Печальные рифмы времени

Сергей Александрович, первый вопрос редакции журнала "Дружба народов" в нашем интервью посвящен очень печальному информационному поводу. В конце 2025 года стало известно, что последний номер вашего журнала выйдет в электронном виде в июле 2026 года. Как же получилось, что в Год единства народов России прекращает существование литературно-художественный журнал, посвященный как раз единству, диалогу, взаимопроникновению культур разных народов? Или это продолжение темы "перевода" журнала в подведомственность СП России? В год КУЛЬТУРЫ РФ мы потеряли значительную часть подписки. В год ЛИТЕРАТУРЫ эту тенденцию усугубили. Так почему бы в год ЕДИНЕНИЯ не закрыться? Небольшая поправка. Если не случится чуда, последним бумажным номером "Дружбы народов" действительно станет июльский. Ровно до этого времени мы прикрыты грантом МФГС. В 1939 году в страшных муках тщанием редактора Гослитиздата Аркадия Деева был издан первый том альманаха "Дружба народов". Спустя восемьдесят семь лет в страшных муках… Уловили первую рифму? Обложка альманаха "Дружба народов", № 1/1939 Уж столько десятилетий литературная общественность обсуждала "смерть литературных журналов", а они всё никак не загибались и чувствовали себя вполне ничего… что теперь, когда действительно кричат "Волки!", никто уже и не верит. Совсем не случайно в прошлом году вышел монументальный труд Сергея Ивановича Чупринина "Журнальный век: Русская литературная периодика. 1917-2025 (НЛО)". Вот и зафиксирован конец журнальной эпохи. Ведь ситуация с "ДН" не уникальна – и другие солидные "толстяки" стоят на том же краю. Сменилась парадигма. Литературный журнал как инструмент "влияния на электорат" с его крохотными тиражами потерял значение для общества (читай – государства). Кропотливая редакторская работа с текстами интересна ничтожному количеству людей. Куда важнее сейчас блогеры, "разбирающиеся" во всём, призванные стать экспертами по всем вопросам, в том числе и в вопросах литературы. ЛОМы ("лидеры общественного мнения" – ред.) и действуют как ломы, взламывая общественное сознание социума, не обученного читать. Не то что серьёзные тексты, но и вообще читать. Начнём со школьной скамьи. Методика преподавания литературы заскорузла, не предполагает привития к дичку классической любви к чтению, отодвигает литературу на задний план, в сферу любительства, низводя до хобби, т.е. не воспроизводит читателя. А в "обновлённом" СПР лишь сетуют, что "журналов слишком много, а читателей исчезающе мало, на всех не хватает" . При ваших тиражах зачем вкладываться, какой смысл? Всё про деньги, и ни слова про литературу. Премия "Слово", декларирующая "поиск и поддержку новых имён в литературе" , в Положении о премии устанавливает ценз: п. 7.6. "…принимаются книги, изданные тиражом не менее 3 тыс. экземпляров". А в номинации "Документальная литература" – аж 5 тысяч. Это какой новый неизвестный писатель может позволить себе такой тираж? Разве что масслит. Да, теперешняя литературная ситуация очень рифмуется с концом 1920-х годов – разгромы и слияние, а на деле – неразбериха и провал. Но за подробностями – уже к историкам литературы. На вручении премии "ДН", АСПИР, Дом Ростовых, 2024 Иван Волосюк писал в издании "МК.ру" о прошедшем прошлым летом заочном круглом столе, посвященном судьбе "Дружбы народов", где участвовало более 80 писателей. Были ли со стороны редакции другие попытки предотвратить исчезновение журнала? Если дело в финансировании, пытались ли вступить в грантовые проекты? Последние лет двадцать все, без исключения, литературные журналы по большей части (реализация журнала через подписку положения не спасает) существуют за счёт грантовой поддержки государства. Не скажу, что достаточной, но позволявшей сводить концы с концами. Огромное за это спасибо. С годами этот ручеёк скудеет, а подписка падает. Так, в 2025 году грант Минцифры для "Дружбы народов" похудел по отношению к 2023 году на 40 процентов. При растущей инфляции на всё. Во втором номере "ДН" этого года Асель Искакова из Казахстана публикует свой роман "Спасибо, доктор! Дальше – сами". Ещё одна рифма. Основным подписчиком на журналы являются библиотеки, потому что обычному читателю очень дорого – с доставкой за тысячу рублей выходит один номер. Системные проблемы журналов начались с 2014 года, объявленного ГОДОМ КУЛЬТУРЫ В РФ. Министерство культуры тогда удачно оптимизировало библиотечную сеть, закрыв множество "нерентабельных" провинциальных библиотек как не отвечающих "модельным стандартам", принятым Минкультом. Согласно аудиту Счётной палаты, с 2012-го по 2015-й было закрыто около 2000 библиотек, и теперь, по данным библиотечного сообщества, ежегодно исчезает до 700 библиотек (сведения из открытых источников). Ну и, соответственно, Минкульт вернул в бюджет значительные средства, предназначенные на подписку периодики, — "за невостребованностью" . Тиражи журналов упали, библиотеки, лишённые денег, засыпали редакции письмами с мольбами о безвозмездной подписке. А на что? У нас, извините, у самих мышь повесилась. Теперь, через пятнадцать практически лет, уже пришло новое поколение библиотекарей, не подозревающих о существовании литературных журналов, не понимающих, для чего они нужны. Да и денег всё равно нет. На вручении премии "ДН", АСПИР, Дом Ростовых, 2024 Давайте напомним нашим читателям, среди которых много молодежи, многолетнюю историю "Дружбы народов" — или расскажем, где можно найти материалы указанного круглого стола. Историю создания журнала можно прочесть на нашем сайте дружбанародов.com и в книге Вячеслава Огрызко "Открыть душу каждого народа. Создание и развитие журнала "Дружба народов" (М.: Лит. Россия, 2020). А материалы круглого стола вывешены в "Читальном зале" Евгения Степанова по ссылке . Жаль, летаргия подкосила уникальный проект – "Журнальный зал", а всевозможные подражатели совершенно не вытягивают. Какие авторы считались ранее и считаются сегодня гордостью журнала? Выдерживалась ли на протяжении десятилетий концепция "дружбы народов", то есть продвижения к читателю авторов народностей России? Какое направление работы сегодня приоритетно? Не вдаваясь в историю (но как без неё?), после разгрома "Нового мира" в начале 1970-х авторы его перекочевали в "Дружбу народов". Список тех, кем гордится журнал, огромен: Чингиз Айтматов, Василь Быков, Даниил Гранин, Юрий Трифонов, Анатолий Рыбаков, Расул Гамзатов, Грант Матевосян, Нодар Думбадзе, Евгений Евтушенко, Булат Окуджава, Рустам Ибрагимбеков, Кайсын Кулиев , Юрий Рытхэу, Мустай Карим, Яан Кросс, Чабуа Амирэджиби, Абдижамил Нурпеисов, Валентин Курбатов , Олжас Сулейменов, Анар… Можно я остановлюсь? Литературная олимпиада в Казани, июнь 2013 Из нынешних постоянных авторов журнала – Леонид Юзефович , Сухбат Афлатуни, Роман Сенчин , Захар Прилепин , Сергей Самсонов, Андрей Волос, Владимир Лим, – всех не перечислить. Простите, если кого забыл. Из совсем молодых – Анна Лужбина, Анна Маркина и Анна Шипилова. Сергей Шаргунов вручает премию "ДН" Анне Маркиной. АСПИР, Дом Ростовых, 2024 А что касается концепции… "Дружба народов", пожалуй, единственный из советских журналов, что никогда "не колебался вместе с линией партии" – не подстраивался под времена. "ДН" всегда придерживается заложенной в названии концепции: представляет единение многонациональной литературы страны. Собирание литературных сил – это вот прямо наше. Можно вспомнить "Переделкинские встречи" начала двухтысячных ( "берите суверенитета сколько хотите" ), когда писатели разбежались на свободу – по своим национальным закуткам. "Дружба народов" собирала писателей и из независимых государств — бывших союзных республик, и из российских автономий, которые в Переделкине обсуждали и достижения, и проблемы современной прозы, и состояние переводческого дела, и способы выживания литературных журналов. В рамках Международного проекта "Минская инициатива", созданного в 2015 году при участии МИДа и Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ, при "Дружбе народов" активно работала студия поэтического перевода "Шкереберть", печатали украинских и белорусских поэтов. "Переделкинские встречи". 1997. География участников: Баку, Кишинёв, Киев, Минск, Казань, Нижний Новгород, Нальчик, Таллин, Ижевск, Москва, Балашов, Душанбе, Алма-Ата, Петрозаводск, Ташкент... На страницах "Дружбы народов" мы по-прежнему вместе. За последние полтора десятка лет выпущены спецномера, посвященные литературам Поволжья, Якутии, Северного Кавказа, Армении, Азербайджана, Грузии, Казахстана и др. С кончиной переводческой школы переводных текстов стало гораздо меньше, но они есть, и ежегодная премия "ДН" за перевод вот уже который год присуждается и вручается "Домом национальных литератур" при Литинституте. После распада СССР на передний план вышла работа по продвижению русского языка и поддержке русскоязычных писателей ближнего и дальнего зарубежья. Журнал связывает духовное пространство Русского мира и остаётся журналом современной русской литературы. Сергей Надеев демонстрирует редакционный портфель. Есть ли сейчас какая-то возможность остановить или даже обратить вспять процесс "гибели" журнала – с помощью общественности, СМИ? Или остается надеяться только на чудо? В 2012 году, когда редакцию выселяли из помещения в Доме Ростовых, позиция литературной общественности, бурная поддержка газет и телевиденья дали результат – редакции широким жестом предложил безвозмездно поселиться под крышей фонда "Русский мир" Вячеслав Алексеевич Никонов. Предложение это прозвучало с экрана телевизора и нас ошеломило, – вот какие были тогда возможны широкие политические жесты. Сейчас ситуация кардинально поменялась. И в отношении к литературе, и в отношении к писателям. Из некоторых высоких кабинетов до нас доносится: "Не шумите". Встреча членов редколлегии со школьниками Арзамаса, март 2017 Когда-то существовал литературно-художественный журнал "Глагол", к которому вы имели самое непосредственное отношение. Он был преобразован в одноименное издательство, которое впервые выпустило роман Лимонова "Это я – Эдичка" и многие другие книги, как авангардные, так и из серии классической литературы. Сейчас есть подобная возможность преобразовать журнал в издательство – или затеять новый издательский проект? Грубо говоря, что редакция намерена делать после закрытия журнала? Ключевое слово здесь "когда-то". "Глагол" никогда не был журналом. Он им прикидывался в силу обстоятельств. До апреля девяносто первого года частные издательства ещё не были разрешены, а вот литературные журналы – пожалуйста. Вот и пришлось изворачиваться. Главной задачей нашей на тот момент было – разбогатеть и на гонорары купить Эдуарду Лимонову "домик в деревне". Не получилось с гиперинфляцией и крахом нескольких банков, где потеряли всё заработанное. Журналы, в отличие от издательств, предприятия некоммерческие и могут себе позволить печатать тексты, заведомо не собирающие кассу. Журналы сохраняют литературу, её преемственность. И тут выделите жирным: Журналы – это воздух литературы. Книжная ярмарка на Красной площади, июнь 2017 И так будет ровно до тех пор, пока ещё есть в редакциях старые кадры редакторов, опыт которых, просуществуй журналы в нормальном режиме финансирования, не позволил бы утратить вековую традицию преемственности. Уверен, что, если журналы выживут или – "воссоздадутся" со временем, они станут совсем другими. В погоне за тиражами будут потрафлять невзыскательному читателю, заполнятся модными текстами, написанными с помощью ИИ. Вот и первая ласточка прилетела – одна существенная литературная премия присудила 300 тысяч за текст, написанный с использованием ИИ. Приоткрылась форточка Овертона. Хотя, вряд ли. Ведь до сих пор на волне частного наивного энтузиазма возникают и пропадают новые литературные журналы. А старые "толстяки" держатся за счёт своей вековой или около того репутации. На вручении премии "ДН", Нижний Новгород, 2019 Сергей Александрович, "Рувики" говорит, что в ближайшем марте вам исполнится 70 лет. Давайте поговорим не только о грустном, но и о вас, вашем творчестве и предстоящем юбилее. Например, есть ли на него какие-то писательские или публичные планы? Что такое юбилей? Это всего лишь цифра. Никаких грандиозных общественно-литературных планов. Разве что обратите внимание на мартовский номер журнала "Дружба народов". Редакционная коллегия "ДН", декабрь 2023 Вы по образованию химик-технолог, по первой профессии инженер. Как удалось вам перейти из стана "физиков" в стан "лириков", что послужило толчком, поводом? Легко ли это было? Вопрос банальный, но ответы на него у каждого "физика-лирика" индивидуальные. Так сложилось. Стихи я писал с детства, самодельные книжки печатал на машинке и переплетал. Как Виктор Шкловский, который сам писал, сам печатал и сам отвозил на салазках продавать в Лавку писателя. (А тут я случайно обнаружил, что на сайте Аукционного дома "Антиквариум" моя самопальная книжка "Счастливый домик" – 1983 год, Волгоград, в коленкоре, с фото автора – продана в 2016 году аж за 15 тысяч рублей!) Судьба свела меня с Александром Пчелинцевым, Светланой Кековой, Николаем Кононовым, а уж после в московскую литературную среду вводили Ирина Бенционовна Роднянская , Юрий Леонардович Болдырев, Татьяна Михайловна Глушкова, Надежда Васильевна Кондакова. Рекомендацию в СП СССР написала Татьяна Бек. Всё как у всех – за руку привели. Главное – к хорошим учителям попасть. Сергей Надеев с проректором Литинститута Дмитренко С.Ф., апр. 2022 Возможно, именно опыт вашей работы в промышленности способствовал тому, что большую часть своей литературной жизни вы занимались издательской деятельностью? Да нет, опыт промышленности здесь ни при чём. После того, как меня уволили с Лианозовского электромеханического завода, я случайно попал в издательство "Прометей" при МГПИ им. В.И.Ленина – только что возникшее на волне перестройки первое в РСФСР негосударственное издательство. В производственный отдел. Параллельно занимался редактированием поэтических сборников, выходивших у нас за счёт средств авторов. Имел отношение к первой книжке Куртуазных маньеристов, кстати. Успел подготовить и издать в 2000 году совместно с Российской энциклопедией биографический словарь "Русские писатели 20-го века" (Гл.ред. и сост. П.А. Николаев). Ну и – всё по накатанной: перестройка – свобода предпринимательства – издательский и книготорговый бизнес – крах. Сергей Надеев, 2026 год Очень хочется спросить, как в одном человеке удается совмещать поэта и издателя? Не мешает ли поэтическая сторона профессиональной деятельности? Не бывает ли соблазна издательские проекты посвящать в первую очередь себе, и, если возникает, как с ним бороться? Не совмещает, но убивает. Серьёзная издательская деятельность – это завод непрерывного цикла. Перестаёшь слышать в себе звуки. А так – да, используется служебное положение. Не в первую голову, конечно, – чтобы не в ущерб. "Редкие письма", написанные нами с Александром Пчелинцевым – с подачи Сергея Ивановича Чупринина, кстати, – изданы в "Прометее", "В библиотеке снов" – в издательстве Библиотека "ЕДИНАЯ КНИГА", где был директором. Да и в "Дружбе", печатался бы, если бы был уверен, что мои тексты украсят журнал, да если бы они у меня были. Но во всём нужна мера. Пишется ли (или уже написана) ваша следующая книга? Какой она будет? Нет, давно уже нет. Поэзия – удел молодых заявляю я. Хотя Александр Шишкин со мной не согласился и издал в 2011 году том под названием "Поэзия – дело седых" (по строке из Варлама Шаламова). Меня он туда не взял – рано, говорит, тебе ещё. И правда. Он собрал стихи русских поэтов XVIII–XXI веков, которые дожили до преклонных лет, и чей талант оказался выверен временем и возрастом. Ну и куда мне среди них? Какая для вас самая важная рифма с сегодняшним временем? Пожалуй, Пушкинский "Современник". Он тоже был не беспроблемным, прошёл через падения и взлёты. Первый выпуск – 2400 экземпляров, четвёртый – 900. Эти четыре выпуска готовил сам Александр Сергеевич (кстати, до 40 процентов журнальных площадей занимали произведения Пушкина), дальше – череда, если не сказать чехарда, редакторов, и через десять лет у "Современника" осталось порядка 230 подписчиков. А вот Николай Некрасов поднял тираж "Современника" до семи тысяч, и если бы не высочайшее распоряжение Александра II о закрытии журнала в 1866 году… Всего "Современник" существовал тридцать лет. Грех жаловаться нам, нынешним "толстякам". На вручении премии "ДН", апрель 2022 г. Сергей Александрович, спасибо за интервью, и давайте все-таки верить в чудо, которое спасет ваш и все прочие журналы, воздух литературы!