Потери населения Новгородской области в годы ВОВ составили более 300 тыс. человек

ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД, 31 марта. /ТАСС/. Потери среди населения Новгородской области в годы Великой Отечественной войны составили более 300 тыс. человек. Такие данные заключения руководителя Национального центра исторической памяти при президенте Российской Федерации Елены Малышевой представила областная прокуратура на судебном процессе о признании вновь выявленных преступлений, совершенных нацистами и их пособниками на территории области в годы Великой Отечественной войны, геноцидом советского народа.

Российские суды в двух десятках регионах РФ по прокурорским искам уже признали фактами геноцида советского народа преступления нацистов и их пособников против мирного населения и военнопленных, совершенные в годы Великой Отечественной войны, готовятся аналогичные иски еще примерно в 10 регионах. Заявление в Новгородский областной суд было направлено областным прокурором Сергеем Швецовым. По данным прокуратуры, во время Великой Отечественной войны на этих территориях действовали сформированные захватчиками карательные батальоны, которые массово уничтожали мирное население и военнопленных. Попавшие в плен бойцы Красной армии содержались в концлагерях в нечеловеческих условиях, подвергались истязаниям и пыткам.

"Общие потери населения Новгородской области в ее современных границах в период с июля 1941 года по февраль 1944 года <...> составили не менее 309 024 человек, угнанных в рабство на принудительные работы - не менее 169 767 человек, уничтожено военнопленных Красной Армии - не менее 186 760 человек", - говорится в заключении.

Как заявила Малышева, заключение исходит из глубокого научного исследования, в основе которого лежат демографические подсчеты. "Как исторические источники, акты местных районных комиссий, а также областных и чрезвычайно государственных комиссий (ЧГК) всесоюзного уровня, они имеют ряд особенностей. Поэтому при рассмотрении и объективном анализе, именно с профессиональной точки зрения, надо эти особенности учитывать. В противном случае мы не сможем тогда получить действительно полную картину и обозначить полный масштаб с конкретизацией потерь и насильственно уничтоженных, угнанных в рабство, именно приближаясь к той исторической правде, истинной задачей которой является каждая судебная заслуга", - сказала Малышева.

По ее словам, анализ актов ЧГК свидетельствует об отсутствии единой методики подсчета погибших мирных жителей. В одних актах, как например Мстинского района, приводятся данные не о численности угнанных в рабство людей, а о количестве угнанных семей. "Сложности связаны <...> с подходом, географическим подсчетом этого периода на местном уровне. Чаще всего критерием оценки являлась семья. И не случайно в ряде документов мы видим угнанные семьи без указания количества [членов семей]. Второй момент связан с тем, что те первичные акты, местные акты исходят тоже из определенного менталитета и сложившейся практики. Когда обозначается, предположим, что была застрелена крестьянка, городской житель, а вместе с ней ее пятеро детей <...>", - добавила Малышева.

В некоторых актах объединены данные об уничтоженных мирных гражданах вместе с военнопленными. Отсутствие указаний на число мирных граждан, уничтоженных в ходе эвакуации. Еще одним доказательством того, что данные в актах ЧГК неполные, являются вновь выявленные факты и обнаруженные новые места захоронения и массового уничтожения мирных жителей и военнопленных.