80 лет назад состоялась премьера оперы "Война и мир" Прокофьева
Сегодня 80 лет назад на сцене ленинградского Малегота (Малого оперного театра), слывшего "лабораторией советской оперы", прошла премьера самого монументального произведения Сергея Прокофьева - оперы "Война и мир". Спектакль шел под управлением недавно назначенного главным дирижером театра Самуила Самосуда в постановке молодого Бориса Покровского. В первом же сезоне опера выдержала 40 показов, собирая полные залы. Критики писали о новом "Евгении Онегине" современности (публика тогда услышала только первые 8 картин оперы, посвященных миру, балам и любви Наташи Ростовой к Андрею Болконскому). За этот спектакль Самосуд, Покровский и сопрано Татьяна Лаврова получили Сталинскую премию.
Но к тому времени еще раскатывалось по стране эхо правдинской статьи "Сумбур вместо музыки", громившей "формализм" Шостаковича в опере "Леди Макбет Мценского уезда", новому сочинению Прокофьева придавалось государственное значение, критики и цензоры демонстрировали повышенную бдительность. И несмотря на успех первых спектаклей "Войны и мира" над Прокофьевым уже сгущались тучи, которые после очередного погрома ведущих композиторов страны в постановлении ЦК "Об опере Мурадели "Великая дружба" разразились громом и молниями.
К лету 1947 года театр подготовил вторую часть оперы, но после генеральной репетиции премьеру запретили - батальные и патриотические сцены показались чиновникам недостаточно монументальными: мол, народ страны-победительницы в Великой Отечественной войне ждал на сцене героики. На композитора градом посыпались поправки, по требованию не всегда сведущих в музыке "руководителей культуры" он еще много лет переписывал оперу - включал в партитуру марши и все новые хоры, разбавляя "мелкотемье" лирических сцен героико-патриотическим пафосом. Известно, что даже постановщик спектакля Борис Покровский был озадачен непривычным для тех лет "кинематографическим" монтажом партитуры - его смущала калейдоскопичность сцен и событий.
Интересно, что именно в результате этих переделок появилась в опере ныне знаменитая ария Кутузова "Величавая, в солнечных лучах, матерь русских городов". В первом варианте Кутузов был бесконечно уставшим от войны человеком, что привело чиновников в ярость. Критики состязались друг с другом в государственном пафосе: Вот что писал журнал "Театр" в 1949 году об опере, которую теперь ставят во всем мире как одно из главных творений мировой культуры ХХ века: "Новое наступление формализма произвело колосса на глиняных ногах - "Войну и мир" Прокофьева, произведение, с наибольшей силой и наглядностью доказавшее полную неспособность модернизма к воплощению положительных сторон исторической жизни. Монументальное полотно превратилось в разрозненные, калейдоскопические кадры, бессмысленно сменяющие друг друга. Образы Толстого предстали пред зрителем в негативном, искаженном до неузнаваемости изображении".
Прокофьев умер 5 марта 1953 года в один день со Сталиным, и в гуле всенародной скорби по вождю страна не заметила ухода своего музыкального гения, так и не увидевшего свой шедевр на сцене целиком. Полностью ее поставили только в 1957 году.