Баллистика России решает всё, а реактивные "Герани" добивают порты

Что за стон над Днепром раздается? Это Зеленский в специальном видео упрекает Европу и США, которые не дают Украине ракеты для Patriot, хотя, по его данным, имеют запас: «Антибаллистические ракеты должны защищать людей, а не лежать на складах».

Баллистика России решает всё, а реактивные "Герани" добивают порты
© Московский Комсомолец

Как же так, читается в словах Зеленского: никогда такого не было — и вот опять. Украинцев считают людьми второго сорта, которых не жалко. Пора уже организовывать новое движение Ukrainians lives matter («Жизни украинцев имеют значение»). Такое впечатление, что Зеленский еще не понял: украинцев не считают людьми второго сорта. Западные хозяева их вообще не считают за людей.

Сейчас Украина беззащитна перед российской баллистикой. Сбивать ее просто нечем. Сейчас российские ВКС совершают по 3–4 масштабные атаки в месяц, выпуская за один раз до 70–80 ракет и несколько сотен беспилотников. А значит, поражение любой цели на территории Нэзалежной зависит только от планов российского командования.

Зеленский просил у Трампа 300 противоракет РАС-3 и лицензию на их производство, но не получил ни того, ни другого. Ракет не хватает самим, а лицензия... Процитирую лучше The New York Times: Трамп отказался передавать Украине права на производство зенитных ракет Patriot из-за опасений, что это оружие может быть использовано против Америки. Издание в этой связи напоминает, что в 70-х годах США передавали оружие Ирану накануне падения власти шаха. И в первые дни недавней американо-иранской войны США уничтожили последние американские истребители, проданные Ирану ещё в 1979 году перед исламской революцией.

Американский Центр стратегических и международных исследований (CSIS) подтверждает: США использовали настолько много средств противовоздушной обороны в войне с Ираном, что запасы систем Patriot сейчас составляют менее 1000 единиц, а системы THAAD — около 250. До войны запасы составляли примерно 2330 систем Patriot и 360 систем THAAD, то есть более половины каждой из них было использовано. Кроме того, было выпущено более 1000 крылатых ракет Tomahawk и 1100 ракет JASSM, а также значительно сокращены запасы ракет SM-3, SM-6 и PrSM.

Сроки восстановления запасов очень длительные. Для возвращения запасов систем Tomahawk, THAAD и Patriot до уровня, существовавшего до войны, потребуется более трёх лет, причём крупные закупки систем Patriot, запланированные на финансовый год 2027, будут поставлены только в мае 2029 года.

Это создаёт многолетний период уязвимости в случае конфликта с Китаем в западной части Тихого океана. А следовательно, своя рубашка ближе к телу, и ракет не получат не только украинцы, но и арабы.

И Трампа трудно упрекнуть в непоследовательности. Ещё больше года назад он прямо говорил, глядя в глаза Зеленскому: как можно было начинать войну с Россией, не имея собственных систем ПВО и не производя к ним ракеты? На что вы надеялись?

Хотя черноморские порты Украины российская армия «закрыла» практически не используя баллистику. Их атаковали реактивные БПЛА «Герань-3», «Герань-4», «Герань-5» и новейшая «Бандероль». Так как их скорость выше 300 км/час, украинские дроны-перехватчики против них бессильны.

Но, как говорится, «дела индейцев шерифа не интересуют». И дело тут не только в ракетах. Например, в Брюсселе, выдав наконец Киеву первый транш давно обещанного кредита, запретили использовать его на выплаты военным — только на закупку западного оружия. Ведь деньги должны вернуться обратно к их хозяевам. А пока интернет продолжает пополняться роликами жёсткой мобилизации украинцев, которые не желают умирать не только за родину, но и за копейки.

Удивительно после всего этого читать слова главы Госдепа США Марко Рубио в интервью Fox News: «Реальность такова, что за последние несколько месяцев ситуация в этом конфликте несколько изменилась. Теперь Украина способна наносить дальнобойные удары вглубь российской территории, фактически перенося войну на территорию России. Мы готовы изучить, создала ли эта новая ситуация возможности для достижения какого-либо переговорного урегулирования».

«Реальность» — правда такова?