В РФ рассказали об «идеальном шторме» для газового рынка Европы
Ведущй эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков в разговоре с Рамблером прокомментировал удары по газовой инфраструктуре на Ближнем Востоке и рассказал об их влиянии на мировой энергетический рынок.
Ранее Израиль нанес удары по нефтегазовым месторождениям в Южном Парсе, предавало информационное агентство Tasnim. Нападению также подвергся порт Ассалуйе, который имеет критическое значение для переработки и экспорта иранских углеводородов. Нападение стало первым ударом по иранским нефтедобывающим объектам с начала агрессии США и Израиля. В ответ Иран атаковал крупный СПГ-завод в Катаре.
Эксперт отметил, что прямой эффект от удара Израиля по месторождению «Южный Парс» для глобального рынка ограничен — Иран в основном обеспечивает собственные потребности. Однако ответные действия Ирана, затронувшие катарскую инфраструктуру, несут уже куда более серьёзные риски.
Повреждение иранской газовой инфраструктуры практически не влияет на мировой рынок. Иран ведёт добычу преимущественно для внутреннего потребления. Экспорт в Ирак и Турцию составляет не более 10 миллиардов кубометров в год — это незначительные объёмы. Поэтому сам факт атаки на месторождение «Южный Парс» не создаёт существенных рисков для глобальных поставок газа. При этом ответные меры Ирана, направленные против крупнейшего СПГ‑завода в Катаре, имеют серьёзное воздействие на мировой рынок. Катар — третий в мире производитель СПГ после США и Австралии. До атаки он экспортировал около 110 миллионов тонн в год и планировал увеличить производство на 30 миллионов тонн в 2026 году. Теперь эти планы отложены, а текущие объёмы производства и экспорта остаются под вопросом — особенно с учётом неопределённости по открытию Ормузского пролива.
Игорь ЮшковВедущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ
Ключевая проблема заключается не только в повреждении отдельных заводов, но и в уязвимости самого месторождения, которое делят две страны, подчеркнул специалист.
«Катар и Иран используют одно и то же газовое месторождение в акватории Персидского залива. Иран называет его «Южный Парс», а Катар —«Северное» или «Северный Купол». Это самое большое газовое месторождение в мире: благодаря ему Иран занимает второе место в мире по запасам газа, а Катар — третье. Если будет повреждено само месторождение, это станет проблемой для всего мирового рынка. А ремонт СПГ‑заводов после взрывов и пожаров может занять месяцы — даже устранение обычных поломок порой требует до полугода», — сказал он.
Наибольший удар от сложившейся ситуации, по оценке эксперта, придётся на Европу. Регион уже столкнулся с дефицитом газа после холодной зимы, а новые геополитические риски и планы по отказу от российского СПГ создают «идеальный шторм» — сочетание сразу нескольких негативных факторов.
«Ситуация складывается как идеальный шторм для европейского газового рынка. Цены на нефть уже закрепились выше 100–110 долларов за баррель и могут продолжить расти — при негативном сценарии, например, при ударах по нефтяным объектам Саудовской Аравии, возможен скачок до 120–130 долларов. Что касается газа, мы вполне можем увидеть цену в 1000 долларов за тысячу кубометров — такие уровни уже фиксировались в 2021–2022 годах. Европа завершает отопительный сезон с истощёнными подземными хранилищами: из‑за морозной зимы она много изъяла газа и теперь должна масштабно пополнять запасы к следующей зиме. Раньше европейские страны рассчитывали притормозить закупки, дождаться открытия Ормузского пролива и восстановления поставок из Катара — тогда цены могли бы снизиться, и закупать газ было бы выгоднее. Но теперь ждать смысла нет: прежние объёмы не вернутся в ближайшее время. К этому добавляется планируемый отказ Европы от российского СПГ — новые ограничения могут спровоцировать дополнительный рост цен. В итоге Европа оказывается в крайне сложной ситуации: ей придётся ускоренно закупать дорогой газ на фоне истощённых запасов, а в перспективе это грозит ускоренной деиндустриализацией региона. В отличие от Азии, где рабочая сила дешевле, и США, где газ стоит всего 170–200 долларов за тысячу кубов на бирже, Европа теряет свои конкурентные преимущества из‑за высоких цен на энергоносители и рабочую силу», — заключил Юшков.
Ранее президент США Дональд Трамп обвинил Израиль в самовольных атаках по Южному Парсу.