Освободить из-под стражи в зале суда: экс-главу КирМоса посадили на 2 года и тут же выпустили
Вину по всем эпизодам своего дела он отрицал с первых дней, следствие еще до суда исключило претензии в мошенничестве
Сегодня Советский райсуд Казани огласил обвинительный приговор по делу бывшего главы двух районов и отца четырех детей Сергея Миронова. Он признан виновным в четырех эпизодах должностных преступлений, наказан 2 годами колонии-поселения и тут же освобожден от наказания в связи с отбытием срока, передает с заседания журналист "Реального времени".
Обвинения по ч. 3 ст. 286 УК РФ суд квалифицировал по ч. 1 той же статьи, что и сделало возможным наказание в виде колонии-поселения.
В качестве дополнительного наказания суд лишил осужденного права в течение 2,5 года после освобождения занимать руководящие должности на муниципальной и государственной службе.
"В связи с фактическим отбытием срока освободить Миронова из-под стражи в зале суда", — сообщила судья.

Гражданские иски по делу не заявлялись. Напротив, представитель администрации КирМоса в суде настаивала — ущерба нет и потерпевшей администрация себя не считает. Ну а начальник юротдела МУП "Дорожно-ремонтное эксплуатационное управление Кировского района" указывала — ущерб полностью возмещен еще в ходе следствия.
Напомним, Сергея Миронова обвиняли по трем эпизодам превышения полномочий с заявленным силовиками ущербом для МУП "ДРЭУ Кировского района" и администрации КирМоса на 2,6 млн рублей — с оплатой сверхурочного труда двух водителей служебной иномарки главы за счет зарплат фиктивно устроенных родственников и знакомых этих водителей. Четвертый эпизод по обвинению в злоупотреблении полномочиями касается проведенной в 2018-м арендатором ООО "Агроторг" перепланировки под магазин "Пятерочка" помещений матери Миронова в доме на Комсомольской, за согласованием которой представитель ООО обратился в КирМос в 2020-м, и Миронов своим распоряжением дал добро.

Сам подсудимый вину отрицал. Его адвокаты просили суд о вынесении оправдательного приговора, тогда как три гособвинителя настаивали на посадке чиновника на 8 лет.
Свой приговор Сергей Миронов сегодня слушал стоя на костылях. Остеонекроз нижних конечностей у него был выявлен больше года назад, однако это не помешало избранию самой суровой меры пресечения, которую суд уже в ходе процесса неоднократно продлевал.
Защита представляла справки от медиков ФСИН, что в условиях СИЗО лечение этого фигуранта невозможно, однако в утвержденном правительством РФ перечне тяжелых болезней, препятствующих содержанию подозреваемых и обвиняемых под стражей, два диагноза Миронова появились лишь 5 июля сего года. Лишь после этого ему назначили комиссионное медицинское освидетельствование, результат которого был представлен в суд 21 июля — в день удаления председательствующей по делу судьи Ирины Суховой в совещательную комнату для постановления приговора.

В суд подтверждающий диагноз заключение вместе с ходатайством врио начальника СИЗО привез начальник медчасти СИЗО, однако рассматривал эти документы уже другой судья Советского райсуда Казани. Который 24 июля принял решение — производство по ходатайству об изменении меры пресечения Миронову прекратить, поскольку его рассмотрение по существу может повлечь нарушение тайны совещательной комнаты, где решается вопрос о приговоре тому же обвиняемому. С высокой долей вероятности, вопрос о вольной по болезни будет решаться лишь после вступления сегодняшнего решения в силу.
Напомним, под стражей Сергей Миронов оказался 1 августа 2024 года — его пригласили на допрос в СК, где и задержали. На тот момент бывший чиновник уже несколько месяцев находился в статусе подозреваемого. С учетом нормы о зачете срока — день СИЗО за два в колонии-поселении, на день приговора Миронов успел отсидеть два года.

Возбуждению уголовного дела предшествовала подача в 2023 году гражданского иска на 308 млн рублей по 65 объектам недвижимости, оформленным на родню на тот момент еще главы КирМоса. Прокуратура Татарстана посчитала именно Миронова конечным бенефициаром этих активов, обвинив в весомом расхождении его официальных доходов и расходов.
К финалу гражданского процесса сумма требований выросла до 460 млн рублей с учетом суммы отчужденного имущества и доходов от аренды коммерческой недвижимости, попавших в перечень "на раскулачивание". Верховный суд РТ в закрытом режиме постановил: обратить в доход государства 45 объектов и взыскать 140 млн рублей. В силу это решение пока не вступило.
Тем временем еще до задержания Миронова суды трех инстанций встали на сторону прокуратуры в вопросе о его увольнении по утрате доверия — за выявленный в ходе проверки конфликт интересов и неполноту в декларациях. Ранее за эти нарушения власти Казани наказали главу Кировского и Московского районов выговором, а когда решение вступило в силу, вынужденно уволили коллегу, попутно поблагодарив его за работу через официальный сайт мэрии.

В последнем слове на суде Миронов просил не лишать его свободы и дать возможность работать на благо государства и общества, заявлял о нестыковках в материалах дела и своей болезни:
— Находиться даже в СИЗО на костылях — это достаточно серьезное испытание. К тому же, по мнению врачей, нельзя подниматься лишний раз по лестницам, поднимать тяжести — все это ведет к тому, что я могу стать инвалидом, — сообщал обвиняемый, напоминая, что еще до задержания планировал уйти на СВО, но здоровье не позволило: "Мне нельзя на себе даже бронежилет носить".
Бывший глава КирМоса отмечал — оплата родственниками большей части вменяемого ущерба "не говорит о том, что я признаю этот ущерб": его мать погасила 1,7 млн в надежде, что это повлияет на меру пресечения, а жена — еще 100 тысяч, полагая, что суд учтет смягчающее обстоятельство.
"Я не хочу быть бременем на теле своей республики. Работал я всегда с азартом, с интересом. Поэтому и у администрации Кировского и Московского районов были всегда лидирующие позиции, — заявлял Миронов в последнем слове. — Хочу продолжать быть полезным обществу и продолжать работы, поэтому прошу меня не лишать свободы".

В прениях Миронов отмечал — за согласование перепланировки, о которой не знал, он уже наказан дважды — сначала дисциплинарным взысканием, потом увольнением по утрате доверия. Теперь хотят наказать в третий раз, рассуждал он.
"Если бы я хоть на гран ощущал вину за решения, которые принимались за 20 лет (7 лет работы в суде, 13 — в администрации), если бы мне было хотя бы стыдно хоть за одно решение, которое я принял, я бы не стесняясь их здесь назвал. Здесь не было моих решений, которые повлекли нарушение Уголовного Кодекса, какие-то преступления. Поэтому прошу меня оправдать".