У России отныне тыла нет? Три возможных маршрута украинских дронов до городов Урала
Попадание беспилотника по жилому дому в Екатеринбурге повредило десятки квартир. По данным региональных властей, за медицинской помощью обратились шесть человек. Тяжёлых случаев, к счастью, нет, в основном произошло отравление продуктами горения.
Одна женщина госпитализирована, остальные отказались. Совершенно очевидно, что удар имел психологический, запугивающий характер.
В Челябинске ночью слышали звуки взрывов. Местные жители рассказали, что они раздались на юго-западе города и были настолько громкими, что срабатывала автомобильная сигнализация.
Возможны три варианта запуска беспилотников, атаковавших регионы Южного Урала. Одной из наиболее вероятных версий считается запуск с территории Казахстана. Обширные степные районы позволяют заранее разместить там комплектующие, собрать дроны и затем направить их к целям. Запуск мог осуществляться непосредственно с территории российских регионов – из труднодоступных мест, например, степей, где аппараты могли лететь, используя особенности рельефа и обходя системы ПВО.
А что заявления Киева, что их беспилотники способны преодолевать до 1500 километров? При таких размерах аппаратов для полёта на столь дальнее расстояние им пришлось бы быть практически полностью заправленными топливом, что существенно ограничивает массу боевой части. Поэтому эта версия наименее вероятна.
Заслуженный военный лётчик России Владимир Попов, зная тактико-технические характеристики современных БПЛА, предполагает, что при заправке топливом такой аппарат действительно способен долететь с Украины. Однако боевой заряд у него в этом случае будет невелик:
– Условно говоря, 200 граммов тротила или аналогичного вещества. Да, взрыв может быть заметным, но стратегического значения он, конечно, не имеет.
Если рассматривать маршруты, например, вдоль рек, в данном случае вдоль Урала со стороны степей Казахстана, то там сравнительно небольшие расстояния и практически отсутствуют естественные препятствия: ровный ландшафт облегчает полёт.
Есть и другой, вероятный сценарий – участие людей, находящихся внутри страны. К сожалению, имеются те, кто готов сотрудничать за небольшое вознаграждение. Недавние эксперименты, о которых сообщалось на уровне антитеррористического комитета, показали, что при попытках выйти на таких исполнителей через интернет, в каждом регионе довольно быстро находились желающие «помочь».
«СП: Подобные средства необходимо ещё доставить на территорию страны.
– Как правило, это делается не напрямую, а через третьи или четвёртые государства. В транзитные страны могут играть вспомогательную роль, поскольку через них проходят различные потоки товаров, а контроль может быть ослаблен из-за налаженных экономических связей.
Исторически после распада СССР административные границы стали государственными, и их пришлось заново обустраивать и защищать. Это оказалось сложной задачей – как технически, так и кадрово. Проблемы остаются до сих пор.
Сегодня остро ощущается нехватка ресурсов. Для полноценного обеспечения безопасности, по оценкам специалистов, требуется значительно больше личного состава. Например, только для пограничных войск может понадобиться дополнительно от 80 до 120 тысяч человек.
Долгое время комплектование погранвойск велось исключительно на контрактной основе, и лишь недавно начали возвращаться к призыву.
«СП»: При этом эффективность службы напрямую связана с подготовкой?
– В советское время существовала система ДОСААФ. В СССР заранее готовили специалистов: водителей, связистов, стрелков. Сейчас подобную модель можно было бы расширить: готовить операторов беспилотников, снайперов, технических специалистов, привлекать людей из спорта и профильных сообществ. Это повысило бы уровень подготовки призывников и сделало службу более осмысленной.
Служба в армии также выполняет воспитательную функцию: формирует дисциплину, профессиональные навыки и понимание государственной системы. Это важно и с социальной точки зрения.
Дополнительные ресурсы требуются и другим структурам, той же Росгвардии, у которой появились новые задачи, включая участие в системах противовоздушной обороны. Это означает необходимость не только увеличения численности, но и обучения специалистов работе с современными средствами.
«СП»: Отдельное направление – участие региональных властей и населения в обеспечении безопасности…
– Создание добровольческих формирований, наблюдательных постов, использовании местных ресурсов уже применялись ранее, привлекались жители приграничных районов, казачьи формирования, местные сообщества. Они помогали выявлять подозрительную активность и поддерживать порядок. Я и сам когда-то принимал участие в формировании воздушной защиты российско-казахстанской границы. Помню, как в 90-е годы выдавали казакам шашки из военных запасов.
Такая модель может быть актуальна и сегодня. Но только сейчас актуальны не шашки, а визуальное наблюдение, информирование о подозрительных объектах или перемещениях – всё это может существенно повысить эффективность системы безопасности, особенно против малых и трудно обнаруживаемых целей.
В конечном счёте речь идёт о комплексном подходе: сочетании военных, технических и общественных мер. Без этого добиться необходимого уровня безопасности будет крайне сложно, считает эксперт...
Возможности современных БПЛА велики. Малые и средние дроны условно тактического класса обладают дальностью полёта от десятков до нескольких сотен километров. Они дешёвые, массовые, могут запускаться с любых площадок. Но есть минус – ограниченная боевая часть и зависимость от навигации.
Дальние БПЛА могут пролететь более тысячи километров, но это почти всегда означает либо минимальную боевую нагрузку, либо большие, более заметные габариты, низкую скорость. Вступает в действие формула: чем дальше летим – тем меньше везём.
Короткие дистанции запуска почти всегда реалистичнее, позволяя не жертвовать полезной нагрузкой и упрощая навигацию. Дальний запуск возможен, но требует либо крупных аппаратов, либо слабой боевой эффективности при сложной навигации.
Ключевые технологии обхода противовоздушной обороны (ПВО) – это полёт на малой высоте, использование рельефа и застройки, маршруты с обходом радиолокационных зон. Простые материалы дрона: дерево, пластик используются для лёгкости и снижения локационной заметности. И, наконец, массовость запуска работает на перегрузку системы ПВО.
Ключевой фактор – не только техника, но и организация: логистика, подготовка, выбор маршрута и времени атаки, часто оказывающиеся важнее «паспортных» характеристик самого дрона. Близость крупных производств, вроде Китая, влияет, но не так прямолинейно.
Даже при доступе к комплектующим узкими местами остается сборка и интеграция. Нужны инженеры, разбирающиеся в автопилотах и прочем. Простые GPS-модули уязвимы к глушению, а более продвинутые решения сложнее и дороже. Ну и самое главное, чем дальше летит аппарат, тем выше требования к качеству сборки, топливной или энергетической эффективности и отказоустойчивости.