Как готовят астронавтов в США: поблажек здесь нет ни для кого

Только что завершился первый этап пятинедельной тренировочной сессии в Космическом центре им. Л. Джонсона (Хьюстон, штат Техас). 14 дней — 7 проверочных экзаменов. Цель одна — объективно оценить, насколько глубоко я понимаю архитектуру систем Американского сегмента (АС) Международной космической станции (МКС).

Для облегчения понимания все бортовые системы МКС я делю на две категории: основные и вспомогательные. Основные — это электропитание, управление бортовой аппаратурой, терморегулирование, связь и радиоконтроль орбиты, обеспечение жизнедеятельности, управление движением, а также конструкции с механизмами. Вспомогательные — поддержка экипажа, медицина, техобслуживание и робототехника.

За годы тренировок я выработал собственную мнемоническую последовательность, которая удерживает в голове весь этот массив: электропитание → данные → жизнедеятельность → охлаждение → связь → управление → экипаж. Это жесткая логическая цепочка: сначала электропитание, потом управление данными, затем среда обитания, охлаждение, связь, навигация и, наконец, сам экипаж с его средствами поддержки. На орбите такая система знаний поможет избежать или минимизировать риски для жизни.

Как устроены экзамены, что спрашивают и к чему готовят

Каждое занятие длится около двух часов. Экзаменуют до того, как начнутся восстановительные занятия — здесь это называется assessment. Схема такая: сначала выясняют, что я могу делать по памяти, без подсказок и процедур. Вопросы смешанные — теоретические и практические, привязанные к реальной эксплуатации системы. А потом — демонстрация на оборудовании.

Что спрашивают по основным системам.

Система электропитания (EPS). Одна из задач — на управляющем лэптопе АС (PCS — Portable Computer System) показать, как выйти на формат отказавшего блока. Но главное — продемонстрировать понимание сложной процедуры парирования неожиданной потери питания на АС. Это не просто "нажать кнопку", а последовательное переключение фидеров, оценка остаточного заряда батарей и координация с российским сегментом. Ошибка — и станция переходит в режим выживания с отключением практически всех потребителей.Система управления бортовой аппаратурой (C&DH). Здесь проверяют навигацию по основным форматам PCS — от экранов состояния MDM (мультиплексоров/демультиплексоров) до журналов неисправностей. Я обязан наизусть знать расположение пультов аварийной сигнализации (C&W — Caution & Warning) на Американском сегменте и уметь вручную — через PCS или сам пульт — выдать команду на срабатывание сигнализации. Например, инициировать тестовое предупреждение Fire (пожар) или Depress (разгерметизация).Система обеспечения жизнедеятельности (ECLSS). Вот где настоящая зубрежка без шпаргалок. Экзаменаторы требуют знать, что вентиляционные отверстия в модулях должны быть всегда свободны для циркуляции воздуха — в невесомости забитый тракт ведет к локальному скоплению углекислого газа. Также необходимо помнить все точки подключения к кислородной или азотной системе на АС — какие разъемы, какие клапаны, в какой последовательности их открывать при аварии. Кроме того, требуется уметь менять конфигурацию люка АС. Еще одно требование — различать типы воды, перерабатываемые в системе регенерации: дистиллированная, конденсат, техническая. И знать, что можно направлять в WPA (Water Processor Assembly — блок очистки воды), а что — только на утилизацию.

Вспомогательные компьютеры — отдельная вселенная. Вопросы экзамена касаются сети портативных компьютеров (лэптопов), планшетов и прочих устройств, которые мы используем ежедневно. Через них идет доступ ко всей документации, инструкциям по техобслуживанию, расписанию экспериментов, а также к бытовой информации: где лежит запасной фильтр, где контейнер с едой, где средства индивидуальной защиты. Связь с Землей — электронная почта, телефонные звонки домой, выход в интернет. И даже просмотр художественных фильмов. Вся эта цифровая среда — часть системы поддержки экипажа, и о ней тоже спрашивают.

Действия в аварийных ситуациях — только по памяти. Железное правило: подавляющее количество действий при пожаре, разгерметизации или токсичном выбросе нужно помнить наизусть. Никакого "открыть процедуру на планшете". Экзаменаторы специально усложняют задачу: просят проговорить алгоритм без подсказок: например, последовательность закрытия люков между модулями при быстрой декомпрессии или действия при срабатывании датчика дыма в модулях АС. И это не тест на память, это тест на инстинкты. Все действия необходимо не просто понимать, а выполнять рефлекторно, ведь время идет на секунды.

Доведение действий до автоматизма

Дальше ритм становится еще жестче. Весь следующий трехнедельный этап подготовки разбит на большие блоки, и каждый требует полного погружения.

Первый блок — это доведение до автоматизма или, как я говорю, до уровня "мышечной памяти" работы с аварийным оборудованием и процедурами. Изучаем средства индивидуальной защиты: противогазы, кислородные маски. Вам кажется, что это просто? Ошибаетесь. В условиях невесомости или при задымлении каждое движение должно быть отточено. Второй блок — более глубокое знакомство с бортовыми системами, уже в связке. Но не в идеальном состоянии, а в режиме отказов, когда неисправности систем накладываются друг на друга. Когда ломается сразу несколько подсистем, мозг начинает паниковать. Наша задача — подавить эту панику алгоритмом.

И наконец, самый объемный раздел — американский скафандр EMU для выхода в открытый космос. Запланировано изучение его устройства, процедуры надевания, проверки герметичности, системы охлаждения, системы связи. Особое внимание — инструменту и оборудованию, которое установлено снаружи АС. Выход в космос не терпит импровизации. Там, за бортом, ты должен знать расположение каждой ручки и крепления наизусть, даже если тебя развернуло на 180 градусов.

В целом работа продолжается в стандартном режиме. Здесь нет поблажек ни для статусных специалистов, ни для имеющих большой опыт предыдущих полетов. Но именно такая подготовка позволяет чувствовать себя на орбите не гостем, а хозяином.

Мы готовимся к самому сложному — к работе на стыке двух систем, двух языков и двух культур безопасности.