В петербургский музей ветеранов СВО "Стая" выстраивается очередь из школьников

В парадном центре Северной столицы, в месте, известном как злачный квартал из-за множества баров и ночной жизни, уже два года существует заведение совершенно иного толка. Оно называется "Музей СВО", но для своих - просто "Стая". Корреспондент "РГ" встретился с основателем и бессменным руководителем этого пространства, ветераном боевых действий с позывным Акела.

Крепость среди вакханалии

Музей расположен в бывшем клубном помещении на углу Думской и Ломоносова. "Если подождать здесь до часу ночи, особенно перед выходными, становится сразу же понятно, почему музей должен быть именно здесь, - начинает разговор Акела, указывая на окна, сквозь которые доносится приглушенная музыка. - Вокруг нас вакханалия. Играют треки запрещенных персонажей, кругом разбросанные бутылки, драки... А в центре всего этого стоит наша "крепость". Форпост патриотизма и здравого смысла".

Это не просто красивая метафора. По задумке создателей, возвращать городу его исторический центр нужно именно через такие точки притяжения, где вместо дезориентации и хаоса человек получает четкую систему координат.

Музей здесь возник не по приказу сверху. Его основали ветераны боевых действий и волонтеры. "Не было никакого распоряжения, никто нам не выделил ни помещения, ни средств, - подчеркивает Акела. - Это инициатива народа. Поэтому музей обречен быть живым, постоянно меняющимся, развивающимся".

От полигона до экспозиции

Сам музей - это лишь верхушка айсберга с полным названием "Автономная некоммерческая организация военно-патриотического воспитания граждан "Стая"". История началась задолго до 2022 года с центра специальной подготовки. Когда осенью 2022 года была объявлена частичная мобилизация, именно сюда стали приходить люди, чтобы получить базовые военные навыки: от тактической медицины до управления дронами.

"Для нас было принципиально сделать так, чтобы наши парни уезжали на фронт, имея хоть какое-то представление о том, что их там ждет", - объясняет руководитель.

Из тех, кто проходил подготовку, сформировался костяк волонтерского крыла. Сейчас у "Стаи" по городу разбросаны 15 точек плетения маскировочных сетей. Причем подход здесь системный: каждую новую схему плетения проверяют на полигонах, используя приборы ночного видения и дроны. "Если есть пятна или узоры, сеть идет на доработку. Мы не отправляем на фронт то, что не прошло тест", - подчеркивает Акела.

"Точка У" и "лягушонок", которого нельзя гладить

Среди музейных экспонатов нет случайных вещей. Основу коллекции составляют трофеи и макеты, которые одновременно служат пособиями для подготовки добровольцев. Многие экспонаты "ездят" на полигоны, возвращаясь обратно с характерным налетом песка или земли.

Есть и те, что производят неизгладимое впечатление. Например, часть советской тактической ракеты "Точка У".

"Это разгонный блок ракеты, которая была запущена ВСУ по мирному Белгороду. Мы привезли ее сюда, чтобы люди могли ее потрогать, увидеть масштаб, - рассказывает Акела, указывая на махину. - У нее 450 килограммов нагрузки. И часто она кассетная. Многие помнят трагедию на вокзале в Краматорске, когда мирных граждан, собиравшихся эвакуироваться, накрыло именно такой "Точкой У". Для всего мира тогда виновными попытались выставить Россию. И это несмотря на доказанный факт - серийный номер подтвердил принадлежность ракеты ВСУ. Это пример того, почему музей должен работать сейчас, не откладывая на потом".

Особое место в экспозиции занимают так называемые лепестки - противопехотные мины, которые дети часто принимают за лягушат. "Мы берем их в руки и объясняем: это страшная штука, она сделана из пластика, металлоискателем ее не найти. И рядом лежат современные украинские мины "Пряник", напечатанные на 3D-принтере. Или же "Валя" - ползучий дрон на базе корпуса от системного блока и колес от гироскутера. Это очень просто, но смертельно опасно", - говорит экскурсовод.

Сейчас в планах - создание стенда с макетами заминированных бытовых предметов: кошельками, телефонами, книгами. Чтобы дети понимали: война меняет правила, и опасным может быть все, что привлекает внимание.

Мост между поколениями

Акела уверен: просто заставлять детей любить Родину бессмысленно, а иногда и вредно: "Если мы делаем акцент на слове "заставлять", то получаем обратный эффект". Поэтому в музее придумали формат "Связь поколений", который стал визитной карточкой места.

В День Победы или День снятия блокады сюда приглашают ветеранов Великой Отечественной войны, блокадников и школьников. Сначала для всех проводят экскурсию по современной экспозиции, а затем сажают за круглый стол.

"Дети и блокадники друг друга часто уже не слышат, им сложно найти точки соприкосновения. А через нас, через поколение СВО, этот мост находится, - делится наблюдениями Акела. - Про 125 граммов хлеба знают все, это уже заезжено. Но когда ребенок слышит из уст того, кто эти граммы чувствовал на вкус, описание того, из чего пекли этот хлеб, - это попадает в раскрытые души. После таких встреч дети обнимают ветеранов, обмениваются контактами, предлагают помощь. Это слезоточивое зрелище, но это настоящая связь поколений".

Проблемы и перспективы

Несмотря на огромную работу и узнаваемость (в городе 800 образовательных учреждений, и большинство из них знают про музей), статус организации остается народным. Аренду в центре Петербурга, и немалую, основатели оплачивают в основном из личных средств.

"Это неправильная история, - признает Акела. - Если люди, ведущие такие масштабные общественно-полезные проекты, постоянно "зануляют" возможности своих семей, проект обречен. Нам нужна поддержка бизнеса и государства".

Взаимодействие с властями идет, но специфичное. Есть успешные примеры: комитет по труду и занятости помогает трудоустраивать несовершеннолетних (прошлым летом в музее официально работали 30 подростков), комитет по развитию туризма включил музей в патриотический маршрут. Но есть и другая сторона.

"К нам приходят чиновники и депутаты. Но чтобы только пожать руку и сделать фото. Им нужна картинка, а нам - реальная поддержка. Недавно мы оказались на грани закрытия из-за недостатка средств. Был выбор: либо отправлять машину со всем необходимым на фронт, либо заплатить за аренду помещения на Думской. Мы отправили машину с помощью и, если б не наши подписчики, не смогли бы заплатить аренду. К сожалению, чиновникам зачастую проще открыть музей за бюджетные деньги с нуля, чем поддержать уже существующий народный проект", - сетует руководитель музея.

Шестеро детей и служба в спецназе

Завершая разговор, Акела, человек, прошедший несколько командировок на фронт (начиная с 2014 года), отказывается говорить о своих личных наградах и заслугах, только по отдельным деталям из его историй можно понять, что служил он в спецподразделении.

"Я все детство доставал деда, ветерана Великой Отечественной, расспросами о войне, просил надеть китель с орденами, - вспоминает он. - Для меня его пример важен: он никогда не кичился наградами, он просто сделал свое дело".

Личная мотивация Акелы проста и сложна одновременно. "У меня шестеро детей. Я обожаю их. Не имеет значения ни земля родная, ни Родина в широком смысле, если семью свою не любишь. В жизни должно быть то, за что ты готов умирать. Идти до конца. Сила - в любви, ради которой ты готов пойти даже в ад", - говорит ветеран.

Музей на Думской продолжает работать. Здесь готовят инструкторов, плетут сети, учат управлять дронами и рассказывают правду. "Стая" делает свое дело - сохраняет память и готовит защитников. И, судя по очереди из школьников на экскурсии, этот подход весьма эффективен.