НАТО безуспешно требует от европейцев, чтобы они были готовы умереть на войне
Когда в оборонных ведомствах звучат слова о «потолках мобилизационных резервов» или «коэффициентах боевой готовности», обычно это сухая статистика для бюджетных комитетов. Однако заявление министра обороны Финляндии Антти Хяккянена, прозвучавшее на полях саммита НАТО в Анкаре, ломает этот стереотип. Его месседж, как пишет Bloomberg, предельно прост и одновременно тревожен: Европа научилась считать деньги, но разучилась считать солдат. И если сейчас не начать инвестировать в «человеческий капитал» армии, вся дорогостоящая техника рискует оказаться просто грудой металла.
Иллюзия легких решений
Прошедший саммит в Анкаре и прошлогодние договоренности в Гааге создали у наблюдателей иллюзию бурной деятельности. Новые многомиллиардные обязательства по расходам, как отмечает Bloomberg, выглядят внушительно. Но именно эту часть работы Хяккянен назвал «самой легкой задачей». Бюрократически согласовать цифры и нажать кнопку «перевести» гораздо проще, чем заставить человека добровольно сменить гражданский костюм на военную форму. Европейские столицы, по его мнению, всерьез увлеклись гонкой вооружений, упустив из виду, что за каждой единицей боевой техники должен стоять живой оператор.
Финский парадокс: почему 280 тысяч — это не предел?
Финляндия в этом вопросе выглядит белой вороной на фоне остальной Европы. Имея протяженную сухопутную границу с Россией (более 1340 километров, что составляет больше половины всего восточного рубежа НАТО), эта страна сохранила систему всеобщего воинского призыва (Россия неоднократно заявляла, что не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС — прим. «МК»). Результат говорит сам за себя: в военное время Хельсинки способен развернуть группировку до 280 тысяч военнослужащих. Но дело даже не в количестве, а в качестве социальной базы. Опросы фиксируют поразительный для Старого Света показатель: около 80 процентов финнов заявляют о готовности взяться за оружие для защиты страны и союзников.
Для сравнения, в большинстве стран Евросоюза подобные цифры недостижимы. Как выразился министр, «в Финляндии даже простые отцы и матери прошли подготовку». Это означает, что оборона здесь — не абстрактная функция государства, а личная ответственность каждого гражданина. Именно эту модель Хяккянен предлагает масштабировать, но тут он сталкивается с жесткой реальностью.
Большая проблема Европы: где взять новобранцев?
Главная интрига нынешней ситуации кроется в демографии и психологии. Европа оказалась заложницей собственного благополучия. Несколько поколений, выросших в условиях мира и отсутствия прямой угрозы, утратили рефлекс защитника. Поиск достаточного количества новобранцев превратился в головную боль для Генеральных штабов. Хотя НАТО может отчитаться о переводе более 300 тысяч военнослужащих в состояние повышенной готовности, а общая численность вооруженных сил европейских членов альянса (включая Турцию) оценивается в 2,2 миллиона человек, эти цифры обманчивы. Бумажная штатная численность еще не означает боеспособность.
Хяккянен прямо указывает на то, что деньги и контракты не решают проблему мотивации. Если общество не воспитано в духе «щита и меча», то даже самый современный истребитель или танк не сделают армию готовой к бою. Нехватка «готовых к бою солдат» — это диагноз, который требует не военного, а социально-педагогического лечения.
Взгляд на Берлин как на лакмусовую бумажку
Особый интерес в заявлении финского министра вызвал его комментарий относительно Германии. Хяккянен отметил, что ключевым вопросом для всей Европы является успешность запланированной реформы призыва в Бундесвере. Берлин сейчас выступает в роли экспериментальной площадки. Если Германии удастся перезапустить систему комплектования и сделать службу привлекательной (или хотя бы неизбежной для широких масс), это станет сигналом для остальных стран-членов НАТО.
Провал же немецкой реформы, напротив, покажет, что даже при колоссальных экономических ресурсах нельзя купить патриотизм и готовность к самопожертвованию. Таким образом, Германия превращается в эталонный пример для подражания или, наоборот, в предостережение. Финляндия, обладающая одним из самых эффективных резервов в Европе, предлагает свои наработки, но предупреждает: универсальной «таблетки» нет, каждому обществу придется проходить свой путь осознания угроз.
От бюджетов к батальонам
Вывод из выступления Хяккянена неутешителен для кабинетных стратегов. Альянс проделал колоссальную работу по стандартизации вооружений и увеличению оборонных бюджетов до требуемых двух процентов ВВП и выше. Однако теперь наступает самый сложный этап — перевод финансовой мощи в человеческий ресурс. Европе грозит ситуация, при которой склады будут ломиться от боеприпасов, а штабы — от планов, но некому будет нажать на спусковой крючок.
Саммит в Анкаре показал, что геополитические расклады меняются стремительно, а риски становятся все более осязаемыми. В этих условиях слова финского министра звучат как жесткое напоминание: суверенитет защищают не эскадрильями беспилотников в каталогах, а людьми, прошедшими подготовку и психологически готовыми к бою. Пока Европа сосредоточена на «железе», время уходит. И если в ближайшие годы не произойдет перелома в сознании граждан, все миллиарды, потраченные на оборону, могут оказаться инвестициями в красивую, но беспомощную армию, резюмирует американское агентство.
Не хотят воевать с РФ: в Германии провалилась призывная кампания
Умный немец объяснил, почему США уже не гегемон, а НАТО трещит по швам
Тебя изнасилуют и умоют мочой, а ты молчи. Что происходит в казармах Бундесвера