Битва за Одессу. Румынский гамбит

На юго-востоке Европы давно сложился своеобразный треугольник стран, в котором все находятся в конфликте со всеми, имея взаимные территориальные претензии. Пришли они, в основном, из истории ХХ в., в первую очередь – двух мировых войн.

Из трех конфликтующих стран две (Румыния и Венгрия) являются членами ЕС и НАТО, а третья (Украина) яростно рвется в обе эти структуры. Но остроту противоречий это отнюдь не снижает.

В частности, на ряд территорий, принадлежащих Киеву, претендует Бухарест. В первую очередь, речь идет о Северной Буковине (часть нынешней Черновицкой области Украины), которая входила в состав Румынии в 1918-40 и 1941-44 годах. Это же относится к Южной Бессарабии (юго-западная часть Одесской области). Кроме того, спорными считались остров Змеиный на северо-западе Черного моря и территории в дельте Дуная, где Румыния занимается искусственным изменением его русла в свою пользу.

Всё это (вместе с Молдавией) является виртуальными составными частями «Великой Румынии», идея воссоздания которой очень сильна. Её озвучивают, как правило, представители оппозиционных политических сил и СМИ, но сама по себе идея никуда не исчезает. Наоборот, националистические настроения в Румынии лишь усиливаются, поскольку членство в ЕС и НАТО не оправдало надежд многих граждан страны на резкий подъем уровня жизни.

Остров Змеиный (бывш. Фидониси) имеет площадь всего 20,5 га, поэтому ни для какой хозяйственной деятельности и жизни людей не подходит. Но остров находится на шельфе, где имеются значительные запасы нефти и газа. От статуса острова (это именно остров или всего лишь скала) и его принадлежности зависит разграничение шельфа. В 2009 г. Международный суд ООН в Гааге принял по данному поводу «соломоново решение». Он признал Змеиный островом, принадлежащим Украине, но объявил, что он не должен учитываться при разграничении шельфа. В итоге Румыния получила до 90% нефтегазовых месторождений на шельфе. Формально выиграв процесс, фактически Киев его проиграл.

Проблема Северной Буковины и Южной Бессарабии не решена даже и таким образом. В начале 90-х Бухарест отказался признать результаты референдума о независимости Украины на спорных территориях, а затем денонсировал советско-румынский договор о границе (под предлогом распада СССР). Как и Венгрия в Закарпатье, Румыния занялась раздачей своих паспортов жителям спорных регионов, проживавших там до 1940 г., а также их прямым потомкам. Всего на Украине проживает примерно 150 тыс. этнических румын и 260 тыс. молдаван, которых Бухарест также считает румынами.

В Черновицкой области этнические румыны составляют до 20% населения, в Одесской – примерно 5%, но получают румынские паспорта отнюдь не только они и молдаване. Сама по себе Румыния не слишком привлекательна как место жительства, но она – член ЕС, поэтому наличие ее гражданства позволяет свободно перемещаться по всей Европе.

До криминально-олигархического переворота в Киеве в феврале 2014 г. Румыния почти официально рассматривалась на Украине как главный потенциальный противник. После переворота произошло определенное сближение Киева и Бухареста на почве русофобии. Более того, стала обсуждаться возможность совместной молдавско-румынско-украинской военной операции по захвату Приднестровья. Тем не менее, все противоречия никуда не делись.

В Румынии многие политики и политические активисты стали всерьез ждать дальнейшего распада Украины, который позволил бы Бухаресту «взять своё» без особых проблем. К тому же сам Киев своей политикой насильственной украинизации и подавлением прав национальных меньшинств (в т.ч. в сфере образования) резко ухудшил отношения с соседними странами. Особенно острым стал украинско-венгерский конфликт («Будапешт готов открыть против Киева «второй фронт», 12.6.26), но и президент Румынии осенью 2017 г. отменил свой визит в Киев именно из-за украинского закона об образовании.

После февраля 2022 г. Румыния естественным образом стала одним из главных направлений для украинских беженцев и «ухилянтов» (дезертиров из рядов ВСУ и беглецов от ТЦК). На уровне риторики Бухарест поддерживает Украину, но на практике это проявляется весьма ограниченно.

ВС Румынии довольно велики по количеству техники. Но они со всех точек зрения крайне архаичны, румынская армия до сих пор оснащена, в основном, бронетехникой и артиллерией 60-х – 70-х, а иногда и 50-х гг. Лишь в последние годы началось приобретение современной западной техники (американские РСЗО М142 HIMARS и ЗРС «Пэтриот», швейцарские БТР «Пирана-5»), но пока всего этого очень мало. Примерно это же можно сказать и о румынских ВВС («новейшими» здесь считаются F-16А/В производства 80-х гг. из наличия ВВС Португалии и Норвегии). Боевой дух румын всегда был исключительно низок, нынешний боевой опыт (участие в Афганской войне) является формально-символическим.

Весьма скромной оказалась помощь Бухареста Киеву. Под сильнейшим давлением Вашингтона (еще при Байдене) румыны отдали Украине только что полученную из США батарею «Пэтриота» и примерно 70 ЗУР к ней. Были сведения о поставках Киеву 20 БТР ТАВ-71 (румынская версия древнего БТР-60), но точных подтверждений этому нет, на фронте их никто не видел. С другой стороны, есть подтвержденные данные о потере украинской армией двух РСЗО APR-40 (румынская «вариация на тему» БМ-21 «Град»), хотя об их поставках Киеву ничего не сообщалось. В любом случае, Румыния находится в самом конце списка «спасителей» Украины с точки зрения объема предоставляемой помощи.

До сих пор может всерьез рассматриваться вариант совместной украинско-молдавско-румынской интервенции в Приднестровье. В этом случае румыны окажутся союзниками украинцев, при этом очевидно, что в таком «тройственном союзе» реальную силу будут представлять из себя только украинские ВС. Но Бухарест и Киев вполне могут оказаться и противниками.

Как сказано выше, по всем параметрам (и по количеству и качеству техники, и по боевому духу и опыту) украинцы превосходят румын на голову, а то и на две. Лишь ВМС Румынии сильнее украинского флота, но это вряд ли на что-то может повлиять, впрочем, даже и здесь украинские БЭКи будут вполне способны нейтрализовать «классический» флот Румынии.

Однако прекрасно понятно, что против «живой» Украины Бухарест воевать не будет. Ситуация может измениться лишь в случае крушения украинского восточного фронта. Особенно если при этом «взять своё» решат Варшава и/или Будапешт. Чем тогда Бухарест хуже?

Тем более что в этом случае ожидать серьезного сопротивления с украинской стороны не придется. Другой вопрос в том, что если к действиям польских и венгерских сил на западе Украины Москва почти наверняка отнесется нейтрально, то в Одесской области станет возможным прямое столкновение между ВС Румынии и РФ. И это уже совсем другой сюжет…