Татьяна Толстая и Дарья Донцова стали гостями большого книжного фестиваля на Волге
Областная научная библиотека гудит. Обычно тихий академичный храм превратился в живой улей: там - барочная скрипка, здесь - джазовая чечетка. А главный звук - гул голосов сотен влюбленных в книги людей. Они наконец-то встретились - на фестивале "Время читать: Игра в классики". Честная игра с классиками, где правила пишут сами читатели.
Их ждали десятки тематических площадок и библиотек со всего региона. Съехались в Самару также ведущие издательства и крупные книготорговцы. Публика приценивается, листает, мучается выбором: взять две книги в мягкой обложке или одну за ту же цену, но на века. Растут очереди. Но самые длинные - за автографами к живым классикам.
На фестиваль пришли семьями, некоторые забегают по нескольку раз за день - выдержать 12-часовой книжный марафон читателям дошкольного возраста не всегда под силу, а побывать хочется везде, как и дождаться вечернего спектакля.
На площадках и выставках шумно. А в большом зале отдела искусств - напряженная тишина: там выступают писатели. Но вот авторские монологи перерастают в дискуссию - не только о событиях, застывших на страницах книг, но и о дне сегодняшнем. Поэт в России, как сказал Евтушенко, больше чем поэт. Он - совесть народа.
Марина Москвина, талантливая сказочница и философ, в каком бы жанре для детей и взрослых она не работала,- воплощение позитива. Встреча с ней больше напоминала квартирник у костра на экзотическом острове. Она сыпала байками, именами великих и историями из своей жизни так увлеченно, что даже строгие дамы в зале снимали очки - вытирать слезы смеха. "Секрет творческой кухни? Да никакого секрета, - улыбается Москвина. - Главное вовремя заметить необычное в жизни и записать это в дневничок, память может и подвести".
Позже "в атаку" пошла Дарья Донцова. Королева детектива, кажется, знает всех в лицо. Пока она рассказывала о новинках, в углу уже выстроилась очередь за свежей литературой на лето. Организаторы не обманули: на ярмарке действительно было "то, чего нет даже в интернете". Издания улетали как горячие пирожки.
Зал, где выступала Татьяна Толстая, ломился от гостей. Они заняли не только кресла, но и все проходы и лестницу. Писательница, телеведущая, острый языковед в этот раз была неожиданно мягкой, но как всегда ироничной. Вопросы сыпались градом: "Трудно ли было расти в семье, где семеро детей?", "Расскажите о ваших встречах с Бродским и Горбачевым", "Как вы относитесь к мату в русском языке?". На последнее Татьяна Никитична заметила, что "когда дозированно и уместно, получается вкусно. Обсценная лексика в России - язык аристократов и крестьян, а вот интеллигенция его не приемлет".
Толстую не хотели отпускать. Даже когда ведущий объявил "последний вопрос", в воздух взметнулся лес рук. Люди ловили каждое слово, словно это был глоток свежего воздуха. "Ну давайте еще пять минут, - сдалась Татьяна Никитична. - Но потом - бегом за книгами!".
А у Дарьи Донцовой, встреча с ней прошла чуть раньше, очереди за автографами напоминали змею, уходящую за горизонт. Люди терпеливо ждали по часу, держа в руках новые сборники. "Это наша терапия", - сказала одна из читательниц, пока автор, улыбаясь, подписывала очередную книгу.
Даже когда мы придем домой и сладко раскроем принесенные с фестиваля томики, чтобы почитать в уединении, мы будем вместе
Но фестиваль - это не только столичные имена. В отделе редких книг пахнет вековой пылью и смехом. Тут выставка к 200-летию Салтыкова-Щедрина "Смех не без причины". Оно и понятно, ведь все сатирики - гуманисты, они смеются, чтобы не рыдать. Экспонаты - от первых изданий до карикатур - заставляют хихикать даже школьников, пришедших на экскурсию.
Неожиданно трогательной стала площадка "Игра ума" от библиотеки для слепых. Здесь зрячие гости с закрытыми глазами играли в "Кварто" и "Гобблет"... А на площадке "Играя в Архимеда" технари сражались на интеллектуальном ринге: угадывали, какое описание из фантастики сбылось, а какое - нет.
Я обошла с десяток площадок и встретила с десяток хороших знакомых, с которыми в нечитаемой суете будней не могли пересечься, и поняла главное - книги нас по-прежнему объединяют. Даже когда мы придем домой и сладко раскроем принесенные с фестиваля томики, чтобы почитать в уединении, мы будем вместе.
Фестиваль "Время читать" в Самарской "Ленинке" закончился ближе к полуночи театральной "Метелью" под музыку Свиридова.
Прямая речь
Татьяна Толстая, писательница:
- Многие пугаются изменений в русском языке, но это такая живая стихия, которая развивается по одному ей известному пути. Очень много впитывает в себя иностранных слов, часть из них отваливается, часть - остается. Дело в том, что есть малоприятные заимствования, которые чужды структуре нашего языка, например "ток-шоу". Мы не можем склонять это слово или употребить его во множественном числе. Оно торчит как оловянный зуб в белоснежном рту. А какие-то слова, например менеджмент или маркетинг, со временем стали русскими. То есть то, что как камушки обтесалось и стало соответствовать русской грамоте, то и хорошо, а то, что торчит, - плохо.
Не нужно пугаться изменений, но надо различать литературный русский язык и разговорный, который сегодня чрезвычайно усеченный, особенно у молодежи. Слава Богу, что есть литературный язык и на нем некоторые еще разговаривают. Но лучше всего он сохранился в письменности, в книгах, вот почему так важно читать. Задумайтесь, почему Пушкина практически не переводят на иностранные языки? Из-за уникального слияния музыкальности его стиха, грамматической специфики и культурного подтекста. Пушкин - не знаток и не носитель русского языка, а он и есть русский язык. Читая Пушкина, вы узнаете русский язык.
Что делать с огромными домашними библиотеками? Ни в коем случае книги нельзя выбрасывать, их надо раздавать. Только очень трудно найти человека, который бы хотел взять. Потому что большинство людей сегодня считают, что проще смотреть текст со смартфона или даже слушать, бегая по делам в квартире. Я не люблю слушать книги просто потому, что любой чтец неправильно ставит смысловые ударения. Это на мой взгляд... А самая поразительная вещь случилась со мной в одном доме в Италии. Нас с мужем принимал человек, который редактировал известный журнал о книжных новинках. В своем большом доме посреди Флоренции он выделил нам просторную комнату со множеством книг по стенам. И однажды утром я просыпаюсь и вижу, что стена с книгами сдвинута, оказалось, что и их по специальным рельсам можно двигать. Я пришла в полный восторг не потому, что есть такой способ увеличения пространства для книг и одновременно для жизни. Это был как бы символ, что можно вырваться из материального мира в другую стихию, выше этой земли.
Марина Москвина, писательница:
- Какова сегодня роль писателя в стране "трудного счастья"? Главное - не дать людям утратить надежду. Мы должны сохранять в себе живое начало, потому что культура существует не сама по себе. Она нужна, чтобы пробуждать в людях милосердие, сострадание, любовь, доброту и осознание того, что Земля - наш общий дом, маленький и хрупкий. Каждый из нас может нести это в себе, чтобы люди не теряли веру. Иначе это страшно и опасно не только для души, но и здоровья человечества, даже для тех, кто лично не участвует в трагических событиях. И "милость к падшим призывал" - одна из задач литературы.
В 2025 году я была автором Тотального диктанта. И вот, имея за плечами уже десятки книг и международных премий, могу сказать, что писать такие тексты очень непросто, но увлекательно. Во-первых, четыре текста должны быть связаны одной темой, как венок сонетов. Например, моя близкая подруга Дина Рубина, тоже выступавшая в свое время "диктатором", начинала каждый новый текст с той же фразы, которой заканчивался предыдущий. Я ощутила эту связь и вспомнила хайку - японские трехстишия. Емкость фразы, равномерное дыхание, плавность переходов и краткость - вот что задано в диктанте. В 288 слов нужно уместить фабулу, завязку, кульминацию и в финале подвести итог. Я написала шесть текстов для русскоязычного населения планеты. Четыре основных - для Дальнего Востока, Сибири, Европы и Америки. Один - для детей, это самый интересный. По большому счету я, конечно, грамотный человек, но со знаками препинания и со стилистикой обращаюсь свободно и на свое усмотрение. Я никогда не участвовала в Тотальном диктанте, но он постучался ко мне, и я пригласила его войти в мою жизнь.