Юрий Грымов о премьере "Гамлета": Гений театра - в том, что он выражает мнение

Когда театральные премьеры отражаются эхом в обществе, это хорошо. Для общества в первую очередь. Сейчас вот даже те люди, кто, возможно, никогда не был в театре, вдруг услышали, что в Москве в МХТ им. Чехова поставили "Гамлета" с Юрием Борисовым в главной роли. Нового "Гамлета" я не видел, я сейчас нахожусь в Санкт-Петербурге с театром, у "Модерна" здесь большие гастроли. Поэтому все, что собираюсь сказать, имеет отношение не к самому спектаклю, а скорее к реакции на него.

Честно говоря, природа всеобщего возбуждения в этом случае мне не совсем понятна. Гений театра - и русского драматического театра в том числе - в том и состоит, что он выражает мнение. По сути, он сам и есть мнение - мнение автора, актеров, режиссера. В том числе мнение зрителя - человека, который пришел, чтобы услышать высказывание автора. Зритель, купивший билет, имеет полное право на свое мнение. Да, оно бывает нелицеприятным. Иногда даже хамским. Люди разные. Но в этом - движение театра. В этом столкновении мнений - течение жизни.

МХТ, как любой хороший театр, прикладывает массу усилий для того, чтобы не стоять на месте. А Шекспир с этой точки зрения - очень непростой автор. Могу поделиться опытом. Вот уже восемь лет в "Модерне" идет спектакль "Юлий Цезарь". Это всего лишь вторая постановка пьесы в России! Первым "Цезаря" поставил еще Немирович-Данченко, правда, шел спектакль совсем недолго. Вы думаете, почему у пьесы такая скромная судьба на отечественной сцене? Только ли из-за очевидных исторических параллелей, озвучивать которые небезопасно во все времена? Не только, друзья, не только. Шекспир - сложный автор. И поэтому, ставя себя на место создателей нового "Гамлета", я понимаю, что "приземлить", перенести классический сюжет в наше время - это задача со звездочкой. А ставить классику "в ее первозданном виде" - это не про театр. Это скорее историческая реконструкция. Которая тоже имеет право на существование, но зачем же тогда любителям реконструкций называть себя театром? Для восстановления той же классической мхатовской "Чайки" 1898 года надо поднимать из могилы и Чехова, и Немировича-Данченко, да и всех зрителей заодно. Ведь только для них, только в их времени, в их ощущениях - "в предложенных обстоятельствах" - та "Чайка" и могла жить и существовать!

Давайте вспомним премьеру "Трех сестер". При всем авторитете МХАТа и Станиславского - рецензии были ужасающие. "Ведомости", тогда самая авторитетная и читаемая газета, громила постановку с лозунгами вроде "Руки прочь от искусства!" И Чехов тогда недаром кричал, что в жизни больше ничего не станет писать. Но, слава Богу, Антону Павловичу и Константину Сергеевичу тогда хватило мудрости и выдержки на то, чтобы не отвечать и не ввязываться в скандал. Да, выпить по рюмочке-другой точно пришлось, уверен.

Какой был скандал, когда в 1977 году Андрей Тарковский поставил своего "Гамлета" в Ленкоме! Как все возмущались: почему Гамлет в сапогах взбирается на белоснежную постель?! Не знаю, как реагировал режиссер на эти статьи. Но повторюсь: это - даже это! даже такая недалекая, пустая критика! - нормально. Таково мнение зрителя, критика, обозревателя-колумниста - не важно; это мнение человека, который пришел в театр.

Сегодня, как и столетие назад, ситуацию "разогревают" медиа. И почему-то едва ли не главным предметом обсуждений и споров стали цены на билеты. Какое отношение этот разговор имеет к самой премьере? К художественным достоинствам или, может быть, неудачам спектакля? Да, если все вокруг обсуждают только цены на билеты - это плохо. Но, друзья, это разговор не совсем про театр.

Когда разговор крутится вокруг костюма из фольги - это тоже не хорошо. Ведь если все обсуждают форму, а не содержание, - это отчасти показатель того, что авторы не донесли до зрителя свою мысль. Ведь и костюм, и свет, и звук в театре - инструменты, которые помогают донести мысль. Она, эта мысль, может быть сложная до путаницы, может быть простая до банальности, может быть какая угодно, но если зритель ее не рассмотрел, не ощутил, если между автором и зрителем не случилось понимания - это, наверное, авторский просчет.

Еще одной гранью дискуссии стало высказывание о премьере Олега Меньшикова - и реакция на его слова. И тут уже - не пустой разговор. Для многих это дилемма: может ли один художник говорить, высказываться, оценивать творчество другого художника? Имеет ли право Меньшиков публично критиковать постановку, которая ему не понравилась? Я считаю - да, может. А уж относиться к этому мнению каждый может по-своему. Для меня, например, оно интересно и важно, поскольку я считаю Олега Меньшикова прекрасным актером и режиссером, которого я уважаю. Хотя форма этого высказывания не всем может быть понятна и приятна.

Приведу еще один пример, на сей раз - из моей любимой эпохи Возрождения. Почему центром всей художественной жизни Европы тогда стала Флоренция? Почему именно там творили Микеланджело, Джотто, Рафаэль? Да потому что во Флоренции не было того, что называется забытым русским словом кумовство; там не было "неприкасаемых", и там было возможно свободно высказываться о творчестве любого автора. Банальность - не всегда неправда, поэтому озвучу банальную мысль: чтобы развивалось творчество, нужна свобода. И любой настоящий художник это осознает и ощущает буквально кожей. И любой настоящий художник, высказываясь о чем-то новом, сложном, неоднозначном, готов встретиться с самой странной, непонятной и непонимающей, даже агрессивной критикой. Готов. Право на высказывание неизбежно сочетается с ответственностью за это высказывание.

Давайте мы признаем право на высказывание. За художником, за режиссером, за зрителем. Но давайте не будем давать себе права кого бы то ни было уничтожать, оскорблять и унижать только за то, что его мнение не совпадает с нашим. Давайте обсуждать искусство. Или даже его отсутствие - как нам иногда кажется. Но пусть это будет обсуждение в рамках если не культуры, то хотя бы в рамках простых человеческих приличий. Давайте думать, сомневаться, спорить о творчестве! Давайте хвалиться, гордиться, критиковать, помня о главном: творчество, искусство - не та сфера, где возможны какие-то стандарты качества, где работают раз и навсегда определенные критерии оценки. Творчество - оно как жизнь. А жизнь никогда не совпадает с нашими ожиданиями. Она - всегда новая и неожиданная.