Андрей Максимов: Телевизионный маг и не волшебник

Почему не волшебник? Да потому, что волшебник - это тот, кто рассчитывает на чудо. Наш герой - не таков. Он просто рассчитывает. Все и всегда. Чтоб - без неожиданностей.

А почему тогда - маг? Потому что это - аббревиатура: Малкин Анатолий Григорьевич. Очень ему, не волшебнику, подходит. А вот почему "телевизионный", вопросов не вызывает: Анатолий Григорьевич Малкин - один из самых знаменитых телевизионных продюсеров. Создатель телекомпании "Авторское телевидение", создатель и режиссер знаменитых программ: "12-й этаж", "Взгляд", "Старая квартира" (редкий телепродукт, получивший Государственную премию России), "Времечко", "Дежурный по стране", "Мужчина и женщина", "Ночной полет"... Тут только начни перечислять и до конца колонки не остановишься.

На прошлой неделе Анатолию Григорьевичу исполнилось 80 лет. Как про всякого талантливого человека про него ходит множество слухов-разговоров, суждений и оценок. Какие-то справедливые, какие-то - не вполне. На "Авторском телевидении" работало невероятное количество телевизионных звезд и прошлого, и нынешнего времени, и редко кто из них уходил от Малкина без чувства обиды. Я в том числе.

Но Анатолий Григорьевич остается для меня одним из главных телевизионных учителей. Это не вычеркнуть и не отменить никакими обидами.

Вообще, мне кажется, даже исследователи телевидения недооценивают роль Малкина именно как педагога. Он учил по-настоящему, учил так и такому, что его уроки остаются с нами, его учениками, и по сейчас, хотя с тех пор, как мы начинали, в самом конце прошлого века, телевидение сильно поменялось.

Телевидение, которое делал Малкин, не производило политико-экономических новостей, а во всем остальном главным должен был быть человек. Любая проблема раскрывалась через личность. Любое интервью только тогда принималось, когда главным был собеседник, а не интервьюер.

На прошедший неделе Малкин сам блестяще на практике доказал, как это делается. Канал "Культура" показал интервью, которое Анатолий Григорьевич взял у одного из самых наших талантливых, знаменитых и скандальных режиссеров. Малкин не наезжал, не задавал нынче столь модные вопросы про жену и зарплату. Однако он поговорил так, что про этого режиссера стало если не все, то очень многое понятно. И про талант. И про высокомерие. И про любовь к себе.

Когда на человека нападают - устраивают с ним словесную дуэль, - человек естественным образом закрывается. И мы уже оцениваем не беседу, а как будто бы драку: кто кого побил. Когда собеседник чувствует, что им, действительно, интересуются - он раскрывается, предоставляя возможность зрителю судить о себе.

У меня есть большие сомнения по поводу того, что Малкин прямо так любит всех людей. Но я абсолютно уверен, что ему все люди интересны. И когда он работает в кадре как интервьюер, он удовлетворяет этот свой интерес. Его задача не напасть, а раскрыть. Именно этому он учил нас.

Много... наверное, даже не лет, а десятилетий тому назад Анатолий Григорьевич сказал мне фразу, которую я тоже запомнил навсегда: "Хотелось бы и на экране, и в жизни совсем не врать. Но, скорее всего, так не получится. Однако, все-таки, если можно не врать - лучше не врать". А проблема состояла в том, что я почему-то панически боялся беседовать с тогдашним Генеральным прокурором страны. И Малкин мне сказал: "А ты так и начни: я, мол, совершенно законопослушный гражданин. Отчего мне так страшно с вами разговаривать?" "А можно так начать?" Тогда-то он и сказал про вранье.

Я начал именно так. По-моему, беседа получилась хорошей и, главное, неожиданной: не привык большой руководитель к такому уровню разговора.

Малкин часто меня ругал, когда - справедливо, когда - чтоб я не расслаблялся. Похвала же была только одна: "Ты - хороший ведущий, потому что у тебя на лице все написано". Малкину важно, чтобы появляющийся на экране человек был человеком, а не функцией. Чтобы зритель испытывал к личности на экране человеческие чувства, чтобы ощущал ее близкой.

Взлет Малкина произошел, когда началась перестройка, то есть закончилась советская власть, производящая невероятно идеалогизированное, формальное телевидение, в котором, конечно, были и какие-то замечательные программы. Малкин боролся с этим формализмом и не допускал, чтобы он проявлялся у его учеников. Поэтому в "Авторском телевидении" так любили прямые эфиры: они невероятным, каким-то воистину волшебным образом раскрывают человека.

В те годы невозможно было говорить о Малкине и не сказать о Кире Прошутинской - его многолетней супруге и соруководителе компании. Это невероятно органичная пара, в которой муж был абсолютным мужчиной, а жена - абсолютной женщиной. АТВ, может быть, являлась единственной организацией в стране, где всячески поощрялась семейственность. Малкин и Прошутинская считали, что муж и жена - прекрасные партнеры, хорошо понимающие друг друга, и почему бы им не работать вместе на славу АТВ.

Эта уникальная телевизионная пара, как известно, распалась. Не мне оценивать, почему это случилось, и вообще, мне кажется, никто не имеет права рассуждать о чужой любви. Но я помню, что, когда стал активно работать на телевидении, я зримо увидел, что такое созидательная сила любви. И это тоже - урок, который никуда не девается.

С юбилеем, учитель! Как писал гений: "Что пройдет, то будет мило". Спасибо за уроки. Они со мной.