Вышел в свет десятитысячный номер "Российской газеты"
Ну, читать-то мы научились, а давайте-ка посчитаем. В среднем на страницах каждого номера нашей ежедневной газеты печатаются около ста авторов. Если в одном только номере их около ста, то сколько же авторов в десяти тысячах номеров? Правильно, примерно миллион. Да это же целый город! Умных, талантливых, неравнодушных людей. Министров, рабочих, бизнесменов, политиков, ученых, деятелей культуры, спортсменов, бойцов СВО, журналистов, дипломатов, юристов, педагогов, школьников, студентов… Со всех регионов нашей страны от Чукотки до Калининграда. Они ежедневно приходят в наш город не за "лайками", а за мыслями, за дельными предложениями. Они идут по единственной улице нашего города - улице Правды, не натыкаясь на блог-посты необязательных и безответственных суждений. Наши горожане думают, прежде чем говорят, сообщают только то, что знают точно, и всегда желают друг другу добра.
Добро пожаловать на улицу Правды в следующие десять тысяч номеров "Российской газеты"!
Прямая речь
Наталия Ячменникова, редактор отдела науки и образования "Российской газеты":
Возможностей - больше, ответственность - зашкаливает
Уже 10-тысячный номер "Российской газеты"? Фантастика. Я пришла в газету летом 1991 года. К сожалению, не помню номер выпуска, где впервые появился мой материал. Да это и не важно. Одно точно: цифры на логотипе были как в тетради у первоклашки. Да простят мне уважаемые и дорогие коллеги такое сравнение.
Тогда у нас был "горячий набор". Что это такое? Молодые журналисты, наверняка, слышали о нем, но не очень представляют, как все выглядело на практике: сама технология уплыла в прошлое. Строки текста формировали из металлических литер специального типографского сплава - свинец, сурьма и олово. Название "горячий" как раз отражает процесс: сплав расплавляли и заливали в формы.
Так вот, это прежде всего въедливая типографская краска. Когда после дежурства приходишь домой - все в черноте. Руки, блузка… А почему? Правишь или сокращаешь материал - по гранкам елозишь, потом с версткой то же самое. А еще - сам запах типографский краски. Он буквально вплывал в квартиру…
Меня всякий раз поражала работа наборщиков в типографии. Ведь это именно они превращали текст в печатную страницу. При этом в прямом смысле слова работали с текстом "задом наперед"! В зеркальном отражении. И умудрялись при всем при том ловить опечатки, которые, случалось, пропускал и автор, и корректура.
До подписания номера - считанные минуты. И вдруг - срочная правка! На дрожащих коленях бежишь в цех: и на твоих глазах происходит чудо. Все как надо. И все в срок. Один был уже очень в возрасте. И первое, что он говорил: "Остынь!".
Вот честно, до сих пор с благодарностью вспоминаю тех потрясающих спецов с нашей родной улицы "Правда".
Переход на цифру стал для нас настоящей технологической революцией. Мы учились заново: работать с компьютером, засылать тексты, отправляя их точно в определенную "лузу" на полосе, что должно было избавлять от "хвостов" и ненужных сокращений. Осваивали видеосвязь... Но, как говорится, это все инструментарий. Никакая техника и искусственный интеллект не отменяли и не отменят "голову", творческие способности журналиста.
Современная "Российская газета" - это мультимедийный комплекс, а не просто издание на бумаге. Возможностей для журналистов "РГ" - да, стало несоизмеримо больше. Но и ответственность за свое "слово", за его достоверность сегодня зашкаливает. Помогает ли старая школа? Конечно. На то она и школа.
