На «ЖКХ России — 2026» обсудили баланс между развитием и наследием города

Поприветствовала участников и поделилась своим опытом взаимодействия с историческим наследием руководитель Центра компетенций по вопросам формирования комфортной городской среды в Санкт-Петербурге Комитета по благоустройству Санкт-Петербурга Ольга Черданцева, которая выступила модератор дискуссии. «Наследие для меня — не просто работа, а часть жизни. Я 20 лет проработала в Русском музее главным хранителем садов: участвовала в восстановлении Летнего сада, Михайловского сада и сада Михайловского замка. Последние 5 лет я занимаюсь развитием комфортной городской среды в Комитете по благоустройству. Сегодня для меня особенно важно находить баланс между сохранением исторического наследия и развитием новых городских пространств. Это сложная, но очень интересная работа», — открыла мероприятие Ольга Черданцева.

Соблюдению баланса интересов стейкхолдеров — горожан, бизнеса и власти — как фактора устойчивого развития жилой среды посвятил свой доклад ассистент кафедры государственного и муниципального управления, эксперт Центра устойчивого развития территорий Высшей школы менеджмента (ВШМ) СПбГУ, к.э.н. Егор Старшов. По мнению эксперта, устойчивое развитие невозможно без сильных социальных связей и доверия между людьми. «По данным Всемирного исследования ценностей, в России уровень общественного доверия — всего 23%. Это заметно ниже, чем в Финляндии, Швеции или Китае, и тенденция продолжает ухудшаться», — констатировал Егор Старшов. Эксперт оговорился, что российские исследования хоть и дают более позитивные оценки, в целом говорят о тенденции к дефициту доверия.

«Низкий уровень доверия напрямую влияет и на городскую среду: люди строят заборы, ставят охрану и решетки, тратя ресурсы не на развитие, а на изоляцию друг от друга», — пояснил спикер.

Эксперт считает, что современная жилая среда часто превращается в транзитную зону между парковкой и квартирой, где почти нет условий для общения соседей. Пример Санкт-Петербурга: между домами всего 32 метра, но, чтобы попасть из одного дома в другой, человеку приходится тратить около 6 минут из-за барьеров и неудобной планировки. Комфортная среда, по словам выступающего, должна создавать «третьи места» — дворы, кафе, общественные пространства, где люди могут знакомиться и взаимодействовать независимо от статуса и дохода. Лучшие практики: двор без машин, места для отдыха, патио, колясочные, комфортные входные группы по типу отелей, соседские центры и т.д. Все это способствует социализации. Такое сообщество самоорганизуется.

Егор Старшов убежден, что качественная социализация выгодна всем: жителям — потому что растет комфорт и ценность жилья, бизнесу — потому что появляется «вайб» места и дорожает квадратный метр, власти — потому что снижаются расходы на безопасность и ремонт. «Безопасность — это не про камеры и заборы, это про людей, которые сами смотрят за средой», — завершил доклад Егор Старшов.

На вопрос Ольги Черданцевой о том, какие локации предпочитают сегодня молодые люди, спикер однозначно назвал исторический центр, где больше возможностей для социализации. Правда, сдерживающий фактор — высокая цена исторического «квадрата».

О том, как меняются жилищные запросы миллениалов и поколения Z — зумеров, которые только начинают зарабатывать, инвестировать и задумываться о покупке жилья, рассказала аналитик по продукту федерального застройщика GloraX, исследователь Центра устойчивого развития территорий ВШМ СПбГУ Мария Абраменко. Спикер объясняет различия поколений через теорию поколений Штрауса — Хау: миллениалы — «герои», выросшие на фоне распада старых систем, ориентированные на стабильность и самостоятельность; зумеры — «художники», которые с детства живут в цифровой среде и сильнее ощущают последствия мировых кризисов. Это поколение меньше привязано к собственности и легче относится к совместному проживанию, поэтому им близка идея коливингов и соседских сообществ.

«Зумерам важно ощущать, что они не одни, что вокруг них есть сообщество. Поэтому для них становятся важны не только сами квартиры, но и общие пространства, коворкинги, соседские центры и возможность постоянно взаимодействовать с людьми. Главные запросы молодого поколения к жилью — цифровизация, безопасность, гибкость пространства и социализация. Для зумеров уже стали базой телеметрия, видеонаблюдение и видеодомофоны», — перечислила Мария Абраменко. Эксперт отметила, что после пандемии вырос спрос на коворкинги внутри дома, тихие зоны для уединения и возможность работать рядом с домом без долгих поездок. При этом молодым людям важно чувствовать себя частью сообщества: они хотят чаще общаться с соседями, приглашать друзей, пользоваться общими пространствами, спортивными площадками и соседскими центрами.

Тем не менее эксперт обозначила и вызовы жилой среды: старый жилой фонд морально устаревает, жилье становится менее доступным, а требования покупателей растут.

Спикер отмечает, что в России обеспеченность жильем остается низкой по сравнению с другими странами, но строительная отрасль дает около 10% ВВП, поэтому государство активно поддерживает девелоперов. При этом меняется сама структура общества: люди позже вступают в брак, чаще живут одни и не всегда рассматривают жилье как пространство для семьи. Из-за этого растет спрос на малогабаритные квартиры и апартаменты.

Вызовы в сфере энергообеспечения озвучил главный специалист службы оперативного планирования режимов АО «Системный оператор Единой энергетической системы» — ОДУ Северо-Запада Алексей Шиликовский. Эксперт выступил с докладом об энергодефиците в городах, который, по его словам, связан не столько с нехваткой электроэнергии, сколько с невозможностью доставить ее потребителям. «Совокупная генерация электростанций в России примерно на 60% превышает среднее потребление, однако энергия распределена неравномерно: крупные электростанции сосредоточены в отдельных узлах, а сети часто не справляются с передачей мощности туда, где она особенно нужна», — объяснил Алексей Шиликовский. Причины — износ оборудования на старых электростанциях, ограничения сетевой инфраструктуры и стремительная урбанизация. В качестве примера спикер приводит ситуацию, когда энергоизбыточная Сибирь не может полноценно снабжать дефицитный юг страны из-за ограничений в сетях и сечений (контрольных точек с лимитами пропускной способности).

Особое внимание выступающий уделил росту мегаполисов, таких как Москва и Петербург. «В Москве уже фиксируются отказы в подключении новых дата-центров и объектов в районах вроде Коммунарки и Щербинки. При этом один дата-центр потребляет энергии примерно как небольшой жилой район. В Петербурге проблемы видны в старых районах с устаревшей инфраструктурой, а в Мурино ситуация стала почти показательной: за 20 лет население там выросло взрывными темпами (построено около 200 многоквартирных домов и 5–6 млн м2 жилья), но район по-прежнему зависит от подстанции 1950-х годов. Из-за перегрузок кабельных линий диспетчерам иногда приходится временно отключать электроэнергию в пиковые часы — утром и вечером», — рассуждает эксперт.

Главная проблема, по мнению Алексея Шиликовского, в том, что жилье строится за 1–2 года, а развитие энергетической инфраструктуры планируется на горизонте 5–10 лет. «Энергетика вынуждена подстраиваться под существующую инфраструктуру и не может работать на опережение», — констатирует эксперт. В качестве решений Алексей Шиликовский предлагает одновременно развивать сети, внедрять умные системы управления нагрузками, строить малую локальную генерацию, например небольшие ТЭЦ в перегруженных районах, а также менять сам подход к планированию.

Как расселение аварийного жилья влияет на инфраструктуру региона, на примере Ленинградской области участникам мероприятия представил руководитель службы заказчика АО «ЛенОблАИЖК» Дмитрий Панов. «Расселение — не просто социальная задача, а масштабная перестройка всей инфраструктуры региона, которая меняет качество жизни людей. Это комплексный проект развития территории, который превращает депрессивные территории в современные и удобные для жизни пространства», — так начал выступление спикер. Дмитрий Панов подчеркнул, что расселение аварийного жилья становится инструментом комплексного развития территорий: вместе с новыми домами появляются дороги, инженерные сети, бизнес, рабочие места и современная городская среда.

По словам представителя АО «ЛенОблАИЖК», новые дома невозможно строить без полной модернизации инженерных сетей: во многих населенных пунктах коммуникации либо отсутствуют вовсе, либо не рассчитаны на современную нагрузку.

«С 2019 по 2025 годы в регионе по президентской программе построили более 35 жилых домов и несколько социальных объектов. Работы велись в 19 населенных пунктах, среди которых Шлиссельбург, Луга, Ивангород, Тихвин, Рощино, Подпорожье, Большая Пустомержа, Винницы и Янега. Практически везде приходилось заново строить или полностью обновлять сети водоснабжения, канализации, теплоснабжения и электроснабжения», — перечислил вызовы Дмитрий Панов. По словам выступающего, особенно острой оказалась проблема водоснабжения.

Так, в Рощино и Луге пришлось бурить артезианские скважины, потому что существующие системы не позволяли подключать новые дома. «В итоге появились две лицензированные скважины производительностью около 780 кубометров воды в сутки. Они обеспечили водой не только новые жилые комплексы, но и сами поселения с окрестностями», — сообщил Дмитрий Панов. Кроме того, во многих районах Ленобласти ливневая канализация фактически отсутствует, поэтому ее приходится создавать с нуля на каждом объекте.

Для новых кварталов строили и отдельные котельные. Например, в Луге и Рощино появились котельные мощностью около 3 МВт, рассчитанные не только на имеющиеся дома, но и на будущее развитие районов. В удаленных поселениях, например в Винницах и Янеге (у границы с Карелией), застройщику пришлось самостоятельно прокладывать линии электроснабжения и строить подстанции, потому что местные ресурсы были ограничены.

Заместитель председателя Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Санкт-Петербурга (КГИОП) Юлия Богачева поделилась с участниками дискуссии тем, как менять историческую среду города через сохранение. Историческое наследие Петербурга, уверена спикер, не тормоз для развития города, а его главный ресурс, который помогает ему находить собственную идентичность, привлекать инвестиции и создавать качественную городскую среду.

«Петербург уникален тем, что представляет собой практически целостный исторический организм: в городе более 9 тыс. объектов культурного наследия, они занимают свыше 9 тыс. га, а еще более 33 тыс. га находятся под охранными зонами. Весь исторический центр входит в объект Всемирного наследия ЮНЕСКО — редкий случай не только для России, но и для мира, потому что под защитой находится целая городская агломерация, а не отдельные здания», — напомнила Юлия Богачева.

Выступающая отметила, что вокруг исторических зданий долго существовали мифы: работать с ними слишком долго, дорого и рискованно. Но государство постепенно меняет правила игры. Например, сроки согласования проектной документации сократили с 45 до 20 рабочих дней, а археологические экспертизы теперь рассматривают за 15 дней. В Петербурге почти для всех памятников определены границы охраны, у 95% объектов есть утвержденный предмет охраны, а для 70% — охранные обязательства, что делает работу инвесторов и собственников более понятной и предсказуемой.

Юлия Богачева подчеркивает, что сохранение наследия может быть и экономически выгодным. Например, в городе действует программа «Рубль за метр»: инвестор восстанавливает объект за 7 лет, после чего получает аренду по символической ставке — 1 рубль за квадратный метр в год на 49 лет. «Уже вовлечено 15 объектов, два проекта завершены. Кроме того, действует федеральная программа восстановления памятников до 2045 года с финансированием 51 млрд рублей и льготными кредитами под 7–9%», — перечислила спикер. Среди примеров того, как историческая среда становится частью современного развития города, эксперт назвала «Остров фортов» в Кронштадте, а также проекты редевелопмента, например бывшей тюрьмы Кресты, где исторические здания намерены превратить в общественные пространства, жилье и офисы. По мнению представителя КГИОП, даже старые промышленные корпуса, кладбища или инженерные объекты могут стать основой для нового городского развития, если внимательно изучать их историю и адаптировать к современным нуждам. «Мы предлагаем не бояться этих мифов, а самим создавать свои истории», — на такой позитивной ноте завершила дискуссию Юлия Богачева.