«Для меня лично это уголовное дело ассоциируется лишь с одним словом – «обреченность», – цитирует «КП-Екатеринбург» прокурора Майю Макарову. Избиения ребенка происходили не единожды. Так к моменту своей гибели, ребенок уже находился в гипсе: у него была нога.