброды. Если бы они были живы, они бы разожгли костер, подали бы сигнал, мы бы это увидели. Они этого не сделали. То есть аварийный сигнал из тайги не подан. Плюс, там есть водные преграды, они могли упасть в реку, и тогда искать долго. Единственное, что летчики — народ очень выносливый, только в это верим", — сообщил на второй день поисков ТАСС один из их участников — опытный спасатель.
Родственники пропавших пояснили, что авиакомпания на подобные вылеты с собой обычно дает пилотам аптечку и сухой паек.
"Я молилась днем и ночью"
Утром 5 августа круглосуточные поиски организовать оказалось невозможно — авиация подключилась, только когда позволила погода. Сами выйти к людям летчики не могли. Ближайшие населенные пункты к месту пропажи — рабочий поселок Мама и город Бодайбо. Оба находятся далеко от Иркутска — более 800 км. Мама стоит на сибирской реке Витим. Добираются до поселка в основном воздушным транспортом или в период навигации по реке.
Из поселка Мама один из членов экипажа пропавшего самолета — летчик-наблюдатель Филипп Зыков. Здесь живет вся его семья. Мама Инна Анатольевна была одной из первых, кто забил тревогу и просил не прекращать поиски. "Я верила, что все будет хорошо. Мой сын физически здоровый, крепкий и выносливый. Он занимался спортом, имеет опыт нахождения в лесу. С дедом и отцом охотился и рыбачил. Дед у Филиппа мощный был человек — Николай Анатольевич был капитаном речного флота. Отходил по Лене и Витиму 53 навигации. Но, поймите, в такой огромной тайге невозможно знать каждый уголок. Лес в этой местности сын знает частично, где бывал ранее. Поэтому поиски прекращать нельзя, сами они не выберутся", — рассказывала женщина.
По факту случившегося возбудили уголовное дело по ч. 3 ст. 263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта), а Восточно-Сибирская транспортная прокуратура организовала проверку. Следственный комитет рассматривал три версии произошедшего — техническая неисправность, нарушение правил пилотирования, аварийная посадка воздушного судна из-за отклонения от маршрута следования.
Мама Зыкова продолжала писать обращения во все ведомства, просила, чтобы поиски шли активнее, дорог был каждый час. "Моя квартира превратилась в штаб-квартиру — многие поддерживали, приходили. Я молилась днем и ночью всем святым, все молитвы вспомнила", — делится женщина.
"Даже не представляешь, что мне пришлось пережить"
Вечером 5 августа летчики вышли на связь. "Пилот и летчик-наблюдатель живы, они забрались на сопку и по самостоятельно собранной радиостанции передали свои координаты самолету Бодайбо — Иркутск. Также попросили передать родителям, что живы и здоровы", — написал в "Максе" Кобзев. Как уточнили ТАСС в оперативных службах, летчики сообщили, что находятся на высоте 1,5 тыс. м. Мужчины были в 90 км от Бодайбо.
Сразу выехать на спасение экипажа не удалось. Из-за погоды эвакуацию откладывали. Только в 11:10 (06:10 мск) 6 августа пилотов вертолетом доставили в Бодайбо, а там — в больницу на осмотр.
По словам губернатора региона, у мужчин ссадины и ушибы — серьезных травм нет. "Сын написал мне пока только СМС: "Мама, я выжил, я цел. <…> Даже не представляешь, что мне пришлось пережить", — рассказывает Зыкова, плача от счастья, и добавляет: — Жду, когда его доставят домой, а если что — у меня есть возможность поехать на лодке и забрать его самой".
Само воздушное судно Cessna 182 почти не получило повреждений. Судя по первым кадрам с места происшествия, разглядеть самолет в лесу было непросто — он почти незаметен. "Получается, находчивость и знания помогли ребятам выжить. Собрать радиостанцию, залезть на сопку и дать сигнал, не дожидаясь подмоги откуда-то извне, — на такое способны только летчики. Я сразу говорил, что надежда на их выносливость", — заключил один из участников поисковой операции.
Виктория Мельникова